Главный инженер 3 - Вадим Фарг

Кстати, о «моих». Пете всё же надо будет позвонить и обо всём переговорить. Теперь он мне должен, но всё по-честному, как и договаривались.

— Явился наконец-то, начальство наше непутёвое, — сказал он, даже не оборачиваясь на звук моих шагов. — А я уж грешным делом подумал, что тебя сегодня врачи к больничной койке привяжут, чтоб ты по району не бегал с дыркой в плече.

— Не успели, я оказался быстрее и хитрее, — ответил я, заходя внутрь.

Он повернулся, увидел мою повязку, которая проступала под курткой, и сразу нахмурился, поджимая губы.

— Ну и чего ты сюда припёрся в таком виде? — спросил он ворчливо. — Швы свежие, вид у тебя паршивый, а глаза как у кота после неудачной драки за помойку.

— Кот после драки обычно гордится своим видом, — заметил я.

— А ты, значит, тоже теперь гордиться вздумал?

— Я просто пришёл проконтролировать процесс, чтобы вы тут без меня не расслабились.

— Контролёр великий, — буркнул Степаныч, указывая на стул. — Садись и не мешай людям работать. Руками сегодня даже не вздумай махать. Будешь только командовать, раз уж без этого у тебя давление падает.

— Меня такой формат вполне устраивает, — согласился я, присаживаясь.

В гараже за время моего отсутствия стало заметно уютнее и организованнее, Степаныч явно пришёл сюда пораньше и успел разложить часть инструмента по новым полкам.

Через десять минут в дверях появился Славка, поздоровался, мельком глянул на моё плечо и сразу отвёл глаза в сторону, решив не задавать лишних вопросов, что я счёл признаком большого ума. Следом за ним зашёл Митяй, широкий и хмурый.

— Чего вызывали-то? — спросил Митяй, привалившись к косяку. — Работа реальная есть или опять будем слушать лекции про дисциплину и вред алкоголизма?

— Будет и то, и другое, — ответил я, глядя на них.

— Я так и знал, что без лекций не обойдётся, — буркнул он, но остался на месте.

Степаныч уселся на соседний стул, сложил руки на животе и приготовился слушать, а Славка встал у верстака, перебирая какие-то отвёртки. Я посмотрел на них, чувствуя, как внутри собирается привычная уверенность.

— Повторю коротко, чтобы потом никто не говорил, что он чего-то не понял или не услышал, — начал я, стараясь говорить веско. — Мы работаем без всякой халтуры, это первое и самое главное правило. Не разводим клиентов, не берём авансов мимо кассы и не обещаем людям те сроки, которые заведомо не сможем выдержать. Если объект попадается сложный или опасный, сначала докладываете мне, а только потом приступаете к делу. Если клиент начинает орать, мы не орём в ответ, а просто фиксируем проблему и называем окончательную цену за её решение. Если кто-то из вас решит подзаработать отдельно, используя моё имя и репутацию, он уходит из команды сразу и навсегда.

Митяй что-то неразборчиво пробурчал под нос, но спорить не решился.

— Продолжай, Максим, народ пока ещё не уснул от твоих речей, — вставил Степаныч, подмигнув.

— Оплата у нас будет честная и прозрачная, — продолжил я. — Не скажу, что она будет самая жирная на рынке, но зато без всякого кидалова и задержек. Все сложные объекты будем обсчитывать отдельно, а любые косяки в работе оплачивает тот, кто их допустил. Если косяк системный, значит, виноват я, потому что плохо организовал процесс. Но если косяк случился от лени или пьянки, виноват исполнитель, и второго шанса в таких случаях я давать не обещаю.

Славка кивнул.

— Мне такие условия подходят, — сказал он. — Лишь бы было понятно, куда именно ехать и что делать, а то на прошлой моей работе бывали странные случаи. Приезжаешь щиток чинить, а хозяйка думает, что я ей заодно и люстру повешу, и кота вылечу, и мужа от пьянства заговорю.

— Мужей мы в работу не берём, это не наш профиль, — усмехнулся я. — Хотя чисто по-человечески можно и поболтать. Иногда людям просто некому высказаться. Тебе-то, по сути, плевать, вышел и забыл, а им гораздо проще. Но, — я посмотрел на «конфликтного» Митяя, — надо знать кому и что говорить.

Тот только фыркнул, но комментировать не стал.

— А кота вылечить можно, если они нам за это кормом доплатят, — пошутил Степаныч.

Митяй всё-таки не выдержал и подал голос, отлипнув от стены.

— А если сам клиент попадётся мутный и вредный? — спросил он. — Бывают же такие, что сначала ноют про деньги, потом торгуются за каждую копейку, а в конце говорят, что у них сосед всё то же самое сделает в два раза дешевле.

— В таких случаях мы просто желаем им удачи с их соседом, — ответил я. — Наша задача не в том, чтобы хватать все деньги, нам надо построить надёжную репутацию, которая в будущем будет стоить гораздо дороже какого-то капризного идиота с протекающим бачком.

— Красиво говоришь, прямо как по телевизору, — заметил Митяй. — Только нам кушать хочется каждый день, а не по праздникам.

— Именно поэтому ты сейчас стоишь здесь, а не бегаешь по району за копеечными заказами, — сказал я, глядя ему в глаза. — Любая структура кормит людей лучше, чем хаос, но только в том случае, если внутри этой структуры все соблюдают правила.

Он посмотрел на меня исподлобья, в его глазах на мгновение мелькнуло раздражение, но потом оно сменилось чем-то похожим на уважение. Митяй явно не любил, когда его пытались строить, но ещё меньше он любил, когда его держали за дурака.

— Ладно, — сказал он наконец. — Мы это уже обсуждали, Макс, и ты знаешь, что я готов работать так, как ты сказал. Просто… люди иногда бесят.

— С этим я не спорю, но не забывай, что и мы с тобой тоже люди, — улыбнулся я. — А значит, тоже кого-то бесим.

— Ну да, мы это видим, — тихо заметил Славка, кивнув на моё плечо.

— А вы не на него смотрите, а на свои задачи, — вставил Степаныч. — Я как раз уже