Иар Эльтеррус - Отзвуки серебряного ветра

— И что мне теперь с вами делать? — вздохнул он, смотря на девушек, стоящих на коленях у стола. — И кто…

Натолкнувшись взглядом на палец блондинки, приложенный к губам, Рене замолчал. А она указала взглядом на люстру, потом на окно. Так-так, жучки имеются? Рабыня встала с колен и с усмешкой посмотрела на него, потом наклонила голову и широко открыла рот. Рене чуть не стошнило — из распахнутого рта девушки потоком посыпались тысячи и тысячи тонких, извивающихся белых червей. Они падали на пол и мгновенно расползались по всему дому. Вторая рабыня почему-то отшатнулась к стене и на ее лице появился такой неописуемый ужас, что Рене пожалел бедняжку. Из ставших круглыми глаз брюнетки текли слезы, ее всю колотило.

— Ну вот, господин капитан, — раздался ироничный голос блондинки, — теперь можно поговорить спокойно. Ваш дом с этого момента хорошо защищен от прослушивания.

— А это не вызовет подозрений?

— Сейчас господа подсматривающие и подслушивающие увидят как мы втроем начали заниматься сексом. Думаю, это надолго развлечет их. А потом биокомп придумает что-нибудь еще. Я подселила в стены вашего дома довольно мощный биокомп, по мощности он сравним с главным вычислительным центром Моована.

— Вы офицер ордена?

— Да. Позвольте представиться — лор-капитан Зерания Нестен.

— Рене Таранчено, — щелкнул каблуками сыщик. — Капитан уголовной полиции в отставке. А ваша подруга?

— Увы, — скривилась блондинка. — Обычная рабыня. Тут наш прокол, никто не рассчитывал, что рабынь окажется две. Когда это стало ясно, отменять операцию было поздно. Потому мы решили отчасти посвятить ее в наше дело. Вы ведь дадите ей свободу в награду за помощь?

— Да хоть сейчас! — фыркнул Рене и повернулся к застывшей в углу черноволосой рабыне. — Что ненавижу, так это рабство. Успокойся девочка, никто тебе ничего плохого не сделает.

Гали с ужасом смотрела на падающих изо рта оборотня червей и дрожала. Она оказалась права, это не человек, это какое-то чудовище! А когда выяснилось, что новый господин ждал именно этого оборотня, а вовсе не их с Сини, девушке стало совсем не по себе. Значит, она совсем не нужна господину? О Святой Благословенный! Ее же сейчас убьют, чтобы не мешала… Она краем уха слышала разговор, но ничего в нем не поняла. Оборотень — офицер какого-то ордена? Какого? Но тут до Гали дошло, что ей могут дать свободу, что господин готов хоть сейчас сделать ее свободной и она изумленно замерла. А он подошел и поднял девушку с колен. После чего усадил в кресло и чуть ли не силой заставил выпить полстакана коньяку. Гали даже задохнулась и закашлялась от неожиданности, ей ведь и вина никогда не доводилось пробовать, не говоря уже о чем покрепче. Немного придя в себя, девушка заставила себя посмотреть на господина и облегченно вздохнула — он ласково и ободряюще улыбался ей.

— А Сини?.. — осмелилась все-таки спросить Гали, внутренне приготовившись к наказанию за неуместное любопытство. — Вы ее убили?

— Дурочка маленькая! — рассмеялась лор-капитан. — Я сама из рабынь, меня орден из петли вынул. Ты думаешь, что я могу причинить вред такой же, как и сама? Твоя подруга уже свободна. Мало того, она стала одной из нас!

— А… — только смогла выдавить из себя девушка.

— Она произнесла Призыв. Арн ил Аарн. И она теперь тоже аарн.

— Аарн… — тупо повторила Гали, от зависти у нее свело зубы.

