Лучший травник СССР 4 - Сергей Александрович Богдашов

Потом начали кладку стен варочного цеха. Здесь я иногда подключался сам — не потому, что не доверял, а потому, что руки просили работы. Я месил раствор, подавал кирпич, и к вечеру спина гудела, но на душе было спокойно. Таня приходила смотреть, как растут стены, и однажды сказала:

— Ты знаешь, никогда бы не подумала, что тебя так травничество зацепит.

Я кивнул. Она была права. И от этого осознания кладка шла легче.

К концу месяца ГЭС работала стабильно, давая вдвое больше электричества, чем мы планировали. Варочный цех стоял под крышей и оконные проёмы были застеклены. Внутри уже пахло свежим деревом и известью — началась отделка.

Новую теплицу накрыли плёнкой — правда, один край пришлось перетягивать дважды, потому что сильный ветер сорвал сухую ветку с дерева и она, уже на излёте, ударила по крыше.

Школа ещё была обозначена только фундаментом и первыми двумя рядами кладки, но я уже видел её целиком — с классами, с комнатами для учеников, с лабораторией и сеновалом.

Самым трудным оказалось не железо и не бетон. Самым трудным было ждать. Каждый день что-то ломалось, что-то не сходилось, кто-то из работников не выходил на работу, техника глохла, дожди размывали дороги. Я злился, но не сдавался. И когда в последний день месяца ГЭС наконец заработала на полную мощность, а в цехе закипел первый котёл, я сел на крыльцо, вытянул гудящие ноги и понял: мы справились. Не за неделю, не за две. За месяц. Долгий, тяжёлый, но всё-таки месяц. И теперь у меня будет не просто мастерская, а настоящая школа. Пусть она пока только в проекте. Но стены уже вырисовываются. А это значит — достроим и всё остальное.

* * *

Свердловск. Кабинет главного тренера команды «Уралмаш».

— Поздравляю, коллеги. Последние три игры — это, пожалуй, лучшее, что команда показала в нынешнем сезоне. Руководство поверило, что мы наконец-то выйдем в первую лигу. Признаюсь, я никогда не встречал такого воодушевления и поддержки от руководства нашего промышленного гиганта!

— Ещё бы они не поддержали, — довольно громко хмыкнул Зиновий Исакович, если что, человек случайный в мире спорта.

Все прекрасно знали, что он с ними лишь до конца сезона, а потом возглавит новенький Дворец культуры, для которого уже заказана лучшая аппаратура из всех возможных и финская мебель.

— Вы что-то хотели сказать по существу? — строго посмотрел на него тренер, пытаясь дать тому понять его место, невзирая на богатые родственные связи, на что двоюродный внук опального политического деятеля Кагановича лишь пренебрежительно фыркнул.

— Вы видимо не совсем в курсе предоставленных нам возможностей, — побарабанил он по столу пальцами, привлекая к себе всеобщее внимание, — Раз уж мне поручили скользкие вопросы снабжения, то я ими и воспользовался в полной мере. Если вы собираетесь говорить про эликсиры для спорта, то у вас попросту нет политического чутья и экономической хватки.

— Объясниться не хотите? — сжал главный под столом руку в кулак.

— Вы очень однобоко подошли к открывшейся перспективе. Не знаю, заметил кто или нет, но вам нынче одобряют заявки на любое, подчёркиваю, любое количество эликсиров. И если вы считаете, что это ваша заслуга, так вот нет. Моя.

— Продолжайте…

— Не собираюсь. Я вам обеспечил свободу на количество заказов и внимание от всех первых лиц Уралмаша. Гигантского концерна с пятьюдесятью тысячами рабочих. Так что в заявках на эликсиры можете себя не ограничивать. Но я всё-таки рекомендовал бы вам выйти в первую лигу. Как вы понимаете, на следующий сезон меня с вами уже не будет, но в случае успеха, я вас поддержу уже со своей новой должности. Если дальше вы собираетесь обсуждать чисто игровые и тренерские методики, то я вас покину, с вашего разрешения. У меня через полчаса назначена встреча с Председателем профкома.

— Думаю, у присутствующих к вам вопросов нет, не так ли? — оглядел тренер соратников, увидев кивки и ухмылки.

На том Зиновий Исакович и откланялся, с удовольствием покинув кабинет, пропахший табаком и потом.

Эти узколобые спортсмены сами не поняли, какой шанс они ему в руки дали!

Зиновий не поленился и сам съездил в Кольцово, где очень внимательно выслушал простоватого на вид парня, который расписал ему не только прелести спортивных эликсиров, но и целую линейку дополнительных зелий.

Там-то и скрывалось золотое дно!

Средство от облысения, от боли в суставах и мужской немочи. Это же золотые ключи к сердцу каждого представителя высшего руководящего состава предприятия. Все они в возрасте, и абсолютно здоровых там нет. Для женщин… Омолаживающий крем для лица, румянец, средство для губ или бальзам для волос.

Вертикальные и горизонтальные связи Зиновия начали выстраиваться с такой скоростью, с которой ни одному матёрому пауку свою паутину не соткать!

Куба. Акватория острова Кайо-Пьедра в бухте Гуантанамо.

Давним увлечением Фиделя Кастро была подводная охота. Рыбалкой он увлекался в меньшей степени, но сейчас, когда возраст начал брать своё, он перешёл на более щадящую рыбалку, а старые места, памятные его юности, посещал уже по привычке.

Его личная яхта Aquarama — 2 было судном с белым корпусом длиной около двадцати восьми метров, построенным в начале 1970-х годов. Оно представляло собой увеличенную копию яхты Aquarama — 1, которая ранее принадлежала свергнутому диктатору Фульхенсио Батисте.

На Aquarama — 2 Фидель Кастро добирался до своего частного острова Кайо-Пьедра, расположенного недалеко от залива Свиней. На острове у него была вилла с дельфинарием, ферма по разведению черепах и другие объекты роскоши. Для швартовки яхты на острове был построен специальный причал длиной около шестидесяти метров, а также прорыт канал длиной примерно в полмили, чтобы судно могло подойти к берегу, окружённому песчаными отмелями.

Находясь на отдыхе, команданте переставал поддерживать публичный облик аскета, предпочитая оттягиваться, насколько возможно.

Не все гостевые каюты, рассчитанные на двенадцать человек, были заняты. Фидель, с двумя советниками, начальником личной охраны и его брат — Рауль Кастро с помощником составляли мужскую часть. Разбавить их сухое мужское общество пригласили двух балерин из Большого театра и парочку девушек из Анголы — недавних участниц всемирных конкурсов красоты.

Катер, оборудованный для рыбалки, следовал за яхтой, а примерно в полумиле мористее шёл новенький «Тарантул», советский сторожевой корабль с самой современной противодиверсионной