Инженер в замке верховного мага - Лана Беспечнова
Годфри кашлянул в кулак и осёкся под взглядом Изара.
— Большой, — поправилась я. — Я хотела сказать — большой. А в плотинах я не разбираюсь.
— Значит, деревню подняли по совету человека, который ничего в них не понимает?
— Но вы же сами…
Он же сам видел! Только что удерживал кладку магией. Но ему, похоже, важнее было поймать меня на вранье.
Я отвела с лица мокрую прядь. Пальцы дрожали так, что волосы пришлось заправлять за ухо дважды.
— Мы можем хотя бы уйти с дождя?
Изар скользнул взглядом по моей руке, по прилипшему к телу платью. Я невольно расправила плечи и тут же разозлилась на себя. Нашла перед кем стараться.
— Можем. Годфри, проследите, чтобы никто не вернулся вниз.
Он пошёл к дороге, не дожидаясь ответа.
Неужели удалось его убедить? Я поспешила следом, пока он не передумал.
На повороте люди остановились, пропуская лошадь, и я по привычке крикнула:
Я себя буквально ущипнула, чтобы не начать опять командовать. Но от Изара мой порыв не ускользнул. Он смерил меня подозрительным взглядом.
На подъёме мокрая юбка путалась в ногах. Я наступила на подол, качнулась, и Изар успел подхватить меня под локоть.
— Осторожнее.
Хотела выдернуть руку, но туфля снова поехала по глине. Пришлось ухватиться за его рукав. Под мокрой тканью напряглись мышцы, а сам он вдруг коротко втянул воздух.
Я подняла голову. Вблизи стало видно, какой он бледный. У рта залегли складки, которых ночью я не замечала.
— Вам плохо?
— Смотрите под ноги.
Оттолкнуть меня он, однако, не попытался. Так мы и добрались до ровного участка. Я отпустила его первой и на всякий случай подобрала юбку повыше.
Во дворе творился бедлам. Люди жались под навесами, дети плакали, из кухни кричали, чтобы не толпились у дверей. Возле конюшни спорили из-за козы, а у стены двое слуг с руганью опускали на землю знакомый дубовый сундук.
Годфри пробрался к воротам и принялся раздавать распоряжения. Слуги несли одеяла, освобождали проход, уводили людей внутрь. Я узнала старика, которого выводили под руки, женщину с узлом, девочку с курицей, которая выглядывала из-под её кофты. Все здесь. Успели.
Я выдохнула. Напряжение последнего часа выходило из меня дрожью, хотелось просто постоять в тишине.
— Миледи!
Пожилая женщина протиснулась ко мне между людьми и неожиданно взяла за руку.
— Спасибо вам.
Её пальцы были холодными и шершавыми. Я растерялась, не зная, что делать: пожать руку в ответ, высвободиться?
— Да что вы…
— Если бы не вы, сидели бы мы сейчас дома. Я ведь и не думала уходить, пока вас не увидела.
От этих слов стало неловко. Но Изар стоял у входа, и я не стала задерживаться.
Женщина сразу выпустила мою руку.
— Идите внутрь, там одеяла раздают, — сказала я и направилась к крыльцу.
Я попыталась незаметно прошмыгнуть мимо Изара в кухню, нужно было помочь организовать горячее питание, во дворе было много людей. Но тяжелая рука сомкнулась на моем предплечье.
— В комнаты.
Я даже ногу с нижней ступени убрала.
— Зачем?
— Разве я выгляжу так, чтобы спорить с моими приказами?
Мысленно, я ударила себя по руке.
— Я могла бы помочь, — тихонько проблеяла я, смотря на расположившуюся снизу толпу.
Изар раздраженно вскинулся.
— Годфри один, а людей сколько! На кухне даже воды…
— Довольно… Элайла.
Он произнёс имя моей предшественницы резко, без привычного «леди», и мне стало обидно.
— Что довольно? Я же хочу помочь!
— Помогли уже.
Изар спустился на ступеньку.
— Идите наверх!
— Потому что вы так сказали?
— Именно.
Вот она, благодарность! Хоть бы объяснил, чем я ему опять помешала.
Мимо пробегал слуга с одеялами. Я посторонилась, и Изар сразу пропустил меня в холл.
— Я только что помогла спасти ваших людей, — сказала я уже тише. — А вы обращаетесь со мной, словно я что-то украла.
Он потёр переносицу. И нехорошо усмехнулся.
— Именно это меня и беспокоит.
Я уставилась на него. И потянул же меня черт за язык.
— Что я помогла?
— То, что моя белоручка-жена никогда мы не вышла из дома в такую грязь. И тем более никого бы не стала спасать.
Волоски дыбом встали на моей спине. Он низко наклонился ко мне, а в ужасе вжалась в стену.
— А значит вы что-то замышляете, Элайла. И скоро я узнаю что.
Я шла наверх, чувствуя одновременно обиду и страх. Как я могла себя так подставить, и продемонстрировать свои знания. А что мне было стоять в стороне и позволить этим людям погибнуть?
Глава 10
За окном всё ещё лил дождь. Я сидела на краю кровати и злилась. И еще боялась.
Спасла деревню, и получила домашний арест. Очень в моем стиле. Но больше всего меня пугал Изар, а вдруг он узнает? Он не особо любил свою жену, но как здесь относятся к попаданкам?
«Моя белоручка-жена никогда бы не вышла в такую грязь».
Надо же было так лопухнуться в самом начале. Но ничего, теперь я буду сама скрытность, комар и носа не подточит. Буду держать язык за зубами.
А то сразу по-глупому вляпалась. Сначала лаборатория, потом плотина… А что, нужно было сидеть у окна и ждать, пока деревню смоет?
Засов скрипнул, и я сразу села.
Лизи принесла поднос. Поставила на стол, но вместо того, чтобы уйти, замялась у кровати.
— Спасибо вам, миледи. В Нижней деревне моя матушка живёт. Сестра с детьми.
Я перестала теребить мокрую юбку.
— Они выбрались?
— Да. Олдрич послал людей, их через сады вывели.
Те самые дома у воды. Я вспомнила тропинку, по которой старик собирался спускаться, и поёжилась.
— Хорошо. Это хорошо, — вздохнула я.
— Годфри сказал, что всё благодаря вам! Если бы не вы! — Она краешком платка промокнула глаза.
— Мне просто повезло, из окна заметила и сразу же подняла тревогу.
Я потянулась к подносу, лишь бы не объяснять всё заново. Лизи помолчала, потом достала из сундука чистое платье.
— Давайте переоденемся, миледи. Вы совсем озябли.
Она помогла расстегнуть платье, подала полотенце. Я уже почти расслабилась, когда Лизи вытащила дорожный саквояж.
— Дорогу расчистили?
— Пока нет.
— А когда расчистят?
Лизи принялась складывать бельё.
— Верхний проезд обещают открыть к вечеру. Если дождь не усилится.
Я так и застыла с полотенцем в руках.
— И меня сразу отправят?
— Его Светлость велел приготовить ваши вещи. А когда поедете, я не знаю.
Значит, всё оставалось в силе. Я-то с чего-то решила, что после плотины он хотя бы отложит мой отъезд. А ему, похоже, только прибавилось причин