Дракон и его полупрозрачная проблема - Маргарита Дюжева
Страшно до одури. Я не хотела уходить. Не хотела отдавать эту жизнь кому-то другому.
— Приготовься, — скомандовал Аркадис, — как только она достаточно ослабнет — шар станет зеленым, тогда будем действовать.
По лиловой поверхности уже бежали салатовые искры, и где-то внутри него зарождалась изумрудная пульсация. У меня плыло перед глазами, вдохнуть не получалось, и все силы уходили на то, чтобы оставаться в сознании.
— Еще немного. Еще чуть-чуть, — сам Аркадис тоже еле дышал. От восторга. У него чуть ли не пена капала с губ, пока он наблюдал за моими мучениями, — Эмма готовься. Мы близки. Цель близка! Еще немного.
Тут позади них что-то зашелестело, грохнуло, и к нам выскочила женщина в сером. У нее в руках была склянка, из которой во все стороны валил серый дым.
— Ты еще кто? — прорычал Аркадис, а Эмма попыталась отскочить, но запуталась в ногах и палке и неуклюже повалилась, — что это?
Склянка полетела к ним под ноги, возникла суматоха.
И в этой суматохе, мужчина в сером, который до этого лежал, не подавая признаков жизни, со стоном поднялся и пополз ко мне.
И только когда нас разделяло меньше метра Аркадис, заметил его передвижение:
— А ну не смей! — заорал так, что стекла в доме затряслись.
Но мужчина не остановился. Вместо этого из последних сил рванул вперед и тяжело повалился на этот проклятый лиловый шар.
И замер…
Женщина тоже уже лежала без чувств — ее настигло то ли проклятие, то ли заклятие, которыми щедро разбрасывалась малышка Эмма, окончательно рассвирепев.
— Они все испортили, дед! — кричала она, — испортили!
— Как бы не так, — Аркадис некрасиво сплюнул в сторону, закатал рукава, обнажая тонкие жилистые руки, — просто придется немного замараться.
И с этими словами двинулся ко мне.
А я не могла ни убежать, ни спрятаться. Все что у меня получалось — это медленно, с трудом ползти, цепляясь за мягкую сочную траву.
Погода-то какая хорошая. Разве можно в такую погоду умирать?
— А ну иди сюда, — он схватил меня за щиколотку, дернул на себя, — все нервы вымотала, дура! Давно уже надо было с тобой разделаться.
Его жесткие длинные пальцы, тянулись к моей шее:
— Эмма, подходи ближе. Как только она отключится, начнем перемещение!
Моя милая, прекрасная, верная служанка, откинула в сторону свою палку и на одной ноге поскакала ко мне. На лице не осталось ничего человеческого, только злоба и нетерпение.
— Давай живее. Я устала ждать, — прошипела Эмма, — эта гадина должна за все заплатить.
Я поняла, что эти двое не перед чем не остановятся и сделала единственное, на что хватило сил: завизжала изо всех сил.
— Заткнись! Идиотка! Не знаю, что это за серые придурки, но они тебе больше не помогут. Никто не поможет.
Его длинные пальцы нащупали мою шею и сдавили. Я захрипела, забилась, пытаясь скинуть с себя ополоумевшего лекаря, но вцепился, как клещ.
А Эмма с пеной у рта повторяла:
— Дави сильнее. Дави!
Сознание ускользало. Я уже почти была готова провалиться в темноту, когда раздался страшный рев.
Такой яростный, что сама земля содрогнулась. Не говоря уж о бородатом целителе и его коварной внучке. Они дружно обернулись в сторону усадьбы лорда Волдера. Хватка на моей шее ослабла, и я зашлась в надсадном кашле.
Рев повторился. А следом за ним в соседской усадьбе со звоном вылетели все окна, и по стене пошла трещина.
— Какого… — начал было Аркадис, но не договорил.
Входную дверь вынесло с такой силой, что она пролетела через весь палисадник и упала на пыльной дороге.
На крыльце стоял Эрик. Злой, потрепанный, окруженный призрачным сиянием.
А потом это сияние взметнулось в воздух, расправил крылья и превратилась в огромного дракона, как будто сотканного из миллионов сверкающих нитей.
Он обрушился на нас, опаляя своим дыханием.
Мне было больно в груди. Больно настолько, что я всерьез опасалась, что это и есть мой бесславный конец.
Эмма с дедом катались по траве и орали так, словно их резали заживо. А Эрик по-прежнему стоял в дверях, держался за косяк, чтобы не упасть и без отрыва смотрел на меня:
— Просто поверь, — я слышала его голос, так будто он был совсем рядом, — поверь.
И я поверила, подалась навстречу, несмотря на боль, и вскоре почувствовала, как что-то большое и гадкое сдвигается у меня под сердцем, как из моего измученного тела выскальзывает огромная заноза…
В воздухе вспыхнуло лиловым, и боль прекратилась. Я обессиленно повалилась на траву, а рядом без чувств лежал Аркадис и Эмма.
Вернее то, что от них осталось.
У лекаря не было видно рук, у Эммы половины лица.
Мои недуг вернулся к тем, кто его на меня наслал.
Огромный дракон сделал круг над усадьбами и растворился в воздухе, а бледный Эрик, поматываясь как будто провел ночь на шальной вечеринке, шел ко мне, на