Водяной 9 - Константин Паули

Июль. Плавящий всё вокруг зной.

Смахнув со лба капли пота и издав глубокий, полный обречённости вздох, я задал вполне закономерный вопрос:

— Котья Матерь! Руслан, что это за хрень⁈ — в моём голосе звенел такой искренний трагизм, которому позавидовал бы ведущий актёр любого краевого драмтеатра.

— Как что⁈ Танк! — азартно выпалил Руслан. Глаза его горели лихорадочным восторгом мальчишки, который тайком добрался до отцовских конфет с коньяком и уже приговорил половину.

— Вижу, что не вертолёт, — я медленно обернулся к стоя́щей позади Василисе. Она пребывала в точно такой же прострации, что и я.

Едва уловимым жестом я попросил её щёлкнуть пальцами. И хотя обычно в подобных ситуациях она отказывается или делает одолжение с крайне неохотным видом, сейчас звонкий щелчок раздался без малейшего промедления.

Пространство дрогнуло, и время замерло. Присутствующие: гитарист «Амбар-Драйва» Виктор, их ударник Борис по прозвищу «Фазан», а также какой-то незнакомый мне длинноволосый паренёк, мгновенно застыли, превратившись в неподвижные живые статуи.

Не замороженными остались лишь мы: я, Василиса, Руслан и Домовой Кузя.

Я с тоской посмотрел вдаль, на грунтовую дорогу, ведущую от посёлка. В дрожащем от жары мареве виднелся шлейф пыли, к нам явно кто-то ехал. И у меня не было ни малейших сомнений в личности гостя. Это наверняка был Павел Семёнович, глава администрации, который от каждой нашей выходки мучительно ныл, словно от сильнейшей зубной боли.

— Итак, Руслан. Давай я вкратце обрисую ситуацию, как я её вижу, — спокойно начал я. — Ты, вооружившись артефактным металлоискателем, который я на свою голову тебе же и создал…

— И я безмерно тебе за это благодарен! — радостно перебил меня Руслан и изобразил неловкий поклон, стоя в грязи на дне огромной ямы.

— Погоди, не перебивай. Я уже крепко об этом жалею. Я-то думал, ты побродишь по окрестностям, найдёшь пару позеленевших монет времён империи, горсть ржавых гвоздей да старую подкову, и на этом успокоишься. Но нет… Ты устроил здесь полномасштабные раскопки! И откопал на нашу голову следы боёв времён Войны, парочку миномётных мин, которые, к слову, трогать категорически нельзя, это смертельно опасно! Какую-то мелочовку и… внезапно, целый танк!

— Мы же молодцы! — преданно вступился за товарища Домовой Кузя.

— Нет, Кузьма, вы не молодцы. Вы хоть понимаете, к чему это приведёт? — вздохнув, произнёс я. — Сюда понаедут пронырливые журналисты, нарисуются настоящие археологи, подтянутся всякие представители власти. Как вы думаете, нужно ли нашему уютному Колдухину такое пристальное внимание?

Кузя виновато потупился и почесал затылок.

— Ну-у-у… Об этом я как-то не подумал, — понуро признался он.

— С Кузи какой спрос, — я перевёл взгляд на Руслана. — Но ты-то зачем всё это устроил? Ещё и посторонних людей подтянул?

— Надеялся найти что-нибудь по-настоящему ценное. Клад, монеты редкие… — пробормотал он, неловко отводя глаза.

— И как, сильно это похоже на монеты? — процедил я сквозь зубы. — Руслан Артурович, обычно я тебя не распекаю, но, едрить твою налево! Ты просто абсолютный чемпион, мастер спорта международного класса по созданию приключений из абсолютного ничего!

— Постойте. Обычно роль главной стервы здесь играю я, и больше всех ругаюсь, — Василиса решительно шагнула вперёд, оттесняя меня. — Но сейчас нужно срочно как-то решить ситуацию. Руслан, вы оружие нашли?

— Ну… Тут такое дело… Сама же понимаешь… — неуверенно протянул наш горе-археолог.

— Руслан! — в голосе Василисы послышался металл.

— Да, вон там лежит! — он ткнул грязным пальцем в сторону импровизированного стенда. На расстеленной прямо на земле широкой белой тряпице лежали четыре изъеденные ржавчиной винтовки Мосина, без прикладов, дерево от времени давно истлело в труху, и чудом уцелевший пистолет ТТ.

— Я забираю всё, — безапелляционно сказала Василиса. — По бумагам проведу так… Вы просто гуляли, случайно наткнулись на схрон, проявили сознательность и тут же сдали всё мне. Никаких раскопок не было. Я отправлю всё на экспертизу, а оттуда их передадут в музей.

— А танк⁈ — возмутился я, недовольно смотря в сторону новоявленного Индиану Джонса. — Это же не иголочка в стоге сена! Это целый танк! Как мы объясним, что в Колдухине внезапно из-под земли вырос бронированный монстр?

Вместо ответа Василиса лишь оглянулась и щёлкнула пальцами, снимая заклятие и размораживая застывшую троицу. Времени на споры не оставалось, пылящая по грунтовке машина главы администрации надвигалась на нас неумолимо, как сам злой рок.

В момент активации «щелчка» василисиного заклятия, Павел Семёнович находился далеко за пределами радиуса его действия, а потому всё это время продолжал свой неотвратимый путь к эпицентру нашего бедствия.

Мы находились в низине под дамбой, надёжно укрытые густыми зарослями кустарника и непролазным бурьяном. В этом месте обычно не бывает ни души, разве что лисы прошмыгнут, зайцы, полевые мыши да ежи. Никого и никогда. Но один неугомонный двуногий барсук всё-таки умудрился сюда забраться, раскопал залежи военной техники, да ещё и приятелей с собой притащил. И именно этот последний факт, наличие лишних глаз и ушей, заботил меня сейчас острее всего.

— Привет, меня Рома зовут! — внезапно отмерев, радостно и приветливо помахал нам с Василисой длинноволосый паренёк, словно мы встретились на весёлом пикнике. — Я тут недавно, приехал бабушкин дом в наследство принимать!

— Привет, Рома, — безрадостно ответил я. — А скажи-ка мне, Роман… ты умеешь держать язык за зубами?

История Ромы не была какой-то оригинальной. Ему едва перевалило за двадцать. Родителей он потерял рано, воспитывался в детском доме, а недавно почила и бабушка, о которой он не знал. Вся эта суета началась с Гайка, рыская в поисках хозяев и наследников заброшенных участков, он основательно растормошил многие местные семьи. Большинство, без вопросов и не глядя, продавали дедовские развалюхи, но находились и те, кто внезапно вспоминал о родовом гнезде и решал начать всё с чистого листа, начинал самостоятельно заниматься своей недвижимостью, а кто-то и вовсе перебирался в посёлок. Рома был из таких, одинокий сирота, но парень на удивление светлый, приветливый и с явной музыкальной искрой. Когда-то он даже учился в музыкальной школе или вроде того, поэтому быстро сошёлся с ребятами из «Амбар-Драйва». Собственно, эта дружба и привела его сегодня на дно