Дракон и его полупрозрачная проблема - Маргарита Дюжева
Накануне даже наведалась в огород к лорду Волдеру, чтобы разведать обстановку. Жадина, так и не поделился своими помидорами, которые стали еще больше и красивее, но я уже заприметила парочку особо аппетитных экземпляров, на которые будет совершено злостное покушение.
Судя по дневнику Ванессы, все исчезновения происходили с утра. Поэтому отправляясь вечером спать, я предупредила Эмму, что завтра планирую устроить себе день лени и строго настрого запретила будить, даже если просплю до полудня.
Утром я встала с рассветом и перво-наперво проверила, как обстоят дела с видимостью. Пока ничего не изменилось: пятна, призрачные конечности, никакого глобального просветления.
Что ж, будем ждать.
Я потихоньку умылась над тазом, позавтракала заранее припрятанными пирогами, выпила холодного травяного чая. Потом почитала. Потом посмотрела в окно. Потом просто посидела на кровати, взглядом пересчитывая половицы на полу.
Ну и? Долго еще?
Я даже успела немного приуныть. Вот, казалось бы, радоваться надо, что все на месте, а мне наоборот обидно стало. Только собралась примерить на себя роль ниндзя-человека-невидимки, а тут такое.
Однако спустя еще полчаса стало ясно, что все идет по плану.
ЭТО началось!
Сначала я почувствовала, как легкие мурашки прошлись по спине, плечам, подняли волосы на затылке. Потом начался озноб. Легкий, едва заметный. Потом наоборот стало жарко, и я покрылась испариной.
Кожу начало покалывать, глаза защипало, а на языке появился металлический привкус.
Все то время пока шли изменения, я сосредоточенно записывала в дневник каждый симптом: где колет, где чешется, с какого места начинается исчезновение.
Выяснилось, что начинается оно повсеместно. Вот я то трясусь от холода, то потею от жары, а вот мое отражение в зеркале начинает стремительно бледнеть, до тех пор, пока не остается пижама, подвешенная в воздухе.
— Двадцать минуть, восемнадцать секунд, — констатировала я, делая пометку в дневнике.
Теперь настало время переходить к самой активной и интересной фазе исследования.
И самой хулиганской, между прочим! Потому что для чистоты эксперимента надо было полностью раздеться!
Исчезновение никак не сказалось на одежде, а быть человеком невидимкой, когда твои портки трепещут на ветру — занятие бесперспективное. Поэтом долой барахло!
Я разделась. Вещи сложила аккуратной стопочкой на краю кровати и с легким трепетом вернулась к зеркалу.
Ни.Че.Го.
Ни полпятки! Полное отсутствие.
Несмотря на то, что в этот раз к процессу я подходила осознанно, снова стало не по себе. Я даже потрогала себя, чтобы убедиться, что я все еще здесь, в этом мире.
Все на месте. И зад, и перед, и бока, и нос.
Дальше пришло время технологических испытаний. Я взяла пирожок, который специально оставила для этого момента и откусила. Едва попав мне в рот — он тоже стал невидимым.
Это хорошо. А то было бы странно, если бы содержимое желудка бегало отдельно от хозяина.
— Что ж… приступим, — пожелав себе удачи, я бесшумной тенью выскользнула из своей комнаты и отправилась на кухню, где Эмма звенела посудой и тихонько напевала себе под нос.
Едва дыша, я переступила через порог и затаилась возле стены, ожидая, что сейчас служанка обернется, увидит меня, покрутит у виска и скажет:
— Хозяйка, вы совсем того? Умом тронулись? Голышом по дому разгуливаете.
Однако она ничего не сказала и ничего не увидела, хотя пару раз прошла буквально в метре от меня. Спокойно чистила овощи, варила суп, не подозревая, что я совсем рядом.
Мне стало смешно и захотелось похулигать.
Поэтому, улучив момент, я тихонько переложила луковицу со стола на подоконник. А потом стояла и как дурочка хихикала в кулак, наблюдая за тем, как Эмма озадаченно чешет макушку, пытаясь понять, куда она делась.
Глупо, но смешно. А самое главное я убедилась, что невидимость работает на полную. Пришло время переходить к помидорам.
Воспользовавшись моментом, когда Эмма вышла за водой, оставив дверь открытой, я выскользнула на крыльцо.
Погода стояла прекрасная. Птички пели, солнышко светило, безмятежные облака плыли по небосводу, легкий ветерок играл моими невидимыми волосами. Хотелось жить и жизнью наслаждаться.
Я спустилась по ступенькам и с непередаваемым удовольствием закопалась голыми ступнями в мягкую траву.
И вот тут выяснилась первая серьезная уязвимость моего состояния.
Тень!
Ванесса Либи Райт была прозрачна для человеческого взгляда, но не для солнечных лучей.
Пришлось ретироваться под ближайший куст и ждать, когда кучерявое облако наползет на небесное светило.
Когда это произошло, я мелкими перебежками двинулась в сторону соседских владений. У сирени постояла, у забора присела, под яблоню заскочила — так и добралась до заветного огорода.
Помидорные кусты, подвязанные заботливыми хозяйскими руками, гордо сверкали налитыми красными плодами. Осталось совсем немного — добраться до самого спелого и большого.
Однако я не торопилась и, пристроившись за раскидистым лопухом, проводила тактическую разведку с целью установления точного местоположения одного бородатого субъекта.
Субъекта нигде не было видно. Наверное, сидел в своей берлоге, не подозревая о том, что на его территорию совершен дерзкий налет.
Главное не ржать! Не хватало еще выдать себя диким хохотом.
Убедившись, что путь свободен, и на солнце наползло густое большое облако,