Главный инженер 8 - Вадим Фарг
— Нет. Встретимся в городе.
— Ты… вы теперь будете согласовывать со мной каждую мелочь? — спросила она уже без попытки скрыть недовольство.
— Только те мелочи, от которых зависит, куда я приеду и когда смогу уехать.
Она назвала ресторан при гостинице, где днём обычно было немного посетителей. Я знал это место по прежней жизни: широкое фойе, стойка у входа, столы вдоль окон, отдельная парковка. Не тайное убежище и не кабинет, где хозяин мог чувствовать себя вполне уютно, а вот посетитель явно должен был сжаться от давления. Мы договорились на час дня.
— И обойдёмся без ваших каких-то там представлений, — добавила Лика. — Нам нужен серьёзный разговор.
— Начните его с ответа на вопрос, кто рассказал вам про мою поездку, и представлений будет меньше.
— Завтра, Максим.
Я не стал торговаться за ещё одну фразу и сбросил звонок. Про Светлану не сказал, про Мельникова не спросил. Лика пока назвала только Савельева, и проверять объём её знаний собственными подсказками мне не хотелось.
За столом напротив кто-то забыл детскую варежку. Официантка подняла её, оглядела зал и отнесла к стойке. Я проводил её взглядом, затем открыл заметки и записал слова Лики без своих пояснений. Получилось несколько строк, гораздо менее содержательных, чем разговор казался в первые секунды. Она знала о моём интересе к Савельеву. Требовала встречи. На прямой вопрос об опасности не ответила. Всё остальное я мог добавить сам, но тогда пришлось бы честно подписать:
«Придумал Смирнов».
Виктория остановилась возле моего стола, держа под мышкой папку с документами.
— Ваши уже уехали? — спросила она, посмотрев на чашку.
— Влад заканчивает записи, Митяй ждёт его у машины. Отчёт получите после того, как мы сведём фотографии и результаты.
— Я не тороплю с красивым отчётом, мне нужен точный, — сказала она и чуть помедлила. — И номер заявки откуда-то всё-таки взялся.
— Завтра утром начну с нашей стороны.
Виктория кивнула и пошла к выходу встречать нового гостя. На ходу её лицо снова приняло выражение хозяйки заведения, у которой всё находилось под контролем. После сегодняшнего я особенно хорошо понимал, сколько работы требовалось, чтобы так выглядеть.
Я допил чай и убрал телефон. Лика получила встречу, но не мой вечер. Думаю, её это бесит, ну а мне это нравится.
* * *
Дома я сперва разделся, вымыл руки и поставил разогреваться ужин, а уже потом достал телефон. Не потому, что собирался отложить разговор со Светой. Просто мне надоело сообщать важные вещи на ходу, между дверью и очередной неприятностью.
На кухонном столе лежал блокнот, оставленный после вчерашнего разбора архива. Рядом стояла пустая кошачья миска, которую я так и не убрал в шкаф.
Свете я написал коротко: Лика сама позвонила, спросила, интересовался ли я Савельевым, и потребовала встречи. Договорились на завтра, на час дня. Указал место и добавил, что, вероятнее всего, звонок связан с поездкой в Краснодар, но прямо Лика этого не сказала.
Потом перечитал сообщение и убрал фразу «не хотел тебя беспокоить». Ничего хорошего она не объясняла.
Светлана перезвонила через несколько минут. Я успел поставить тарелку на стол и сесть, но вилку так и не взял.
— Привет. Повтори, пожалуйста, что именно она сказала про Савельева, — попросила Света. Голос был ровным, с той осторожностью, которая появилась после нашего разговора в кофейне.
Я пересказал звонок почти дословно, включая её отказ отвечать на вопрос об опасности. Света уточнила, называла ли Лика Мельникова, Нику или Краснодар.
— Нет, только Савельева. Про поездку я сам предположил, — ответил я. — Не стал перечислять ей фамилии, чтобы проверить реакцию.
— Это правильно. Она могла узнать только о части твоих вопросов, не надо помогать ей собирать остальное.
На заднем плане послышался стук чашки. Я представил Свету дома, не в жакете, с убранными за ухо волосами, и тут же поймал себя на желании спросить, поужинала ли она. В другой вечер это было бы обычной заботой. Сейчас могло прозвучать попыткой незаметно вернуться туда, где между нами ещё не лежала моя история с похоронами.
— После встречи я перескажу разговор, — сказал я. — Если она что-нибудь передаст, покажу. Место и время у тебя есть, менять их пока не собираюсь.
— А если предложит уже там?
— Что именно?
— Пересесть в её машину, съездить к знакомому, посмотреть документ в другом месте. Что-нибудь, что нельзя отложить и можно сделать только немедленно, — ответила Светлана. — Не соглашайся на внезапную поездку. Встреча в ресторане и поездка неизвестно куда не одно и то же.
Я хотел сказать, что не настолько беспечен, но вспомнил базу Умярова, куда когда-то поехал с Григорием на расчёт. Хороших примеров собственной предусмотрительности опять не нашлось.
— Не соглашусь. Если обстоятельства изменятся, сначала сообщу тебе.
Светлана ненадолго замолчала. Не знаю, ждала ли она возражений или просто обдумывала услышанное, но я удержался от желания заполнить паузу.
— Почему она так настаивала на сегодняшнем вечере? — спросила она наконец.
— Может, хотела застать меня врасплох. Может, сама испугалась. А может, завтра ей неудобно. По голосу я услышал только раздражение, остальное было бы догадками.
— Хорошо, что ты это различаешь.
В её словах не было насмешки, но я всё равно почувствовал себя учеником, который впервые подписал фамилию на контрольной. Заслуженно, хотя радости это не добавляло.
Я рассказал и о ресторане, без длинного технического отчёта: чужой аппарат, незапланированный ночной визит, настоящий номер заявки, сохранённая запись. Светлана задала несколько вопросов о времени и документах. Я предупредил, что утром проверю, кому эти сведения были доступны с нашей стороны.
— Только не устраивай проверку, после которой человек решит сбежать если не на юг, то на север, — сказала она. — Сначала сохрани то, что есть.
— Я понял. Если найду что-то существенное, передам тебе и Петренко, прежде чем решать, что с этим делать.
— Тогда до завтра, Максим. И постарайся сегодня всё-таки отдохнуть.
— Ты тоже. Спокойной ночи, Света.
Она ответила тем же и отключилась.
Я остался сидеть с телефоном возле тарелки. Разговор не стал тёплым, и тревога в её голосе ничего не исправляла между нами сама по себе. Но на этот раз Света знала о предстоящей встрече до того, как мне потребовалась помощь. Впервые я не приносил ей последствия с уверением, что почти всё предусмотрел.
* * *
Утром офис встретил меня голосом Степаныча, который объяснял Лёше, почему записать размер на ладони не означало сохранить его для следующего выезда. Лёша стоял возле общего стола и смотрел на почти чистую руку. Судя по лицу, мыло он пока считал главным