Регрессор: Я заберу ваши силы. Книга 1 - Александр Кронос

Лаффары его спасти никак не могли. Они сами бы погибли, не окажись тут меня. Больше около места схватки никого не появилось. А предположить, что Защитник ранга «бета» одолеет такую тварь… С таким же успехом можно опереться на версию, где монстр спел ему песню и разбежавшись, прыгнул со скалы.

Тут было что-то другое. Только я никак не мог нащупать ни одной рабочей версии. Реалистичных теорий происхождения монстра, что нас атаковал, пока тоже не имелось. Очень хотелось поддаться искушению и предположить, что существо связано с теми самыми Достойными, которые прислали его специально для убийства Аси Марковой. Тем более, оно каким-то чудом блокировало выход для всех Защитников, которые были рядом.

Однако эта версия ломалась о простейший факт-чек. Я ни разу не слышал и не видел, чтобы кто-то являлся в другие миры из Столбов. К тому же те двенадцать колоссов, что стояли здесь, уже давно не функционировали. Опираясь на слова убитого мной лэйка, в них всё ещё можно было как-то зайти. Но это не значило, что оттуда кто-то может выйти.

Если и может, нельзя предвидеть будущее. Оно слишком многовариантно и изменчиво. Способности, что позволяли туда заглянуть, существовали. Только Защитники, которые ими обладали, каждый раз видели нечто новое. Даже если повторный заход был через секунду, а сами они абсолютно ничего не делали.

Вероятность наличия ещё одного человека, который откатился назад во времени, на мой взгляд была чуть более вероятна. Но он мог отправить этого монстра только заранее зная, что тот здесь будет и убьёт сестру, отпустив брата. То есть должен был провернуть то же самое в прошлый раз. Что теряло всякий смысл. Упираясь всё в ту же логическую стенку — делая это впервые, необходимо было точно знать результат. То есть видеть будущее.

Спустя три часа охоты на мелководье, моё состояние стало более или менее сносным, а шторм начал затихать. Я же продолжил обучать Франсуа — под моим руководством он просушил мокрую древесину и разжёг костёр. На котором мы благополучно зажарили несколько рыбин. Их на мелководье тоже выплыло немало — не было ничего проще, чем сжать водяными тисками и вытащить на воздух.

Любая еда пропитанная меносом несёт пользу. В данном же случае я выбрал наиболее сильных рыбин, которые намного превосходили остальных по концентрации энергии. Такое будет полезно и мне. А ценность для Лебуа переоценить вовсе сложно. Пусть это не печень пустынного кашалота, но всё равно ускорит процесс стабилизации энергии и её слияния с его телом.

Когда мы закончили с трапезой, шторм стих. Молнии били теперь сильно далеко слева, а на небе появилось множество ярких звёзд. Планета Изумрудного мира была расположена посреди Плеяд — вокруг было полно молодых и ярких звёзд.

— Красиво… Если бы не опасность, тут можно было бы построить дом. Приводить сюда ля фам эме.

— Кого?

На этом моменте мои скромные познания французского, что остались после возвращения назад, дали сбой и я машинально уточнил смысл фразы. А канадец, который до того, запрокинув голову, смотрел наверх, опустил взгляд. Задумчиво нахмурившись, поскрёб пальцами щетину.

— Как бы сказать… Это любимая женщина, но та которая одна.

Он наверное хотел сказать «единственная», но смысл я и так уловил. В чём-то Лебуа был прав — построить дома тут захотят многие. Та самая волна эмиграции в экологически чистый мир. Масса переселенцев, которым будут совсем не рады лаффары. Истребление множества племён, которые покажутся прибывшим землянам слишком опасными. Совсем не те страницы истории, которыми стоит гордиться.

Оптическая иллюзия, которую он уже успешно разворачивал, в этот раз получилась только с третьей попытки. Поэтому пришлось потратить ещё около часа, чтобы спутник точно вспомнил, как это делается. На тот случай, если в процессе возвращения, она исчезнет.

Наконец он смог добиться почти полного автоматизма и я дал добро на возвращение. Подождав, пока фигура канадца растворится в воздухе, сам подумал о том, что хочу вернуться назад.

Хорошая новость — моя оптическая иллюзия удержалась на месте. А плохую я обнаружил, когда взгляд скользнул к развёрнутому за стеной баннеру. На котором сейчас красовался совсем другой текст.

«Дмитрий и Ольга Вороновы уже освобождены. Они в безопасности. Прошу никого не убивать. Просто свяжись со мной.»

* * *

Начиная эту операцию, Елисеев не просто рисковал. Фактически, он поставил на кон всё, что у него было. Должность, репутацию, статус, свободу и по сути свою жизнь. Если не выгорит — будущего у майора не будет.

Прикрыть его наверху тоже не захотели. Министр встречаться отказался наотрез. Старая школа — хотел, в случае необходимости заявить, что знать ничего не знал о загонах безумного майора и вообще тут не при делах.

С офицером разговаривал даже не один из его заместителей, а советник. Мрачно выслушавший и согласно покивавший в ответ на фразу, что справиться с Лаговым практически невозможно. Обронил что-то в духе «у бритишей тоже не вышло», но развить эту тему не дал. Сразу перешёл к предложениям, которые принёс сам майор. И к удивлению Елисеева, дал зелёный свет.

Именно так в его распоряжении оказалась рота из федерального отряда спецназа, а архангельцы получили устное распоряжение оказывать полное содействие.

С судом тоже сложилось неплохо. Как оказалось, контрразведка не выполнила самой элементарной формальности — они даже уведомления в судебную систему о задержании Вороновых не отправили. Что делало их незаконно удерживаемыми лицами. Судья почти не возмущался, подписывая постановления. Лишь сказал пару раз, что если его внуки останутся без деда, это будет вина Елисеева и пусть тот теперь живёт с этим. Но на фоне той истерики, которую ожидал майор, это было сущей мелочью.

Потом был перелёт сюда и операция в аэропорту. В том, что его люди будут стрелять, Елисеев и сам был не уверен. При определённых обстоятельствах — безусловно. Например, если бы кто-то из бойцов контрразведки выстрелил бы первым. Но во всех остальных ситуациях… Повезло, что подвернулась эта блондинка в серебристом платье.

Прямо сейчас они уже были около служебного выхода из терминала, за которым стояли чёрные микроавтобусы.

— Постоять. Не спешить. Надо говорить.

Оглянувшись, майор заметил ту самую блонду, которая спешила к ним, размахивая зажатым в руках паспортом. Сзади догонял сотрудник погранконтроля.

— Женщина, постойте. Это незаконное пересечение границы. Даже если вы дипломат, мне нужно проверить ваш паспорт.

Блондинка его полностью игнорировала, целеустремлённо мчась прямо