Попаданец в поисках смысла - 6 - Тампио
~ Ты права, ~ нехотя согласился я. ~ Но Сереп-Рякхов, как и я, чувствует себя чужим в Мойносе.
[Это его трудности. Если он за сорок лет так и не смог ассимилироваться, то это не значит, что не сможешь ты. Сам же сказал, что почти перестал думать о родной планете. Ещё лет пять, и вспоминать о ней перестанешь, а когда родятся дети, то и вообще позабудешь. Серебряков же одинок и прожил на Земле более сорока сознательных лет. Понятно, что его тянет на родину, в отличие от тебя, который сам себе придумал проблему. Чем тебе будет лучше на Земле? Там нет ни дек, ни ИНН-систем, и жизнь, как я поняла, в целом довольно примитивна, хотя и более развитая, чем на Замине.]
~ Думаешь, нет смысла туда возвращаться? Мне печально это слышать.
[Никакого смысла! Ты ведь не знаешь языка, ты не знаешь культуру. Ты вообще ничего не знаешь! Влиться как можно скорее в местное общество тебе помогла я, а о Земле в модулях нет никакой информации. Даже если она и появится, то на её анализ потребуется время. Если ты найдёшь Землю и захочешь на ней остаться, это будет одно из худших решений. Разве ты согласишься, к примеру, вернуться на Замину и жить там до конца своих дней? Нет, конечно! Тебе окажется тесно, и в первую очередь эмоционально.]
~ Но взглянуть я бы хотел.
[С вероятностью 90% на Земле не знают о других человеческих цивилизациях. Если ты попадёшь на неё, то сразу окажешься в руках спецслужб, которые попросту не отпустят до конца твоих дней хотя бы ради спокойствия населения своей страны. Оно тебе надо?]
~ Я не смотрел на проблему с такого угла зрения. Но ты права, скорее всего.
[Уверена, что и Серебряков это понимает, и если думает о Земле, то как о неком фантомном болевом ощущении. Вряд ли он сам себе сознается, что не хочет снова жить на родной планете до скончания дней. Мойнос в целом и Столичная-1 в частности дают человеку больше возможностей, чем множество других мест.]
~ Ты меня так усердно уговариваешь, будто я уже решил переселиться.
[Не уговариваю, а предупреждаю. Земля более опасное место, чем Замина. И ты это сам понимаешь. На Замине у тебя хотя бы есть положение, а на Земле уготована тюрьма в виде медицинской лаборатории, где будут изучать твоё тело, пока оно не остынет. Забыл, как тебе было «весело» на станции 33/8?]
~ Не напоминай!
[Буду, поскольку ты собираешься и меня туда же за собой потянуть!]
Я перестал разговаривать с Инной и даже смог отключиться от её эмоциональной речи. Да, она права, конечно, но как же хочется хотя бы ненадолго взглянуть на планету своих родителей!
***
Ранне я не стал рассказывать о случившемся. Да и зачем? Вряд ли она поймёт, да ещё может подумать, что мне с ней плохо и хочу её бросить. На самом деле я хорошо понимаю множество предстоящих проблем. Конечно, представитель «Арасары» прямо сказал, что они тоже заинтересованы в точных координатах Земли, но стоит ли доверять таким словам? Не уверен.
Некто сказал: «Всё, о чём с вами хотят говорить люди, сводится к деньгам. Всё, что от вас хотят — это деньги». Вот и «Арасаре» нужны деньги. Какой бы корпорация не была богатой, её главная цель — получение прибыли. За деньги можно купить влияние, власть. Даже когда денег слишком много, их всё равно не хватит, чтобы купить или перекупить всех нужных политиков, потому что всегда будут конкуренты, тоже желающие повлиять на мир.
Зачем «Арасаре» Земля? Сложно сказать. Продавать там свою продукцию точно нет особого смысла — проще строить заводы. И тогда пригодится влияние. Нигде в Мойносе нет такой планеты, которая была бы полностью обязана одной корпорации. А вот Земля может оказаться именно такой. И если её ещё не нашли, — а, скорее всего, не найдут ещё долго, — то «Арасара» будет снимать сливки. Очень заманчиво! Будь я членом Совета директоров корпорации или тем, кто контролирует тот самый Совет, то рыл бы копытом землю, дабы стать на пару шагов ближе к разгадке…
— О чём ты в последнее время так усиленно думаешь, муж? — Ранна села рядом и взяла мою руку в свои. — Что-то случилось плохое или должно случиться?
— Ничего плохого нет, — покачал я головой. — А впереди нас скоро ждут очередные экзамены и опять практика.
— И мы опять расстанемся, — на лицо жены как бы набежала тень. — Надеюсь, тебя в этот раз не потащат бить пиратов?
— Меня и в тот раз не тащили… Сам согласился.
— Тебе просто показали, что имеется выбор, хотя его у тебя и не было, поскольку почти каждый курсант Академии грезит о сражениях и наградах.
— А ты? — испытующе посмотрел я в глаза Ранны.
— Уже не знаю. После того, что ты рассказал, я уже ни в чём не уверена. Возможно, моё желание пойти служить было скоропалительным и шло не от сердца, а из чувства противоречия.
— Ты боишься?
— Боюсь, и не стыжусь этого. Все последние годы я сама выбирала свой жизненный путь и как могла контролировала ситуацию. А там, — Ранна показала вверх пальцем, — останется лишь выполнять приказы, какими бы они ни виделись необдуманными. Я не против службы, нет!.. Но служить удобрением для чьей-то цветущей карьеры не желаю!
— Может, тебя отправят на штабную службу или нечто подобное? —