Второй Шанс Старого Рокера 2 - Денис Стародубцев

Девушка сделала небольшую паузу, пытаясь собраться с мыслями.

— Я решила, что чёрт с ним, с этим старым уродом. Смогу заработать сама. Решила, что буду играть на корпоративах, свадьбах и вот тут, на улице. Не собиралась я отчаиваться! — сказала она.

Я слушал её и думал: вот же ситуация у девушки интересная. Для оркестра у неё нет образования, а для улицы она слишком образованна. Она словно застряла между двумя мирами.

— В общем, я решила, что сейчас начну сама зарабатывать, — продолжила она. — Но сам видишь, как всё пошло, и в итоге я на мели. Я играю уже неделю, но у меня почти ничего нет…

Девушка тут же заплакала. Слёзы катились по щекам, и она не могла их остановить, как бы ни старалась. В итоге Вика закрыла глаза ладонями и старалась не издавать звуков.

— Ну и чего ты тут разревелась? — спросил я спокойным голосом.

Она даже не подняла голову, только всхлипнула чуть сильнее.

— С первыми трудностями столкнулась — и всё? — продолжил я. — Ну вот если ты реветь продолжишь, то этим самым ситуацию как-то исправишь?

Она медленно повернулась ко мне и стала слушать внимательнее.

— Уже не плачешь? — улыбнулся я. — Значит, я правильно понял, чем привлечь твоё внимание? Вот и в музыке мы именно этим и занимаемся.

Я сделал небольшую паузу, чтобы она уже окончательно успокоилась.

— Сколько ты сегодня поработала? Минут десять? — продолжил я. — А заработала больше, чем за всю неделю? Верно? Можешь не отвечать, знаю, что верно.

Она кивнула, глядя куда-то вдаль, и её мокрые глаза блестели на фоне заката.

— Рыжик, а что будет, когда ты братика своего вылечишь? — спросил я.

— В смысле? — ответила Вика, глядя на меня и не понимая, чего я от неё хочу.

— Да в прямом! — сказал я. — Вот сейчас ты говоришь, что это твоя мотивация заниматься музыкой, а дальше что будет?

Она задумалась.

— Знаешь, — сказала она. — Я уже даже и забыла, для чего всё это начинала.

— Ну попробуй вспомнить! — подтолкнул я её. — Видимо, я уже не так сильно тороплюсь домой.

Она задумалась, и в какой-то момент я увидел искру в её глазах. Нашла.

— Понимаешь, — сказала она тихо. — А ведь меня никто и никогда не заставлял ходить на занятия. Некоторые в музыкалке ненавидели инструмент, потому что родители заставляли их играть, а я… всегда сама хотела. С самого детства я просыпалась и первым делом бежала к скрипке. Когда-то я могла играть часами, пока пальцы не начинали болеть. Знаешь почему? Только тогда, когда я играла, чувствовала себя… настоящей… живой… и свободной.

Я слушал её и понимал каждое слово, потому что сам был таким же.

— А потом пришли все эти проблемы… — она сглотнула. — И это чувство ушло, но мне бы очень хотелось вернуть его.

Я сделал шаг к ней навстречу и спросил:

— То есть если я решу все твои проблемы, то ты сможешь на сто процентов отдаться музыке? Верно?

Она медленно подняла голову и посмотрела на меня своими красными глазами, на которых уже высохли слёзы.

— Да… — тихонько сказала она. — Но как ты их решишь?

В её глазах я увидел надежду.

— Я же спросил «если», — сказал я. — Ну вот мы и пришли. Тебе тоже в метро?

— Нет… — ответила скрипачка. — Мне на самом деле совсем в другую сторону, я просто хотела поговорить.

— Ну что, поговорила? — спросил я с улыбкой на лице. — Легче стало?

Она улыбнулась в ответ и кивнула.

— Держись нас с Рэмом, и увидишь, как жизнь наладится, — сказал я. — Говорят, мы приносим удачу.

Я подмигнул ей на прощание и снова направился к станции. Когда уже оплатил проезд и прошёл через турникеты, снова услышал крик сзади:

— КОЛЯ! ПОДОЖДИ!

Да что же снова такое? Я обернулся.

— А когда мы снова увидимся? — спросила она.

— Быстрее, чем ты думаешь!

Я улыбнулся. После чего съехал вниз по эскалатору, глядя на неё, пока она не скрылась за сводом лестницы.

Метро в этот час было уже не таким забитым, как иногда бывало по утрам. По очень ранним утрам — как в тот раз, когда я ездил в администрацию получать разрешение. Старался больше таких ошибок не повторять. Да и нужды особой не было. Люди возвращались домой с работы уставшие, уткнувшись в свои телефоны. Их мысли были явно о вечернем ужине, просмотре любимой передачи по телевизору, а дальше — спать. Если честно, в тот день под вечер я тоже чувствовал лёгкую усталость. Сидел у окна, прислонившись плечом к холодному стеклу, и смотрел на тоннель, в котором мелькали огни, провода и граффити, выученные мной уже наизусть. Каждый день один и тот же маршрут. Мне становилось немного скучно, но я знал, что без всего этого сделать следующий большой шаг будет довольно-таки тяжело.

Я достал из кармана свой телефон с разбитым экраном. Наверное, стоило сменить аппарат ну или хотя бы устранить дефект? Возможно, но только на тот момент я считал это совсем нерациональной тратой. Были вещи намного важнее, чем мобилка. На экране висело уведомление о пропущенном вызове от Ани. Решил, что не буду ей перезванивать, встретимся уже дома. Если бы там было что-то важное, то она позвонила бы мне уже сто пятьдесят раз. Когда сестре что-то было нужно, она была очень настойчива. В целом неплохое качество — если, конечно, она не пытается получить что-то от вас. В таком случае этот навык уже кажется сомнительным.

Я достал плеер и наушники из внутреннего кармана — убрал их туда в момент разговора с Викой. Хоть мне и не особо важно, что обо мне думают другие, но слушать исповедь скрипачки с воткнутыми в уши наушниками было бы совсем уж не по-людски. Я, конечно, не самый приятный собеседник, но уж точно не тварь. Хотя… ну, может, только иногда. Хе-хе.

Я не выбирал ничего особенного: настроение было не то, хотелось чего-то ненавязчивого, на лайте. Просто нажал на первое, что попалось под руку, и это оказался максимально подходящий вариант: The Beatles — «And I Love Her». Старая песня, ей ещё больше лет, чем было мне в прошлой жизни. Я знал её с тех