Маг-целитель в... обычном мире?! #4 - Даниэль Волков
— Я пять ночей вычищал всю грязь, — сказал Сава. — Мне даже понравилось.
Под это Артём теста не написал… Заготовка всё равно выскочила сама, по инерции, Артём и язык прикусить не успел.
— Так ведь надо было. Они бы сами пришли, и за Глебом, и за По…
— Надо было, да. Только мне ещё и нравилось это. Каждую ночь. — Сава облизнул мокрые губы. — Под конец сильнее всего.
Сипел Сава так же, как недавно про звёзды, и ни разу не сбился. Подробностей не было, да Артём их и не хотел. Ему хватило бедра из атласа, где красная линия бедренной артерии шла ровно через разрез на снимке с Рыночной…
Сидеть молча Артём не мог и полез за единственным инструментом, который у него всегда лежал под рукой, за аналогией из кода.
— Слушай, ну это же просто… — Он поправил очки, хотя в темноте это ничего не меняло. — Ну-у, смотри. Это как баг. Который в коде с самого первого коммита сидит, понимаешь? Годами его никто не видит (у меня, честно, такие на второй день вылезают, но я не показатель), тесты зелёные, прод летает, потому что нагрузки нет. А потом приходит нагрузка, и он…
На этом он и споткнулся.
Нагрузку дал он сам, девятого числа, когда показал Саве на экране хату тех троих. Своими руками Артём поставил на карте первую красную точку и сам отдал её в работу. Договаривать стало незачем. Аналогия и так сошлась вся, до последней скобки… От вины во рту у него стало кисло, как от выдохшегося энергетика. Сава промолчал, будто и сам понял, к чему он клонит.
Артём следил, как прореха над крышей понемногу затягивается с краю. Звёзды одна за другой уходили за рваную кромку тучи. Небо вокруг них из чёрного делалось сизым. За прудом в кустах завёл первую неуверенную трель дрозд, сбился и начал снова. Сава наконец повернул голову и впервые за всю ночь посмотрел на Артёма в упор. Глаза у него, обычные, карие, в предрассветной серости казались чёрными.
— В следующий раз останови меня.
— В следу… — Артём поперхнулся. — Какой ещё следующий⁈ Ты ж сам сказал, нету их больше!
— Будут ещё такие. — Сава шевельнул плечом. — Не знаю когда. Будут.
Так Сава говорил девятого, в подвале, когда глядел на серую дверь на экране и сообщил, что пропадёт на пару дней. Тогда он, видно, тоже раскладывал по полочкам, кто его ищет и сколько их ещё придёт. Сейчас на полочку лёг он сам… Жалости к себе в его словах было меньше, чем в прогнозе погоды. Сава, похоже, прогнал на себе диагностику и нашёл баг, которому нравилось резать людей. Изнутри такой чинить бесполезно, вот он и решил ставить выключатель снаружи. Так на веранде у Семёновны, над топчаном, стояли пробки. Проводка сама себя не обесточила бы, сколько её ни уговаривай. Поэтому их и вынесли отдельно, на вход, чтобы при коротком замыкании выбивало именно их.
— Сав. — Артём сглотнул, и под ложечкой тут же отозвалось знакомым жжением. — Ну как я тебя остановлю? Ты на меня посмотри. Я на турнике подтягиваюсь полтора раза, и то если с утра и натощак. Ты меня одной рукой сложишь, как ноутбук. И я не маг, у меня твоя пластинка в ладони не греется, пока ты её сам не…
— Придумаешь, — отрезал Сава.
Отвернувшись, он опять уставился в небо. По его затылку Артём понял, что разговор для Савы закончен.
Самое смешное, что Артём и правда уже придумывал. Третьи сутки без сна, на энергетиках и меловых таблетках, он вцепился в задачу с облегчением. Её хотя бы можно было решать. Силой нельзя, её у него нет. Уговорами тоже не выйдет. Пять дней назад в подвале он пробовал шутить. Сава просто дождался, пока шутки кончатся. Нужен был механизм, тупой и железный, который срабатывает сам, когда просить уже поздно. Такой у Артёма однажды уже стоял!
— Помнишь, перед твоими горами я себе ставил? — зачастил он. — Галочка раз в сутки. Не отмечусь, и тебе само уходит сообщение.
Сава кивнул.
— Вот. То же самое, только наоборот. Вочдог, короче… э-э, сторожевой таймер, неважно, как называется. Телефон выключаешь, если надо, твоё дело, лезть не буду. Но не дольше суток. Раз в сутки включил, три минуты, хоть пустой экран мне покажи. Не включил, значит, я еду туда, где ты последний раз светился… Ну, не прям в ту же секунду, час накину, мало ли, сеть легла или ты в подвале каком. Но потом еду и ищу.
— А если включать будет нечем?
— Тогда тем более еду.
— Найдёшь? — тихо спросил Сава.
— А сегодня я кого нашёл? — Артём сам удивился, как коротко у него вышло. — Найду. А как найду, ты стоп. Сразу. На чём есть, хоть посередине.
Сава молчал долго. Под скамьёй завозился кот и пристроил голову Саве на ботинок. Пока Артём ждал отказа, слушая, как бухает в висках, он молчал. Для него и само молчание тянуло на рекорд.
— Остановлюсь, — сказал Сава.
— Протокол, — выдохнул Артём. — Всё. Это у нас теперь протокол.
Переложив бандану в левый кулак, Сава протянул руку. Артём пожал её и чуть не отдёрнул свою. Ладонь у Савы оказалась мокрой и ледяной. Пальцы сжались коротко, всего раз, и отпустили.
— Сколько у тебя в источнике? — спросил Артём.
— Ноль.
Вот откуда дрожь… Банки с мёдом простояли на верстаке нетронутыми с девятого числа. На чём Сава ходил эти пять ночей, лучше было не знать. На язык просился и ещё один вопрос. Узнает ли Сава его самого, когда Артём приедет его останавливать? Он глянул на рукоять в мятой чёрной резине у Савиного бока и промолчал.
Подняв голову, Артём увидел, что небо на востоке, над чёрными купами деревьев, совсем посерело. От этого серого ему стало неуютно. Ночь, которая их прятала, кончалась. Дрозд за прудом разошёлся вовсю, к нему подключился второй. Артём мазнул взглядом по телефону у себя на колене, где часы показывали уже без двадцати пять. Скоро потянутся хозяева с собаками. Эти выползали затемно, в любую погоду, и первым делом вели