Значит, ее подруга в ордене? Теперь только девушка смогла понять о каком именно ордене говорила эта женщина. Как и каждая рабыня, она мечтала, чтобы ее взяли во время очередного Поиска, но не решалась выкрикнуть Призыв. Слишком страшной оказалась смерть одной из рабынь, сделавшей это, но так и не попавшей к Аарн. Орден ее почему-то не взял… Господа воспитатели решили преподать остальным урок и посадили осмелившуюся бунтовать девушку на кол, заставив ее подруг смотреть. Жуткие крики умирающей долгие годы после этого преследовали Сини и, как она ни жаждала стать свободной, страх заставлял ее неметь каждый раз, когда над ее родной планетой загоралось небо. Сини взяли… Ой, Святой Благословенный! Спасибо тебе за нее, спасибо! Гали не могла сдержать слез и тихо плакала. Господин ласково гладил ее по голове и это было так приятно, ни разу за всю жизнь никто не гладил ее… Но что будет с ней самой? Может аарн возьмут и ее? Ах, если бы…

— Мы не ждали, что вас будет двое, — положила ей руку плечо Зерания. — А то бы подменили и тебя, сейчас ты уже стала бы одной из нас или хотя бы свободной. Но ты станешь свободной все равно, только помоги нам, не выдай нас.

Гали с ужасом слушала рассказ о творящемся на благополучной с виду планете и мелко тряслась. Людей убивают, замучивают ради развлечения? Святой Благословенный! Да как же ты такое позволяешь?! Ты же должен наказать этих зверей! Но может, это и есть начало наказания? Святой Благословенный ведь никогда не спешит и всегда действует руками людей… А раз орден решил уничтожить палачей, то от своего решения не отступится. Это Гали знала твердо, не раз подслушивала разговоры воспитателей. Ох, как те боялись, что хоть одна их рабыня станет аарн… Гали вспомнила двух особо жестоких воспитателей, и кулачки девушки сами по себе сжались, а зубы заскрипели. Да, отплатить им за все хорошее она бы не отказалась, ох не отказалась бы… А замучивающие даже не рабынь, а свободных людей ради удовольствия еще хуже. Они вообще не должны жить, не место им среди живых!

Черная воронка гиперперехода распахнулась на дворцовой площади прямо перед парадным входом во дворец. В ту же секунду из нее вынырнули около десятка аарн в белоснежных доспехах с выбитым на груди черным ангелом. «Ангелы Тьмы… Ангелы Тьмы…» — побежал по площади боязливый говорок. Великокняжеские гвардейцы, стоявшие на карауле перед огромными, покрытыми золотыми узорами дверьми, напряглись и крепче вцепились в собственное оружие. Лицо полковника, командующего ими, мгновенно покрылось испариной. Неужели орден решил атаковать дворец? Да сохранят его Благие от такого кошмара! Ведь «Ангелы Тьмы» пройдут сквозь его людей, как нож сквозь масло… И ничего сделать будет нельзя, разве что погибнуть без толку. Собравшиеся на площади люди, надеявшиеся получить аудиенцию у великого князя, отшатнулись к ограде, окружавшей дворцовую площадь. Никому не хотелось оказаться между легионерами ордена и гвардейцами великого князя, если те, не дай Благие, сцепятся.

Из портала тем временем вышли еще двое аарн. Мужчина и жещина в парадной форме без доспехов. Полковник перевел дух — похоже, они не собираются нападать. А посмотрев внимательнее, успокоился окончательно — не стали бы люди ордена брать с собой на боевую операцию детей. Действительно, у вновь прибывших были с собой двое совсем маленьких детишек. Ослепительно красивая молодая женщина с длинными платиновыми волосами, заплетенными в косу, вела за руку мальчишку лет семи. А мужчина, гигант более двух метров росту, нес на руках совсем еще маленькую, лет трех-четырех девочку. Дети тоже были в форме ордена, они с любопытством оглядывались. Но почему-то молчали, что совсем не похоже на детишек, впервые попавших в незнакомое место. Аарн неспешно двинулись ко дворцу. Только тут начальник стражи внимательнее присмотрелся к их лицам. И его снова прошиб холодный пот. Ко входу в великокняжеский дворец подходила не просто аарн, а никто иная, как Лиэнни Т'а Моро, младшая дочь великого князя, много лет назад ушедшая в орден прямо с собственной помолвки. Сам полковник, бывший тогда всего лишь лейтенантом, при сем знаменательном событии не присутствовал, но рассказов слышал множество. А узнал ее высочество только потому, что в юности не раз танцевал с ней на редких балах, которые великая княжна все-таки посещала.