Регрессор: Я заберу ваши силы. Книга 1 - Александр Кронос

Кислотная кровь, пусть и прожгла его плоть, но недостаточно глубоко. Удар на близкой дистанции и под большим давлением, должен быть эффективнее, но этого всё равно не хватит, чтобы пробить всю тушу.

Нагревание могло бы сработать, но он покинет область поражения сразу же, как только почувствует угрозу. Этот конкретный противник слишком быстр и силён. А моего ранга недостаточно, чтобы охватить слишком большой объём воздуха. Только камень впустую расплавлю.

Вот она. Идея, которая показалась реалистичной. Поднявшись на ноги, я бросил взгляд в сторону воды. Как я и думал Франсуа застыл на камне, с копьём в руках и развёрнутый в нашу сторону. Канадец прекрасно понимал, что с его рангом в этой схватке ловить нечего.

Двое новоиспечённых Защитников маячили за его спиной. Выражения их лиц в темноте видно не было, но я уверен — отныне брат с сестрой не будут смотреть на двенадцать миров, как место для лёгкой прогулки. Если переживут эту вылазку, конечно.

Трое лаффаров устремились на «медведя» сверху вниз. Старик, который на ходу доставал топор, резко закричал, пытаясь предупредить. Но было слишком поздно. Копейщик уже прыгнул, оттолкнувшись от камня и нацелив копьё в череп монстра. Двое фланговых бойцов чуть разошлись, готовые ринуться в атаку, как только копьё ударит в голову врага. Добить, если оружие не доберётся до мозга.

Грамотная тактика и красивый прыжок. Однако сейчас они начнут умирать.

Копьё действительно вошло прямо в широкий лоб монстра. Погрузившись на добрый десяток сантиметров. А тот махнул головой и копейщик, что держался за оружие, улетел в сторону, захрустев костями о каменный склон.

Я всё ещё не двигался с места. Стоял и смотрел. Пытался понять, кого монстр захочет убить первым. Левого или правого?

В тот миг, когда существо начало движение к лаффару справа от него, я сместил взгляд. Сконцентрировался.

Секунда. Столько понадобилось врагу, чтобы добраться до туземца. Он смёл его, отшвырнув в сторону изломанной куклой. Ровно за миг до того, как когти монстра вошли в тело аборигена, я пустил в дело способность. Выложившись не хуже, чем при уничтожении лейбористского стула.

Монстр взревел, а в воздух ударил фонтаны пара. Затрещала лопающаяся плоть.

Выпрыгнуть из зоны поражения он попытался в тот же момент. И несмотря на повреждение конечностей, у него это вышло. Только вот приземлился он снова в расплавленную породу — я накрыл добрых двадцать квадратных метров, углубившись на тридцать сантиметров.

Как только он оказался на новой позиции, я сместил зону поражения, сделав «медведя» её условным центром. А тот снова прыгнул в сторону. Ещё более неуклюже, чем раньше. Опять приземлившись всеми шестью конечностями в лаву.

Костяная игла ударила в склон рядом со мной. Вторая прошла совсем далеко. Дико ревущее существо вспомнило о своём дальнобойном оружии. Слишком поздно — его концентрация оказалась не настолько хорошей, чтобы поразить цель.

Следующий прыжок оказался последним — монстр завалился на бок. Засучив в воздухе ошмётками лап, пытаясь подняться. Снова взревел. Один из уцелевших лаффаров метнул в него дротик и их командир что-то крикнул воину.

Растворялось тело не меньше минуты. Даже после того, как я перестал плавить камень и перенёс воздействие на саму тушу, процесс шёл крайне медленно. Поддерживать нужную температура на протяжении всего этогот времени, было крайне непросто.

Наконец послышался мощный хлопок и оставшаяся часть вражеского тела разом осела вниз. Стала чем-то вроде смолы. Использовать способность я прекратил сразу же. Но сохранить неизвестное вещество не вышло. Оно почти моментально растворилось в ещё кипящей скальной породе. И ни капли меноса. Будто я сейчас и не убивал монстра, что как минимум был «дельтой».

Повернувшись, посмотрел на старшего среди лаффаров, который стоял на месте. Тот тоже глянул на меня. Что-то сказал.

Усталость накрывала с головой. Но показывать это аборигенам не стоило. Их ещё трое и в голову может прийти шальная мысль прикончить ослабленного схваткой чужака.

Поэтому я снова развернул поле переводчика. И сделал приглашающий жест рукой, прося повторить сказанное.

— Мы вернёмся за телами. Не тронь. Или умрёшь потом.

В Изумрудном мире было всего несколько племён, что лояльно относились к землянам и охотно шли на контакт. Все прочие старались их избегать. Что касалось первых — для них я место в своей памяти нашёл. Плюс, отметил несколько особенно важных деревень, рядом с которыми находилось что-то интересное.

Однако я не стал тратить место для полного перечня всех племён Изумрудного мира. Поэтому сейчас не представлял с кем именно говорю.

— Кто это был?

— Не живой. Предки завещали биться. Мы бьёмся. Заветы предков.

— Откуда он здесь взялся?

Старик молча постоял, освещаемый отблесками молний.

— Пришёл.

Подняв левую руку, продемонстрировал мне открытую ладонь и развернувшись, пошёл вниз. Оба выживших воина двинулись следом. Ну вот и конец беседе. Жест означал финал переговоров и обычно использовался, когда лаффары из племён, которые друг друга недолюбливали, были вынуждены говорить вместо того, чтобы убивать.

Если перенести на земную культуру, самым близким аналогом будет фраза «Я всё сказал». Только в данном случае, попытка продолжить беседу, почти с гарантией будет воспринята как смертельное оскорбление. Что легко может привести к схватке. Подобные обиды у лаффаров чаще всего смывались исключительно кровью.

Дождавшись, пока все трое свернут и исчезнут за выступающей каменной скалой, я двинулся вниз. Обычно, после победы в тяжёлом бою, Защитник получал менос. Что позволяло компенсировать усталость и перенапряжение. Сейчас, если не считать пяти порций яда, я не получил ровным счётом ничего.

Франсуа ждал меня в гордом одиночестве.

— Они ушли, мон ами. Сразу, как ты победил. Идём за ними?

— Нет. Мы тут ещё не закончили.

Оба Марковых выжили — задача-минимум оказалась достигнута. Я бы с радостью сейчас с ними поговорил. Но отправляться следом не имело никакого смысла. Организм вымотался настолько, что даже поддерживать оптическую иллюзию будет проблематичной задачей. Тем более там повсюду солдаты — просто подойти и заговорить с Защитниками будет невозможно.

Отыщу их позже. После того, как оба успокоятся и переварят произошедшее. Ключевой момент — Ася была жива, а Михаил не превратился в безумного мстителя.

Следующие три часа на протяжении которых мы убивали морских кентавров, жемчужных акул и прочих обитателей океана, что вылезли на берег поживиться результатами шторма, я никак не мог выкинуть из головы простой