Фея и лесорубы - Мила и Виктор Тарнавские

Остановился темный внезапно, будто споткнулся. Гита не успела сориентироваться и чуть не налетела на него, едва успела остановиться.

— Тише ты! — шикнул сердито муж. — Слышишь?

— Нет, — одними губами шепнула Гита. — А что надо услышать?

— Впереди кто-то есть, идет перед нами.

Магичка послушно замерла, вслушиваясь, но это мало помогло. Ночь была ветренной, по небу бегали тучи, шелестели ветви деревьев. До нее доносилось какое-то шуршание, но было непонятно — то ли это чьи-то шаги, то ли мыши бегают.

— Пойдем, — дернул ее муж.

— Мы догонять его будем? — растерянно спросила Гита.

— Конечно! Только не топочи так, а то услышит и сбежит.

Магичка огорченно вздохнула: она была бы совсем не против, чтобы этот "кто-то" сбежал. Знакомиться с ним в потемках, в ночном лесу, ей совсем не хотелось.

Сколько они шли, Гита так и не поняла, часы были только у Йолика. Ей показалось, что вечность. Потому, когда впереди замаячил просвет, она дико обрадовалась — наконец-то куда-то пришли! Но муж, к ее огорчению, не позволил выйти из этого жуткого леса.

— Жди меня здесь, — бросил он, а сам двинулся к крайним деревьям.

Гита растерянно оглянулась. Ему легко говорить: "Жди!", когда жена спину прикрывает. Если кто-то и решит сзади наброситься, то вначале пообедает аппетитной Гитой. Вряд ли местное зверье соблазнится костлявым Йоликом. Со страху ей даже почудилось, что из-за ближайшего куста за ней следит пара горящих глаз.

Тем временем темный прокрался к дереву, остановился за ним и замер, что-то высматривая.

— Иди сюда, — наконец-то обернулся он к Гите.

Сказал тихо, она едва разобрала, только по взмаху его руки поняла. Хорошо, небо как раз очистилось от туч, хоть не так темно было. Стараясь не шуметь, Гита прокралась к Йолику и стала рядом.

— Посмотри, ты знаешь этого человека? — прошептал он ей в ухо.

— Какого? — не поняла Гита.

— Который там идет. Посмотри!

Куда смотреть?!

Все, что смогла разглядеть Гита в этой темноте, была какая-то низинка перед лесом, покрытая белесой изморозью. Может, там кто-то и шел, но узнать его в свете звезд, полуприкрытых тучами, магичка точно не смогла бы.

— Эх, толку с тебя... — огорченно вздохнул Йолик.

Сам он в темноте хорошо ориентировался, в первую очередь, благодаря магическому чутью. Но Гите это умение было неподвластно.

— Пойдем тогда. Он уже далеко, не услышит.

— Куда пойдем? — спросила Гита.

— За ним, — пожал плечами Йолик. — На лесопилку.

— На лесопилку? — удивилась она.

— Гита, очнись! — рассмеялся муж. — Мы возле лесопилки, во-он там белеет крыша цеха.

— А откуда здесь лес?

— Какой лес? Это посадка. Я специально не выходил из нее, чтобы внимание не привлекать. Только ты все равно топала как слон.

Значит, этот жуткий лес — всего-навсего полоса деревьев над дорогой, пусть и широкая? И они могли идти нормально, а не пробираться по всяким буеракам?! Вот Йолик!

Интересно, кого он так выслеживает?

Но муж не захотел Гите ничего рассказывать. Приказал не шуметь и первым направился к цеху. Пришлось магичке рысить следом — даже возле знакомой лесопилки ночью она чувствовала себя неуютно.

— Подойдем с другой стороны, где окна, — деловито шепнул Йолик, когда они были уже недалеко от цеха. — Сначала заглянем внутрь.

— Сторожа не боишься напугать? Там его топчан недалеко стоит. Если увидит две рожи, белеющие сквозь стекло в темноте, может заикой остаться.

— Не останется! — только и буркнул Йолик.

Гиту начинала злить его таинственность. Да что произошло, когда она спала? Почему надо было срываться и среди ночи бежать из дома управляющего на лесопилку? Не близкий свет, между прочим! А Йолик вообще ничего не объяснил, торопил так, будто на поезд опаздывал.

Окна цеха были темными, лишь слабый луч неяркого магического светильника во двор пробивался. Сторож, похоже, спал.

Муж подошел первым, заглянул внутрь... и замер, не в силах отвести глаз.

Магичке не надо было смотреть в окно, чтобы понять, что там происходит. Уж очень выразительная гримаса застыла на лице у мужа: глаза широко распахнуты, рот приоткрыт от восторга... Разве что слюна на землю не капала.

Сторож сидел на топчане, боком к ним — совсем недалеко, чуть наискосок, а перед ним танцевала фея. Хотя, какая там фея? Обыкновенная фигуристая селяночка в тонкой сорочке и с венком на голове. Может, для мужиков она и была сногсшибательной красоткой, но магичка видела грубоватой внешности и средней яркости девицу.

Из-за этой потаскушки Гита холодной темной ночью пробиралась по жуткому дремучему лесу?!

Теперь уже Йолик бежал, спотыкаясь в потемках. Едва поспевал следом за женой, разъяренной фурией мчавшейся вдоль стены цеха. Только скалки в руках ей не хватало!

— Гита, подожди! — позвал ее муж, наплевав на всякую осторожность. — Ты куда?!

— Туда! — не оглядываясь, ответила Гита. — Сейчас у меня эта балерина попляшет! "Танец маленьких лебедей" изобразит!

Магичка даже с дыхания не сбилась. И мокрая скользкая трава ее не останавливала, и какие-то обрубки, валявшиеся под ногами, и кусты чего-то разлапистого и колючего. Одного броска заклинанием оказалось вполне достаточно, чтобы перед ней развернулась удобная тропинка. Никто не смог бы остановить разъяренную Гиту!

А Йолик только икнул нервно, глядя на мощный воздушный сгусток, бесцеремонно разметавший всё, что случайно оказалось на пути магички. Похоже, его Гита потихоньку становится сильной ведьмой. Ик!

Гита уже взялась за ручку двери, когда ее попытались остановить:

— Вы куда, барышня? — пророкотал кто-то сзади.

Магичке не надо было оглядываться, чтобы ответить, — заклинание будто само по себе выскочило. Прицельным магическим залпам Йолик обучил ее в первую очередь, когда про самооборону рассказывал.

— Падай! — изо всех сил заорал темный, подбегая к цеху.

Он и отстал-то всего лишь на несколько шагов, но они оказались решающими. Хорошо, крикнул еще до того, как Гита пальнула магией. Этот характерный жест он уже знал, не раз на кухне приходилось уворачиваться.

Незнакомец оказался бывалым бойцом — рухнул как подкошенный. Вместе с ним плюхнулся еще кто-то, скрывавшийся в темноте. Только и слышно было, как треснул ледок на слегка подмерзшей луже, да вода хлюпнула. А в следующий момент залп Гиты встретился с высокой поленицей чурбачков, разнеся ее по всему двору. Но магичка даже не посмотрела туда. Одним рывком распахнув дверь, она влетела в цех.

— Ух-ху! — донеслось откуда-то сверху.

— Погоди, не до тебя! — отмахнулась от совы Гита, оглядываясь вокруг.

Увидев сторожа, все еще сидящего на топчане, магичка бросилась к нему:

— Где она?!

— Кто? — не понял тот.

— Ты