Те, кто приходит в тишине - Валерий Александрович Гуров

— Присаживайтесь, товарищ Васин.

Сажусь, снимаю фуражку и кладу ее рядом с собой на соседний стул.

— Вы, наверное, теряетесь в догадках, куда вас пригласили и зачем?

Пожимаю плечами.

— Это, товарищ генерал-лейтенант, не научное учреждение. И не обычная воинская часть: нет людей на улице. Что-то специализированное, судя по усиленной охране на въезде. У меня потребовали все документы, которые у меня имеются — значит, о документе, который мне выписали в штабе ГАУ, здесь знают. Кстати, по этой причине я бы исключил и научное учреждение: вряд ли их кто-то об этом уведомлял бы. А это уже позволяет еще более сузить круг поисков. Контрразведка или подразделение специальной охраны — для них я могу представлять какой-то интерес. Достаточный для того, чтобы меня хотел увидеть кто-то из руководства.

Все это я высказываю абсолютно спокойно, чисто на автомате. Лебедев аж пальцами прищелкнул.

— Однако! У вас, товарищ Васин, неплохо развиты аналитические способности! Что ж, это сильно облегчает дело…

Он поднимает трубку телефона.

— Огнев? Чаю нам сюда организуй…

Кладет трубку и поворачивается ко мне.

— Вы правы: это не совсем обычная воинская часть. Мы занимаемся охраной и обеспечением безопасности высшего комсостава. В том числе и во время выезда на линию фронта. Вы протез у моего секретаря видели?

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, видел.

— Орден и две медали за личную храбрость в бою. На фронте с самого начала боевых действий. Потерял руку при отражении атаки на штаб корпуса, в охране которого и состоял. Я настоял, чтобы его оформили ко мне секретарем: голова у него на месте, и память великолепная. А стреляет он и с одной руки хорошо.

Понятно, где этот парень поседел… и при каких обстоятельствах…

Скрипнула дверь — сухощавый сержант принес поднос с двумя чайниками и всякими прочими чайными причиндалами. Поставил на стол, козырнул — и молча вышел за дверь.

— Угощайтесь, — кивает хозяин кабинета на поднос. И, не чинясь, сам наливает себе в стакан заварки, добавляет кипятка и пару ложек сахара. Нормального, кстати говоря, белого. А не как у нас…

— Вот что я вам хочу сказать, товарищ Васин. Вы не подумайте, вас к нам никто не сманивает. По целому ряду причин — о которых вы и сами, должно быть, прекрасно осведомлены. Но! Помощь именно таких специалистов, как вы, нам требуется до зарезу! Я тщательно изучил все материалы о попытке нападения на штаб ГАУ — и был весьма впечатлен уровнем вашей аналитики. Не скрою, тут много кому уже прилетело на орехи! И именно по этому поводу. Сам факт того, что диверсионная группа была обезврежена до момента нападения — уже многое для нас значит. И — не только для нас… Насколько я в курсе дела, на той стороне восприняли этот факт с крайним неудовольствием! Спецслужбам немцев дано указание любой ценой выяснить причину провала диверсионной группы и принять меры для устранения таковой причины. Так что список ваших недоброжелателей там, — он указывает пальцем куда-то в сторону, — вырос на добрый десяток имен. И все они — далеко не обычные пехотные офицеры!

Пожимаю плечами.

— Этих самых недоброжелателей у меня и без них было предостаточно. Некоторые даже и попробовать пытались… Ну, на полное футбольное поле я их, может, еще и не насобирал… в смысле — могил! Но уж чего-чего, а земли для этого у нас точно хватит! Земле — ей без разницы, кого в нее закапывают. Что солдат, что генерал — могила для всех одна.

Лебедев аж крякнул.

— Ну… тогда я им не завидую! Однако — к делу! Насколько я в курсе, генерал-полковник Яковлев обратился к вашему руководству с просьбой проинспектировать охрану его артмастерских, так ведь?

— Совершенно верно.

— А как вы посмотрите на то, что мы несколько расширим круг этих объектов? Мы ведь охраняем не только штабы и генералов…

— Читайте, товарищ старший лейтенант… — секретарь генерала выкладывает на стол папку. — Здесь сводки за последние три месяца.

«… Штаб 43 стрелковой дивизии. Атакован в 05.36 утра группой неизвестных. Часовых зарезали, после чего в окна штаба были брошены гранаты и бутылки с зажигательной жидкостью. Спасавшихся от огня сотрудников штаба расстреливали из кустов. Нападавшие отступили только тогда, когда на помощь охране подоспело дежурное подразделение. Погибли девятнадцать военнослужащих Красной Армии. Восемь человек комсостава и одиннадцать бойцов из числа служб штаба и стрелков охраны. Девять человек ранены и получили ожоги различной степени тяжести. Нападавшие скрылись в лесу…»

«… Подразделение службы горюче-смазочных материалов 3 армейского корпуса. Обстреляно из леса. Огонь велся из тяжелых пулеметов калибра 13 мм. Начальником охраны базы ГСМ, лейтенантом Карышевым было принято решение атаковать позиции пулеметов и принудить их к молчанию. После выдвижения из расположения подразделения охраны дежурного взвода были подорваны заранее установленные мины, после чего по уцелевшим бойцам был открыт из ближайшей рощи массированный ружейно-пулеметный огонь. Понеся потери, взвод отступил назад в расположение. Воспользовавшись замешательством, диверсанты проникли на территорию базы ГСМ и установили там подрывные заряды. После чего отошли в лес. В результате подрыва и обстрела базы погибли двенадцать человек из числа обслуживающего персонала, семнадцать человек из числа бойцов охраны. Погиб командир охраны, лейтенант Карышев. Девять раненых доставлены в госпиталь. Два резервуара с топливом были уничтожены, тушение третьего продолжается…»

«… На дороге между населенными пунктами Павлово и Горятьево была обстреляна автомашина 2 Отдельного бомбардировочного полка. Ранения получил командир полка, подполковник Машин И. П., и начальник строевого отдела полка, майор Ниточкин А. В. Благодаря своевременной реакции водителя автомашины, сержанта Гришина П. Я., машину удалось своевременно вывести из-под обстрела. Раненые доставлены в госпиталь. Сержант Гришин П. Я. представлен к правительственной награде…»

— А других данных у вас нет? — спрашиваю у Огнева. — А то здесь как-то уж совсем мрачно получается.

— Разумеется, есть. Во многих случаях такие нападения, хоть и нанесли определенный ущерб, все же были отбиты собственными силами, — пожимает он плечами. — Но я полагал, что вам, скорее всего, будут интересны материалы, где таковые нападения достигали своей цели.

— Интересно… — откидываюсь на спинку стула. — Но ведь вы подбирали информацию, исходя из каких-то соображений? Ведь так?

На столе у собеседника зазвонил телефон, и он на некоторое время отвлекся от разговора. Ответил невидимому абоненту, прижав трубку плечом,