Губернатор мусорного острова - Дмитрий Яковлевич Парсиев

— Но я же говорил, его плантация грибов засохла, — привел я довод скорее оправдательный, чем доказательный.

— Говорил, — согласилась Кармина, — Ты забрал оттуда адамант, кстати, что это?

— Не знаю. Адамант позволяет мне развивать свою способность.

— Очень любопытно… но сейчас разговор не об адаманте. Соломон не похож на человека, который держит все яйца в одной корзине. Ты уверен, Вик, что других плантаций у него нет?

— Вот теперь уже не уверен.

— И я не уверена. Ты сказал, что находил адамант в старой армейской технике. То есть только на небольшом участке пляжа ты встречал адамант неоднократно. Представляешь, сколько таких свалок может быть на побережье?

— Кармина, ты права. Я это упустил. Но если другого выхода не будет, прочешу все побережье вплоть до Севастопольского порта.

— Пока будешь прочесывать, я в этом гараже успею состариться, — возразила Кармина, — Но думаю, все Крымское побережье прочесывать не придется… Вик, достань там в кармане рюкзака.

— Что достать? — я притянул рюкзак к себе.

— Карту, что еще. Я с этим рюкзаком ходила в походы. В Крыму есть водопады, а я люблю водопады… доставай, чего замер?

Я достал из рюкзака бумажную карту вроде той, что висела на стене у Санни Красного. Кармина забрала карту, развернула и указала на схематический значок возле побережья.

— Вот, Вик. Это и есть КХК. Крымский Химический Комбинат… а вот здесь Ривьера и твой цех, как ты его называешь.

— Так это, получается, рядом.

— Вот и я о том же. Комбинат ставили недалеко от берега как раз для удобства отгрузок морем. Если не ошибаюсь, у комбината когда-то имелась своя портовая инфраструктура: причалы, краны, подъездные пути. Можешь показать примерно, где ты нашел плантацию?

— Не уверен. По сторонам особо не смотрел. Рельеф местности не запоминал. Я набрел на нее ближе к утру, но шел медленно, вряд ли прошел больше десяти километров. Скорее меньше.

— Ну да, — согласилась Кармина, — От Ривьеры до КХК как раз километров десять.

— В таком случае далеко идти не понадобится. Если у Соломона есть другие плантации, они не должны располагаться далеко от комбината. Скорее даже должны находиться в комбинатовской промзоне. Линия в километр побережья — это максимум. Не будет же он таскать сырье для манки через полгорода.

Я поднялся на ноги.

— Куда это ты собрался?

— На разведку. Пойду и найду остальные плантации… или плантацию.

— А потом что?

Я пожал плечами.

— Буду действовать по обстоятельствам. Если удастся полностью перекрыть Соломону поставки тех грибов, это его точно ослабит.

— Ага. И Соломон не дурак, если ты не заметил. Свою оставшуюся плантацию он будет охранять как зеницу ока. Тебя там убьют, Вик.

— Ну, у меня других идей нет. Санни Красный не рыпнется, как ты верно подметила. Придется действовать в одиночку.

— Если у тебя нет хорошего плана, это еще не значит, что надо следовать плохому.

— Но делать что-то надо.

— Надо, — согласилась Кармина и задумалась, — В общем так, Вик, попробую поговорить с Колмогоровым. Ничего другого мне тоже в голову не приходит.

— Кто такой Колмогоров?

— Начальник местного управления сил специальных операций.

— Звучит жутковато.

— Да он мужик свойский, — отмахнулась Кармина, — Нормальный мужик. А главное, он не подчиняется мэру. Если Колмогоров не поможет, останется только бежать в Турцию. Ты хочешь в Турцию?

— Не особо.

— Вот и я не особо. Значит, звоним Колмогорову.

Мы выбрались из гаража, вышли на дорогу и дошли до перекрестка с работающими светофорами. На путанском посту уже стояли две девахи, те самые, которых я когда-то спасал из гаража.

— Здравствуйте, дамы, — сдержанно поздоровался я.

Увидев, что я не один, проститутки не стали позволять себе вольностей, так же сдержанно поздоровались.

— Нужно срочно позвонить, выручайте.

Одна из девиц достала из сумочки мобильник. Я поблагодарил, и мы с Карминой отошли в сторонку. Она набрала номер по памяти. Ждала ответа так долго, что я уж подумал, и не ответят. Кармина была иного мнения и продолжала терпеливо ждать ответа на звонок. И, как ни удивительно, дождалась.

— Колмогоров, — сказала она в трубку с наездом, — Ты чего так долго не отвечаешь? Не узнал?… узнал?… ладно, плюсик тебе в карму… прощаю… что значит, я пропала? Это ты пропал… ага, сам с бритишами васькайся, я девушка приличная… Колмогоров, я по делу… скажи мне, друг любезный Колмогоров, кто охраняет ка-хэ-ка?… нет, не наши, если бы наши, я бы знала… что?… ладно, жду…

Кармина прикрыла ладонью микрофон и сказала негромко.

— Обещал узнать, кто там на охране.

Я кивнул. Нам снова пришлось ждать.

— … Ну что, узнал?… Ты уверен?… Слушай, Колмогоров, а ты часом не хочешь новую звездочку?… Как какую, на погон… я смертельно серьезно… да не надо присылать машину, сама подъеду. Жди, — она отключилась.

— Вид у тебя озадаченный, — отметил я, — Все плохо?

— Скорее, все сложно. На КХК стоит не вневедомственная охрана, как у нас на полигоне, а частники. Но частники серьезные. Британская охранная контора.

— И в чем сложность?

— Если бы на охране стояли наши, я имею в виду по линии МВД, можно было бы пойти официальным путем. Получить санкцию прокурора и устроить обыск. Но это заняло бы много времени. Пока решение проходило бы по инстанциям, нашелся бы кто-то, кто слил бы Соломону инфу, и к моменту обыска искать было бы уже нечего.

— То есть с частниками проще?

— Не проще, я же говорю, там бритиша курируют. Они просто ментов не пустят. Пошлют подальше, а на прокурора наплюют. А значит, остается чисто силовая операция с участием спецназа. Как раз по прямому профилю Колмогорова.

— Колмогоров подпишется на силовую операцию?

— Вот мы сейчас и поедем его убеждать.

Вернув девчонкам мобильник, мы поймали машину и поехали к Колмогорову. Его ведомство располагалось за городом вдали от моря, ни дать, ни взять, санаторий в сосновом бору. Лично мне место понравилось. Неплохо устроились силы специальных операций.

Часовые на КПП были уже