Таверна на прокачку 8 - Олег Валентинович Ковальчук

— Я тебе по гроб жизни теперь… Спасибо Михаил! Друг!

— Герогий, обсудить кое-что надо. Пойдём присядем, а я тебе всё и расскажу.

С Михаилом Георгий направились к ближайшему столу, а я пошёл помогать Вере. А то и правда странно уже выглядит, что дочь купца по кухне хозяйничает, да еще и на чужой.

— Ты в порядке? — спросил я у Веры.

Она мелко закивала, суетливо разыскивая посуду и накладывая еду.

— Он такой же, как я помню, — сказала она судорожно вздохнув. — То есть, не такой измученный и осунувшийся, конечно, но жесты, слова, как со мной себя ведёт. Это мой отец. Знаю, что звучит странно…

— Страннее чем что? — мягко улыбнулся я.

— Да, я же вообще в другом мире оказалась, но это правда мой отец.

— Тебе нужна помощь? Или психологическая поддержка?

— Справлюсь, — мотнула она головой, и тут же едва не выронила тарелку из дрожащих рук.

— Ты вот что, — я забрал у неё тарелку. — Постарайся расслабиться. Вдох, выдох, и иди пообщайся с ним. Не нужно бросаться ему на шею, думаю ты и сама понимаешь. Но понаблюдай, послушай, а там и поймёшь, как себя вести и о чём с ним говорить.

Тем временем, Михаил с непроницаемым лицом объяснял что-то Герогию, а тот слушал, и то и дело встревоженно поглядывал в сторону Веры.

Я как раз принёс полную тарелку рассольника, и услышал их разговор.

— Это пройдёт? — спросил Георгий.

— Знахарка говорит, что по-разному бывает, — сказал Михаил. — Может, само вернётся. А может, придётся ей заново всё узнавать.

Но увидев меня, и шагающую за мной хвостиком Веру, оба притихли. Только Георгий посмотрел на дочь, полным сожаления взглядом.

— Вероника, присядь ко мне сюда. Давай тарелки возьму. Спасибо Макс.

Купец суетливо поднялся, взял тарелку из рук дочери, поставил перед собой, не садясь, о чём-то задумавшись.

— Ну и пусть, — сказал он вдруг. — Главное, живая же.

Михаил хмуро кивнул.

Вера присела рядом с отцом и я хотел было удалиться, но Вера вдруг заговорила.

— Папа, а это Макс. Он обо мне всё это время заботился. И о Михаиле.

— Я ведь не один, — рассмеялся я. — По большей части Елена зелями вас поила. Ага, но ты присматривал за нами, кормил, лечил и никому в обиду не давал.

Георгий повернулся ко мне и благодарно кивнул.

— Знаешь, я эти дни, пока в шатре связанный сидел, я не раз вспоминал о твоих котлетнях и борще. Мысли о том, что хочу еще раз в жизни поесть твою стряпню, не дали мне сдаться.

Я с улыбкой кивнул.

— Рад что смог вселить в вас волю к жизни.

— Так вот, Макс. Спасибо тебе. Я в долгу не останусь.

Он вновь поднялся, едва не опрокинув тарелку, и протянул руку, и я пожал её в ответ.

— И вот что, — Георгий не отпустил ладонь. — Я в дело Владислава вложусь. Он мне про эти ваши домики рассказывал, я тогда посмеялся: старик, мол, на старости лет в трактирщики пошёл. Но теперь на себе прочувствовал, как хотелось вернуться сюда. Пойдёт дело. Ой как пойдёт. А я и деньгами и товаром вложусь. И людей дам нужных, у меня хватает толковых знакомств.

— Спасибо, Георгий.

— Да, пустяки, за вашу доброту я обязательно отплачу. А Николай… Я ведь ему жизнью обязан. Кто бы еще пошёл купца вызволять? Золотой он человек. В беде я вас не оставлю. Вы для меня теперь как вторая семья.

— Спасибо за добрые слова. Вы главное в себя приходите. И живите сколько нужно.

К нам ураганом приблизилась Елена.

Первым делом она осмотрела Михаила. Как чувствует себя, не болит ли что сверх меры, затем взялась за Георгия. Опросила его, одобрительно поглядела на еду.

— Тебе отъедаться надо и много отдыхать. Лучше всего в постели.

— Спасибо, в иной раз я бы поспорил, но тут и сам понимаю, что лучше дать отдых.

Елена кивнула, а затем вдруг схватила меня под руку.

— Ну отлично ты пока восстанавливайся, а мы пойдём.

И целительница, чуть ли не волоком, потащила меня вглубь зала.

Единственное, что успел, увидеть растерянный взгляд Веры, который так и молил, не оставляй меня одну.

Елена потащила меня к Николаю и Павлу, что сидели поодаль и слушали рассказы Сыча, тот сегодня был в центре внимания. Правда Павел и Михаил то и дело качали головами, видимо расслабившийся Сыч, добавлял к рассказу совсем уж фантастические подробности.

— А теперь объясните мне кто-нибудь: где Анатолий? — строго спросила Елена, глядя на Николая.

Николай вздохнул, подбирая слова, но Елена продолжила.

— Вы видимо забыли, что у нас время на исходе! — произнесла она. — Спасти купца, дело важное, но вы похоже совсем про Макса забыли.

— Елена… — начал было я, но целительница обожгла меня взглядом.

— Молчи Макс. Нам нужно провести обряд и срочно, это уже нельзя откладывать. Я не понимаю, о чём думал Анатолий. У нас время на исходе.

— Так, было же время, — встревоженно взглянул на меня Николай. — Может, дождёмся его?

— Вы не понимаете, у Макса осталось вдвое меньше времени.

— Как вдвое меньше?

— Елена…

— Я сказала не влезай, Макс! Вам мужчинам вообще до фонаря. Уверена, стоит отвернуться, тоже пойдёшь медведей по лесу гонять. — при этом она почему-то глядела на Павла.

— Да ты же мне сказать не даёшь…

— Нечего говорить, — отрезала целительница.

— Давайте прямо сейчас попробуем! — Николай уже засучивал рукава. — Нас уже много! Анатолия с Волохом бы тоже привлечь, но здесь Клим есть, я ему объясню ситуацию, он в стороне не останется. Там ещё есть практики.

— И я чем смогу помогу! начал было Павел.

— Тебе вообще лежать велено. Безрукий.

— А руки-то тут причём? — взмолился Павел.

— При том, — безапелляционно отрезала Елена, затем поглядела на Николая. — Иди договаривайся с Климом. У меня уже всё готово.

— Елена, не надо Клима. Ничего не надо.

— Взглядом целительницы можно было убивать с особой жестокостью. Но я не заробел.

— Никого не надо звать и Анатолия ждать не надо. Я уже всё. Я перешёл