В. Галечьян - Четвертый Рим

Тут Никодим чуть переждал, желая проследить, какое воздействие окажут его слова на Луция. Тот никак не прореагировал, ничуть не удивленный словами друга. Тогда Никодим решил продолжить:

— Ты понимаешь, что я не сам доставал тебе разрешение на кратковременную свиданку, а люди, которые без преувеличения достаточно для этого могущественны. И я при всем при том не буду тебя насиловать и заставлять против воли организовывать встречу. Но не я поставил в прямую пропорцию оба свидания и не мне эту связь отменять.

— Ловко ты меня на крючок взбагрил, — усмехнулся Луций. — Как же, поверил я в байку о других людях. Это вполне в твоем духе так срастить концы, чтобы и задохнуться было нельзя и двигаться вольно невозможно. Мастер!

— С тебя хватит и того, что я тебе сказал. В конце концов, я могу и просто постучаться к твоему шефу в номер. После второй рюмки он меня встретит как родного.

— И это ты знаешь, — восхитился Луций. — Хорошо ваша служба работает, добротно. Поди и сейчас нас слушают. Где у тебя передатчик сидит? Во внутреннем кармане или между ног?

— Сидит у меня передатчик между ног, да не тот, о котором ты думаешь. Такой и у тебя есть. Езжайте с братом в гостиницу, а как появится ваш шеф, я к тебе загляну.

— А родители? Когда можно с ними встретиться?

— На разрешении даты нет, идите хоть сейчас. Не забудь, завод оборонный. Я бы и сам с вами пошел, да боюсь, судьба сыграет в легкую. И так под богом хожу.

С этими словами Никодим исчез.

Если бы в пиве не было коньяка, Луций бы вряд ли рискнул так прямо вместе с маленьким братом ринуться на поиски. Но хмель кружился в его веселой голове, все казалось очень простым и легким, надо было только поторопиться, чтобы застать мать и отца на заводе.

Они подошли к стеклянным дверям проходной и остановились в легкой нерешительности. Наконец Луций толкнул дверь, и братья вошли в прохладное фойе, выложенное светлым сверкающим камнем. Около турникета стоял охранник с кобурой на боку и что-то жевал. Дед обладал громадными кулачищами и раздутым сизым носом профессионального алкоголика. Он взглянул на Луция и тотчас отвернулся. Возле турникета стояла стандартная будочка. В ней сидел еще один сизоносый стрелок помоложе.

— Нам куда? — спросил юноша, которому почему-то стыд сдавил горло, хотя понять его происхождение он не мог.

Луций протянул деду разрешение, которое тот после недолгого раздумья принял и стал про себя читать. Видимо, процесс чтения не сопровождался у него просветлением разума, потому что он вернул бумагу юноше со столь же застывшим лицом, как и минуту назад.

— Иди в отдел пропусков, — сказал он хрипло, — там заполнишь маленькую такую бумажку — форму, а потом сюда приходи.

Охранник махнул рукой куда-то в сторону и быстро, пока Луций не стал его снова доставать, спрятался к себе в кабинку.

Отдел пропусков состоял из одного окошечка, заглянув в которое Луций увидел черноволосую девушку, которая мирно пила чай.

— Мне вот пропуск подтвердить к родителям, — волнуясь и переминаясь с одной ноги на другую, начал юноша.

Девушка мельком на него взглянула и продолжила с еще большим удовольствием пить чай. Из большой разукрашенной коробки она достала печенье и стала, не торопясь, намазывать его чем-то весьма аппетитным. Потом еще подлила кипятку, подула на чашку, помешала чай и принялась с большим вкусом есть печенье. Протянутая рука Луция с синей бумажкой в кулаке казалось волновала ее не больше, чем, скажем, восстание каменных истуканов на острове Пасхи под водительством известного в XX веке путешественника Хейердала.

После того как весь чай был выпит, а коробка аккуратно закрыта и убрана, девица соизволила произвести некоторые движения. А именно: она открыла ящик письменного стола и достала оттуда тоненькую пачку бланков.

— Вот анкеты, — сказала она, — заполните их и передайте мне для компьютерного сектора. Да заполняйте тщательней, будут ошибки, придется переписывать, — с этими словами из того же ящика она достала зеркальце и косметичку.

Оглянувшись, Луций взял бумаги и уселся за стол. Анкеты представляли собой вопросник из 322 пунктов; нужно было отвечать «да» или «нет». Оказалось это дело совсем простым, и уже через какой-то час Луций лихо выводил кружочки на 321-м вопросе: «Имели ли вы бисексуальные отношения?»

Не мудрствуя лукаво, он заполнил и анкету Василия. Довольный собой и следя только за тем, чтобы не удрал куда-нибудь братец, который от скуки стал уже кататься по скользкому каменному полу, как по катку, Луций протянул анкеты дремлющей с книжкой девице. Та быстренько встала со стула и куда-то понесла их. Вернулась она буквально через двадцать секунд, без анкет, вся растрепанная и походящая уже не на дремлющую кошечку, а на рассерженного дикобраза.

— С вами будет говорить господин Ман, — профырчала она, и волосы на ее голове встали от злости дыбом.

Господин Ман, чей кабинет, как оказалось, был за ближайшей дверью, встретил их, стоя с анкетами в руках. Это был ничем не примечательный, кроме выпирающего живота и явно еврейского акцента, средних лет бодрячок в стерильном синем костюме, так аккуратно сидящем, что возникало подозрение, не родился ли он в нем.

Девица вышла, едва доведя братьев до кабинета, и господин Ман, уже не сдерживаемый корпоративными приличиями, с места поднял крик:

— Я таких подлых, лживых, я бы сказал, грязных анкет не запускал в анализатор никогда в жизни. Целых три шкалы недостоверности вылезли. Вы что полагаете: здесь сидят одни идиоты?!

— Помилуйте, — обратился к нему Луций, — но откуда, например, мой младший брат знает, как заполнять такие анкеты? Ребенок ответил как мог, но что он мог изобрести в ответ на такой вопрос: «Испытываете ли вы сексуальную тягу: а) к своей матери, б) к отцу, в) к братьям и сестрам, г) собакам или другим домашним животным, д) придуманному вами фетишу, е) ко всему живому». Парень, по-моему, до сих пор испытывает сексуальную тягу к своему футбольному мячу, и то не помнит, когда он играл последний раз. К тому же мы к вам не на работу пришли наниматься. У меня краткосрочное свидание с родственниками.

— Ай эм сорри, — почему-то по-английски извинился господин Ман. — Эта девица весьма невнимательна, она сунула ваши анкеты не в тот компьютер, который нужно было. Да и анкеты вам надо заполнить другие. Эти анкеты для поступающих на завод. Но в вашем случае это отпадает. Прочитав вашу анкету, компьютер поперхнулся и до сих пор молчит. Видимо, переживает. Пойдемте, я вас провожу в секретный отдел. — И весьма довольный, что недоразумение исчерпано, господин Ман быстренько вытолкнул братьев из кабинета.