Я и баб(к)а, я и маг - Антонина Циль

«Умеют, практикуют», — неохотно признал эгрегор, выдав целую речь о дерзких, подлых, бессовестных магах-отступниках, нарушающих все возможные и невозможные запреты и ограничения.

Пополнение магического резерва ускорено использованием укрепляющего отвара.

Очень кстати. А то ведь не засну — всю ночь буду гадать, могу я теперь заряжать артефакты или нет.

— Как вышло, что мои последние действия в области социальной адаптации и развития навыков не приблизили слияние души и тела?

Почему бы не спросить, раз уж эгрегор сегодня так разговорился да и с каждым днём всё охотнее откликается на мои запросы.

Изменён рейтинг достижений. Вы заработали 0,47 балла. До гармонизации души и тела осталось 6,53 %.

— Понятно, — разочарованно вздохнула я. — Чем дальше я продвигаюсь, тем меньше мне платят за достижения. Последний шаг — он трудный самый. Ты обещал создать условия для форсированного выполнения условий. И где?

Альтернативная линия почти задействована. Ожидайте.

Какая линия? Ведь не скажет, отмажется. Я выпила ещё немного отвара и, приободрённая, отдохнувшая, вернулась в мастерскую.

А там на подоконнике… сидела крыса. Толстая наглая тварь посмотрела на меня презрительно. Никакой угрозы для себя во мне она не видела. Ещё бы. Как самая заурядная женщина, я взвизгнула и отшатнулась в коридор.

Крыса спокойненько перепрыгнула на стеллаж и принялась карабкаться наверх. Вероятно, там хранилось что-то съедобное, вроде промасленной бумаги или мучного клейстера — выбросить я успела далеко не всё.

Но так просто сдаваться тоже не собиралась. Заскочила в комнату и швырнула во вредительницу то, что попалось под руку, — старую глиняную кружку со старой свечой. Попала. На этот раз взвизгнула крыса. Тварь канула куда-то за стойку, пошуршала и затихла. Сколько я ни прислушивалась, ничего больше не слышала. Очевидно, за стеллажом у крысы был проход. Нужно попросить Курта рассыпать отраву и замазать все щели. А пока можно хоть немного спокойно поработать.

Из кухни я прихватила с собой холодильный артефакт. Уж если на чём-то экспериментировать, то на нём. Но усевшись за стол, вдруг обнаружила, что моё резкое движение каким-то образом активировало скрытый механизм. Возможно, когда я схватила кружку, то зацепила крючок или кнопку.

В крошечном открытом ящичке обнаружилась бархатная коробка. Внутри находились подушечка для иголок, флакон с ядрёно пахнущей жидкостью и несколько кусочков корпии. Жидкость пахла спиртом.

В подушечку была воткнута одна единственная иголка — с очень острым концом, расширением в середине и желобком по центру. Впрочем, теперь, после заново прослушанных уроков майстера Варги, предназначение иглы сразу же стало мне понятно. Это был предмет для сбора крови. Его полагалось дезинфицировать, а потемневший кончик говорил о том, что иглу периодически прокаливали на огне. Благоразумно.

Итак. Я взволнованно вздохнула, продезинфицировала «орудие пыток» и, зажмурившись, уколола себя в палец. Вспомнила, что в первый день после попадания постоянно ощущала, как побаливает мизинец, но списала это на случайную царапину.

Ничего. Диабетики тоже постоянно ходят с ранками на пальцах. Вопрос только в том, сколько нужно крови.

Несколько капель стекли по игле, и я запаниковала, не сразу поняв, куда их направить: на камень или на глину. В последнюю секунду догадалась капнуть на глину, как раз на очередной непонятный значок Лунной вязи. Угадала! Кровь вспыхнула ярким, золотистым, и вязь уже сама направила её по «бублику» слева направо.

Камень тоже вспыхнул — ставшим привычным моим глазам голубоватым свечением. Секунд пятнадцать-двадцать он впитывал в себя свет вязи. Напитавшись, засиял ровно и вроде как даже чуть загудел. И точно стал тяжелее.

Во время процесса подпитки я заметила, что золотистое свечение, словно бы состоящее из крошечных искр, создавалось не только кровью. Оно проявилось в окружающем пространстве. И кровь собирала его… извне. Но как только наполнился опал, я перестала видеть это свечение.

Эфирное зрение. Навык недоступен.

— Ничего, подождём, — благодушно махнула рукой я.

И ведь как всё просто: всего несколько капель крови — и у нас с Молькой имеется хорошо заряженный артефакт! И ведь почти никаких расходов сил! Я нетерпеливо устремилась на кухню. Правда по дороге чуть не свалилась с лестницы, ведущей из подвала. Ну так ночь же, спать хочется.

Подвесила артефакт в его ложе из медных проволочек, наполнила водой глиняную кружку и поставила её поближе к «бублику». С трудом высидела минут десять. Когда открыла холодильник, вода в кружке покрылась корочкой льда. Эврика! Может, ещё и артефакт для сушки волос зарядить — на утро, а то сушит он всё хуже и хуже. Тут меня ощутимо повело, пришлось вцепиться руками в подоконник.

Нет, всё-таки потеря вита — нехорошее дело. Руки трясутся, сердце трепыхается, перед глазами летают тёмные мушки. А ещё кто-то в дверь стучится. Прямо колотит, ногами, наверное. И кому это я в такой поздний час понадобилась?

За окном маячили фигуры, мужская и женская. Лисбет и Бренц. Вот Курт показался в окне витрины. На руках он держал Мильхе. Лисбет отчаянно молотила в дверь кулачком. Я со всех ног бросилась открывать.

— Мильхе! — выдохнула Лисбет, ввалившись в лавку.

Бренц молчал, но в его лице было столько отчаяния, что я поняла: случилось что-то очень серьёзное. Мильхе на руках у отца был бледен. Бескровные руки повисли плетьми.

— Что с ним? Он без сознания?

— Он спит, — выдавил Курт. — Со вчерашнего дня. Мы думали, он давно встал… он ведь самостоятельный, мог встать, одеться и чем-то заняться. Было тихо… Лисбет что-то заподозрила, зашла в его комнату… Мы не смогли его разбудить. Руки и ноги холодные, и сердце едва бьётся. Мы ходили к доктору, но он…

— Представляю, можете не рассказывать, — чуть ли не зарычала я. — Курт, клади его на кушетку.

Я даже не заметила, как чуть ли не раскидала по сторонам стулья, стол и пуфы. Бренц опустил мальчика на диванчик. Я присела прямо на пол.

Мильхе дышал, но очень поверхностно. Пульс еле угадывался.

— Лампу, — велела я. — Какой-нибудь свет.

На лестнице что-то зашуршало. Оказалось, что проснулась Молли. Умный ребёнок сообразил сразу и побежал за лампой в свою комнату. Света хватило, чтобы определить, что зрачки мальчика реагируют. На этом мои слабые познания в медицине закончились.

Я прислушалась к своим ощущениям. Странно. Пять минут назад едва ползала, а сейчас словно открылось второе дыхание.

Мысленный экран сообщил:

Активирован навык «заёмный вит». Вит будет поставляться в тело акцептора в течение получаса непосредственно от эгрегора.

— Спасибо! Спасибо! — выпалила я вслух.

Лисбет и Бренц посмотрели на