Я и баб(к)а, я и маг - Антонина Циль

Несмотря на появившуюся надежду, я понимала, что это всего лишь передышка. Да, эгрегор адаптировал энергию под тонкое тело мальчика. Большее ее количество почему-то сразу ушло на подпитку ауры — и это поддавалось объяснению. Каналы всё ещё пульсировали хаотично. Защита — семь разноцветных оболочек — практически отсутствовала.

Количество переданной энергии должно было хватить на какое-то время, и, стараясь не терять ни секунды, я побежала в мастерскую.

Крови потребовалось много. Лунная вязь никак не могла насытиться. Если бы не поддержка эгрегора, мне наверняка сделалось бы очень плохо. Однако всё обошлось головокружением.

Артефакт засиял ярко и ровно. Я старательно прислушивалась к ветру. Только он мог подтвердить, что заряженный «бублик» — пустышка. Что его никогда не использовали для каких-то бытовых и прочих целей.

Я остро нуждалась в навыке эфирного зрения! Но эгрегор пока не готов был его мне предоставить: моя собственная тонкая система нуждалась в настройке, чтобы научиться переносить внутрь артефактов не только вит, но и информацию.

Когда я вернулась к Мильхе, активность каналов уменьшилась, зато выровнялась работа сердца. Органы я, к сожалению, видеть не могла, но наблюдала повышение пульса и более ровное дыхание. Мальчик проснулся, но пока не мог говорить и двигаться из-за слабости.

— Твой пояс, — потребовала я у Курта.

Бренц молча вытащил ремень из брюк и протянул его мне. Я стала настолько авторитетна в его глазах, что он даже не подумал уточнить, зачем мне предмет его одежды.

Пока родители держали сына на весу, я закрепила артефакт чуть выше пупка мальчика, как можно крепче привязав его к телу поясом.

Так, теперь ждать, пока артефакт не стабилизируется. Слегка подтолкнуть вит собственной аурой. Позволить нескольким каплям войти в каналы. Дать им совершить один круговорот по системе. Ещё несколько капель, и ещё. Немного приоткрыть «капельницу». Теперь энергия вливается тонкой струйкой. Что-то подсказывал ветер, что-то я делала интуитивно.

Навык акцептора: раскрыт на 56 %.

— Благодарю, но мне сейчас не до этого.

Вит восстанавливает работу каналов, заполняет пустоты. Большую часть организм пока распределяет по мелким периферийным энергетическим капиллярам. Поэтому приходится вливать ещё и ещё.

Я начинаю видеть не только энергетическую систему Мильхе, но и заполненность артефакта. Наверное, это за счет пополнения навыка. Энергия внутри артефакта выглядит как плотное концентрированное облако. Но я понимаю, что по неопытности дала «бублику» недостаточно крови для полной зарядки. Ничего, пока для Мильхе довольно и этого. Он уже настолько давно в состоянии голодания, что избыток силы только повредит.

Понятия не имею, сколько проходит времени. Прихожу в себя, когда Мильхе засыпает, но уже спокойным сном. Перед тем как заснуть, он открывает глаза и смотрит на родителей.

— Я был так далеко, — шепчет он. — Боялся, что не вернусь.

Лисбет старается не разрыдаться. Молли берёт друга за руку и серьёзно его отчитывает:

— Больше так не делай. Мы испугались.

— Не буду, — обещает Мильхе и засыпает.

Я какое-то время ещё слежу за каналами. Полчаса, обещанные эгрегором, давно закончились. Меня мутит. Ноет в желудке.

— Молли, — вяло прошу я, — милая, приготовь мне яичницу. Ты так вкусно её готовишь.

Стены плывут у меня перед глазами, и я ложусь на пол, прикрыв глаза. Я просто немного полежу, засыпать не стану.

Наблюдается истощение магического и физического резерва. Полное восстановление — через 7 часов 30 минут.

— Отстань, — бормочу я.

Почему-то раздаётся расстроенный голос Молли:

— Спит и не хочет просыпаться. Я яичницу поджарила, а она спит.

Когда я проснулась, обнаружила, что так и лежу на полу в лавке, заботливо укрытая одеялом. За витринными окнами вовсю светило солнце. Дождь закончился.

Я подняла голову и обнаружила, что Мильхе тоже здесь. Родители не стали его забирать без моего разрешения. Вот и хорошо.

Мальчик спокойно спал. Длины и ширины кушетки ему вполне хватило, чтобы вытянуться в комфортную позу. Я прищурилась и проверила его ауру. На первый взгляд всё было хорошо. Каналы и оболочки ауры обрели насыщенный цвет. Энергия циркулировала именно с той скоростью, которую я, опираясь на открывшийся навык Вель, определила как нормальную.

Но кое-что привлекло моё особое внимание. Ночью при свете ламп я не заметила, что из сердечного сплетения Мильхе в буквальном смысле торчит какая-то дрянь. Я подвинулась ближе и принялась её разглядывать.

Это было похоже на полый шнур из грязной серой паутины. Я поежилась от омерзения — ну и гадость! Кадр из фильма ужасов об инопланетянах, пытающих землян. Но самым неприятным было то, что шнур тянулся от тела мальчика через всю комнату, проходил через стекло и исчезал снаружи.

Каждые пять-шесть секунд по трубке проходила слабая пульсация. Каналы отвечали почти незаметным глазу сбоем пульсации. Я осторожно проверила артефакт. Энергия в нём по-прежнему оставалась плотной, концентрированной… однако он был наполовину пуст.

Я немного посидела на полу, рассматривая странную трубку, ошарашенно переваривая новую информацию: Мильхе высасывали — в прямом смысле этого слова. Кто-то или что-то выкачивало из него энергию.

Естественно, мне стало очень любопытно, кто, настолько наглый и бесцеремонный, присосался к малышу. Вспомнился таинственный шёпот с улицы. Несомненно, уязвимость Мильхе позволила кому-то практически его выпить. И, полагаю, вампирили его уже давно — до тех пор, пока существенно не пострадало тонкое тело.

К сожалению, я по-прежнему не могла воспользоваться навыком слежения. Но силу ветра у меня никто не отбирал.

С моих ладоней сорвалось два смерчика. Подумав, я добавила ещё три. Как показал опыт со стиркой, расход вита наблюдался только в момент создания потоков. Управляя ими, я почти ничего не тратила.

Смерчики устремились наружу вдоль серой нити. И снова, как тогда в школьном кабинете, я скорее угадывала силуэты. Однако улица была полна людей. Внимания на смерчики они не обращали — мои ветерки в основном крутились у самой земли. Но толпа критически мешала мне отслеживать вампирскую нить.

Я попросила ветер следовать за паутиной. Однако чем дальше отходили смерчики, тем хуже я «видела». Пришлось сдаться, но я была уверена, что с вампиром ещё познакомлюсь. Что-то подсказывало, что от Мильхе не отстанут. Что рано или поздно «мафия» проявится.

Из кухни вышла Лисбет. Увидев меня, она просияла:

— Ух, Вельта! С тобой все в порядке? Ты нас тоже очень испугала ночью. Заснула, прямо как Мильхе, и спишь. Даже Молька не смогла тебя разбудить.

— Я знала, что всё под контролем, и позволила себе немного передохнуть, — зевнув, пояснила я. — А где Молли?

— Ушла в школу.

— Хм… ребёнок не выспался, но