Я и баб(к)а, я и маг - Антонина Циль

Я жевала колбаску и внимательно прислушивалась. Маттиас Кляйн, так своевременно пришедший мне на помощь начальник отряда стражи. Я так и не сходила в корпус. Надо же, глядя на капрала, и не скажешь, что он жертва женской мести.

Подошло время выходить. Я переоделась и причесала Мольку. Клара довезла нас до школы, а потом отправилась по своим делам, пообещав вскоре привезти образцы восточных тканей.

Неприятно было, конечно, лгать и оправдываться, глядя в глаза директрисы. Но пришлось соврать, что я болела, а Молька за мной ухаживала. Впрочем, фрава Герта Томаз явно пропустила мои оправдания мимо ушей. Просто велела Мольке идти в класс и после занятий взять у фравины Ромм дополнительное задание, чтобы не отставать от одноклассников.

А я осталась в кабинете директрисы под строгим и немного растерянным взглядом достопочтенной дамы. Фрава Томаз рассматривала меня с нескрываемым удивлением. Я убедилась, что она неоднократно видела меня раньше и обстоятельства нашей встречи были не столь благоприятными, как сейчас. Но каким бы позитивным ни было сегодняшнее впечатление, произведённое на директора школы, фрава Томаз приготовила для меня неприятный сюрприз.

— Вы изменились, — наконец вымолвила она. — Я едва вас узнала. Хорошо, что вы пришли. Я собиралась за вами посылать.

— Зачем же? Я здесь. И я по-прежнему тётушка Молли Брандт, — улыбнулась я как можно любезнее.

— Амалии Мольвейн фоль Аалейнрэй, — чуть нахмурившись, поправила меня директриса.

— Да, конечно! — невинно похлопала глазами я. — Это мы в нашей маленькой семье так… привыкли. Короче, проще… Всё-таки это я её воспитываю.

Как же я сразу не сообразила, что мелкая может носить фамилию отца! Надо было всё-таки отыскать документы и расспросить Мольку! Так и до рассекречивания недолго!

— Да, я знаю. Девочка под вашей опекой. Но мне хотелось бы повидаться с матерью Молли, — поджала губы фрава Томаз. — Мы с ней виделись, когда девочка пошла в первый класс, один-единственный раз.

— М-м-м… К сожалению, обстоятельства непреодолимой силы не позволяют моей сестре вырваться в Бергхайм в ближайшее время, но… — начала я.

— Я всё понимаю, — сухо перебила меня директриса. — Но вы постарайтесь убедить госпожу Аалейнрэй, что её присутствие необходимо. Возникла некоторая… ситуация.

— В связи с чем? — напряглась я.

— Я не могу вам этого сказать. Вы не мать девочки.

— Я законный представитель Молли.

— Возможно. До сих пор я не имела ничего против. Хотя буду честна, до меня доходили… слухи, ставящие под сомнение ваши… компетенции, — госпожа Томаз делала паузу почти перед каждым словом, тщательно их подбирая. — Однако недавно в школу поступило… некое уведомление, которое меняет… угол зрения на проблему.

— Вы не могли бы сказать напрямую? — не выдержала я. — Меня это тоже касается. Я защищаю интересы своей племянницы.

— С одной стороны, это так. С другой стороны, я ни разу не видела никаких документов, наделяющих вас правами законного представителя. Опека не означает, что у вас есть право говорить от имени матери.

— Какие документы вам нужны? — скрипнула зубами я.

— Обратитесь к секретарю, и вам выдадут список. Жду от вас подтверждение в ближайшее время… Или… вызовите мать.

— Хорошо, — сказала я и покинула кабинет фравы Томаз.

Забрав список у секретаря, булькая от гнева словно чайник, я отправилась домой. Как же мне теперь всё это разгребать?

Но оказавшись в коридоре, я остановилась и оглянулась. Пока дверь за мной закрывалась, я заметила, что секретарь проскользнула в кабинет директора.

Врагов надо знать в лицо.

Или на слух.

Поэтому я сделала вид, что ищу что-то в сумке. Мимо чинно прошагали маленькие дети, в ряд и в сопровождении учительницы. Как только они прошли, я осторожно выдохнула, мысленно направив элемент воздуха в приёмную через замочную скважину. До сих пор шёпот, который приносил мне ветер, никак мной не контролировался, но сейчас я целенаправленно управляла потоками.

Мало того что я слышала, я ещё и видела… Нет, не своими глазами — взором ветра. Силуэтами. Вот ветерок покружил по приёмной, осторожно поднимая бумагу на столе секретаря. Вот он всосался в приоткрытую дверь в кабинет директора. Частицы воздуха окружили две фигуры, передав мне мерцающие образы.

Ветер пошевелил волосы на голове секретаря, девушки молодой, но уже с отпечатком профессии на внешности — с лицом, надевшим маску холодного пренебрежения и скуки. Директриса прошлась к окну и остановилась там, скрестив руки на груди.

— Ты тоже пойдёшь, Цинна, от школы, — обратилась она к секретарю.

Я почувствовала недовольство девушки, но перечить она не стала.

— Когда? — спросила она.

— Сегодня вечером.

— Что от меня требуется?

— Наблюдать. Делать выводы.

— Не слишком ли много суеты вокруг самой обычной девчонки? — усомнилась Цинна. — И так… неожиданно.

— Я делаю то, что велено, — дёрнула плечом госпожа Томаз. — Будем считать, что мы услышали фравину Ромм. Она столько раз жаловалась на фраву Брандт, дескать, та морит племянницу голодом. Важно продемонстрировать общественности: несмотря на то, что мы принимаем всех детей без исключения, мы не только обучаем, а ещё и покровительствуем. И после того как к нам с жалобами обратилось несколько достопочтенных граждан, мы не можем и дальше игнорировать вопиющие факты нарушения правил школы. Так и напишешь в своём отчёте.

— А если я… не найду ничего предосудительного? — осторожно поинтересовалась фравина Цинна.

— Только наблюдать и записывать факты, — строго повторила директриса. От её фигуры повеяло раздражением. Мой ветерок передал его прямо в моё сознание: как будто я прочитала субтитры к фильму. — Слишком усердствовать тоже не стоит. Я ведь и сама не в восторге от этого поручения. Прежний бургомистр просто затянул бы рассмотрение жалобы, а потом отправил её в архив. Нынешнему важно завоевать доверие достопочтенных и высокочтимых кругов Бергхайма, выполняя их повседневные требования. Но это не значит, что мы должны принять удар на себя. Иди. Составь список вопросов к госпоже Брандт.

Фравина Цинна кивнула и вышла из кабинета.

Я незамедлительно вернулась в приёмную. Ласково улыбнулась вытаращившейся на меня секретарше и сказала, невинно похлопав глазами:

— Совсем забыла. Давненько не перечитывала устав школы. Можно мне копию, почитать на сон грядущий?

Лицо Цинны приняло непередаваемое выражение.

— Какой копии? — пролепетала она. — Устав… это книга.

— Тогда я почитаю прямо здесь, — «обрадовалась» я. — А то ведь знаете… всякое случается. И не заметишь, как что-нибудь нарушишь по незнанию.

Очевидно, как