Главный инженер 8 - Вадим Фарг
— Крепления проверим отдельно. Не нравится, как стоит край корпуса.
Он присел, посмотрел вдоль металла и достал измерительный инструмент. Я отступил к двери, давая ему место. Интерфейс помогал найти подозрительный участок, но в отчёте нельзя было написать: «Мне показало». Да и самому себе такую формулировку принимать не стоило.
Через несколько минут Влад поднял телефон с фотографией.
— Максим, посмотри сюда. Это мой снимок после проверки, а это то, что стоит сейчас.
На старом фото внутри шкафа был виден аппарат с белой лицевой частью и заводской наклейкой справа. На установленном теперь наклейка находилась иначе, отличались корпус и расположение обозначений. Я увеличил снимок, сравнил маркировку, потом попросил Влада показать соседние кадры. На них тоже стоял другой элемент.
— Это точно тот шкаф? — спросил я, хотя уже видел одинаковую царапину на внутренней стороне дверцы.
— Тот. Вот наша отметка на кабеле, вот крепление, которое я менял. А вот фотография перед закрытием, с общим видом.
Митяй выпрямился так резко, что едва не задел плечом трубу.
— Ну вот вам и «после вашего обслуживания». Я сейчас эту девочку…
— Никуда ты не пойдёшь, — тут же осадил его я. — Пока мы установили, что после нас меняли деталь. Возможно, по отдельной заявке, о которой нам не сообщили. Сначала выясним это, потом будешь радоваться.
— Я не радуюсь.
— Ну да, оно и видно.
Я позвал Викторию и показал ей снимки рядом с установленным аппаратом. Она наклонилась, внимательно рассмотрела оба изображения и спросила, мог ли Влад сам заменить его после фотографии.
— Поэтому я показываю не один кадр, — ответил я. — У нас есть снимки завершённой работы и запись проверки. Но сейчас важнее другое: нужно поднять все вызовы мастеров после нашего обслуживания, в том числе не через «Основу».
Виктория повернулась к Кате, стоявшей в коридоре.
— Кто ещё сюда приходил?
— Никто, — слишком быстро ответила та. — После них никого не было.
* * *
У кухонной двери стоял охранник, которого я заметил ещё по приезде. Крепкий мужчина лет тридцати с короткой стрижкой, в чёрном форменном свитере. На бейдже было написано «Матвей». До этого он молчал и только отодвигался, когда сотрудники проносили коробки. Сейчас Катя посмотрела на него, а он сразу шагнул ближе.
— Посторонних не было, я бы знал, — сказал Матвей. — Ночью вообще всё закрыто.
— За все четыре ночи отвечаете? — спросил я.
— За свою смену. Хотя в другие тоже всё было нормально.
Катя поправила планшет под мышкой.
— Я ведь не сказала, что лично всё время здесь сидела. Я сказала, что никаких дополнительных работ мы не заказывали.
Матвей коротко посмотрел на неё, и она отвела глаза. «Резонанс» поймал страх, смущение и неожиданно тёплый отклик, когда охранник приблизился. У него тревога была сильнее, но направлена она могла быть куда угодно: на хозяйку, повреждённое оборудование, возможное увольнение.
— Хорошо, тогда начнём с простого, — сказал я. — Кто вчера оставался после закрытия и кто открывал служебную дверь?
— Я закрывала смену, — ответила Катя. — Матвей был на посту.
— До которого часа вы оставались?
— Пока всё не закончила.
— Она отчёты делала, — вмешался охранник.
Катя повернула к нему голову.
— Матвей, я сама могу ответить.
Виктория посмотрела на них обоих, но пока промолчала.
Пост охраны находился в нише возле служебного выхода. На стене висел монитор с изображениями коридора, задней площадки, части зала и отдельной огороженной зоны с мягким диваном. В самом ресторане я проходил мимо неё: невысокие перегородки, маленький стол, лампа над сиденьем. Место для гостей, желавших поговорить отдельно от общего зала.
Матвей открыл просмотр записей. Я попросил показать не только проходы, но и журнал работы камер. В строке камеры над диваном оказался ночной перерыв. Другие в это время продолжали записывать.
— Эта почему отключалась? — спросил я.
Охранник наклонился к монитору, хотя надпись была видна и без этого.
— Бывает, связь пропадает.
— Только у неё?
— Здесь всякое бывает, — ответил он и тут же посмотрел на Викторию. — Я имею в виду оборудование, не работу.
Катя стояла рядом, прижав планшет к животу. На шее у неё проступили красные пятна. Она явно хотела что-то сказать, но всякий раз останавливалась, когда хозяйка переводила на неё взгляд.
За спиной собрались двое официантов и повар. Митяй тоже вышел из технического помещения, вытирая руки салфеткой. Если продолжить здесь, через пять минут весь ресторан будет знать больше о ночной смене, чем о предстоящем банкете.
— Виктория Игоревна, нам лучше поговорить в кабинете, — сказал я. — Вам, мне, Кате и Матвею. Остальные пусть пока занимаются работой.
— А мне почему нельзя? — спросил Митяй.
— Потому что ты нужен возле вентиляции. Проверь всё, что могло повлиять на нагрузку, и ничего не выбрасывай.
* * *
Кабинет администратора оказался теснее технического помещения, хотя оборудования в нём было меньше. Стол занимал почти всю стену, над ним висел календарь с пометками, на подоконнике стояли папки и чашка с ручками. Между шкафом и дверью остался один стул, но никто не сел. Виктория остановилась у стола, Матвей загородил шкаф, Катя встала возле окна. Мне досталось место у двери.
Снаружи кто-то провёз тележку, потом голоса отдалились. Я подождал, пока Катя перестанет теребить край пиджака и заговорил:
— Меня не интересуют ваши отношения сами по себе, — сказал я. — Но сейчас ваши ответы делают виновными людей, которые обслуживали оборудование. Поэтому давайте без объяснений про пропавшую связь.
Матвей нахмурился.
— Какие отношения? Мы здесь работаем.
— Это я уже заметил. Ещё я заметил, что ты отвечаешь за Катю, она исправляет твои ответы, а про одну и ту же часть ночи вы оба предпочитаете не говорить, — ответил я. — Вы ведь были вместе? И, похоже, друг к другу неравнодушны. Уверен, камера над диваном некоторое время не работала не из-за поломки. Если я ошибаюсь, объясните, что произошло.
Катя закрыла глаза, выдохнула, а затем положила планшет на подоконник.
— Не ошибаетесь, — сказала она. — Мы остались после закрытия. Я закончила отчёт, персонал ушёл, а потом… Мы просто хотели побыть вдвоём.
Виктория медленно повернула к ней голову.
— В моём ресторане.
— Камеру отключил я, — быстро произнёс Матвей. — Катя к этому отношения не имела.
— Матвей, хватит, я прекрасно знала, что ты делаешь, — сказала Катя, уже не глядя на него. — Не надо теперь ничего придумывать.
У меня нашлась бы для них лекция о том, что защищать близкого — это хорошо, но не врать при этом другим, однако после вчерашнего вечера читать её было бы мне самому постыдно.
— Что произошло потом? — спросил я. — Не между