Второй шанс для попаданки. Излечить обреченного - Елена Белильщикова

– Мой пасынок… – начала было Милана.

– Он притащил в дом змею! Вон она! – Андрей обличающе ткнул пальцем в трельяж, под который и уползла перепуганная незваная гостья. – Где он? Я… я его лично в угол поставлю!

– Не пугай мне ребенка, – холодно огрызнулась Милана.

Вместо того, чтобы броситься на подмогу, Аглая степенно кивнула. Будто… не просто так на крики прибежала. А нарочно была где-то неподалеку. Это насторожило Милану, но она не успела толком обдумать эту мысль. Ведь Андрей снова завопил:

– Вон она! Аглая! Зови всех! Пусть идут с палками, с топорами, с этими…

– Это уж, барин, – Аглая преспокойно присела на корточки, чтобы изловить бедную змейку и посадить себе в фартук. – Ужик обычный, что Вы так перепугались-то? Неужто в детстве их не видели, когда на речке купались?

Аглая не дразнилась. Говорила мягко и успокаивающе, по-матерински. Оттого Андрей еще сильнее застыдился. Милана успела заметить, как у него вспыхнули кончики ушей, но он тут же тряхнул головой.

– Знаю я! Не разглядел сразу! – проворчал Андрей, забирая свой сапог и натягивая обратно. – Отнеси эту гадость куда-нибудь! Чтоб глаза мои ее не видели!

Аглая кивнула и исчезла так же бесшумно, как и появилась. Как и тот, чей взгляд Милана почувствовала в коридоре. И она пока не решила, воспринимать это совпадением или нет.

Милана нашла Георга на чердаке. Гувернантка уже сбилась с ног, пытаясь найти юного беглеца. Но что кухня, что кладовка были бы слишком очевидными вариантами. Аккуратно придерживая подол непривычного длинного платья, Милана поднялась по лестнице на чердак. Сквозь небольшое оконце пробивался мягкий свет. Он позволял увидеть всякий старый хлам и поставленные друг на друга ящики. На одном из них и сидел Георг. Светлая макушка поблескивала, чуть отливала золотым, как и пылинки в лучах. Заметив Милану, он взвился на ноги. Брови нахмурились совсем по-взрослому, в глазах вспыхнул возмущенный огонь.

– Здесь мое тайное место! – выпалил Георг. – Я тебя сюда не звал!

Милана медленно вдохнула воздуха. Будь тут Влад, выговор Георг получил бы такой, что крыша затряслась бы. Но нужно было найти подход к этому маленькому ежонку. Несчастному одинокому ребенку, который уверен, что теперь живет в одном доме с убийцей собственной матери.

– Ничего, я уйду. Вместе с тобой. Как только ты вернешься к французскому, – Милана ослепительно улыбнулась.

– Еще чего! – Георг скрестил руки на груди, глядя на нее исподлобья. – Слушаться тебя я не собираюсь! Ты мне не мама! Ты…

У него сорвался голос. Георг зажмурился. Но Милана успела заметить, как блеснули его глаза навернувшимися слезами. Она подошла ближе, как к дикому зверьку, который в любой момент мог испугаться и броситься прочь. Присела на корточки, осторожно взяла за руку.

– Ты прав, Георг, я не твоя мама и никогда ее не заменю, – мягко произнесла Милана. – Но послушай. Я ее не убивала. Я не делала ничего плохого. Твоего папу и всех остальных… просто обманули. И мне очень жаль, что так случилось. Но зато твой папа остался в живых, это же хорошо?

– Хорошо, – буркнул Георг.

– А я змейку твою нашла, – улыбнулась Милана, пытаясь его расшевелить. – Вместе с дядей Андреем. Он так испугался ее!

– Я для тебя ее притащил, – надуто сообщил Георг.

– Теперь ты просто обязан придумать что-то еще! – рассмеялась Милана и выпрямилась, поправив платье. – Пойдем вниз? Гувернантка тебя заждалась. А я пообещала твоему папе, что посмотрю твои тетради. И может быть, помогу тебе с чем-то? Раз тебе не дается учеба.

Она мысленно досчитала буквально до трех, как манипуляция сработала ровно так, как и ожидалось. Георг, которого Милана взяла было за руку, резко выдернул ладонь.

– Что?! Я что, маленький?! Чтобы со мной уроки делать! Еще чего! Да я… я получше тебя этот французский знаю! Ты наверняка только вышивать и умеешь! А я… я зато считаю хорошо!

Милана украдкой улыбнулась на то, как Георг яростно хвастается. А он первым бросился к лестнице, чтобы поспешить на уроки.

«Заняться его воспитанием я еще успею, – подумала Милана. – Пока мне нужно перестать быть для него врагом – это главное!»

Ее уловка сработала. Георг вернулся к гувернантке, и больше у той не было на него нареканий. Разобравшись с этим делом, Милана направилась к комнате своего мужа. Той самой, в которой они сегодня провели свою брачную ночь.

– Милана! – вдруг раздался незнакомый мужской голос.

Милана вздрогнула и остановилась. Она только недавно спустилась с чердака на первый этаж. И собиралась идти к Владу. Но ее остановили вот так… экстравагантно. Откуда посреди коридора взяться мужчине? Который еще и зовет ее так… интимно. По имени. Да, конечно, это мог быть Андрей. Но его голос Милана прекрасно знала. Или какой-то слуга, который искал ее с вопросом по хозяйству. Но сердце, которое до сих пор было не на месте и стучало так громко, подсказывало: это не слуга.

– Милана! – голос раздался снова.

Он был требовательный, низкий, утробный. Словно принадлежал не человеку, а… зверю какому-то? Что за бред! Никаких зверей в доме быть не могло. Говорящих и подавно! Милана потрясла головой, пытаясь прийти в себя. И огляделась, заставив себя мыслить логически. Она вспомнила, что голос раздавался со стороны темной части коридора, где была небольшая дверь, черный ход, ведущий на улицу. Милана с дрожью подошла туда и положила ладонь на ручку. Дверь поддалась.

– Кто ты? – проговорила Милана.

Перед ее глазами почему-то встал Дмитрий, тот самый рабочий с завода. Почему он вспомнился ей прямо сейчас? Может… оттого что голос, раздающийся за дверью, напомнил ей тембр Дмитрия?

– Нет. Это невозможно. Что Дмитрию делать рядом с моим домом? Он никогда не пришел бы. Да и откуда ему знать адрес? Не следил же он за мной, – Милана размышляла вслух.

Ее тянуло на улицу. Разгадать тайну. Милана схватила какую-то простую черную накидку, забытую на небольшой тумбочке, стоящей возле стены. Набросила ее на плечи и выскочила за дверь, оставив ее приоткрытой.

– Кто звал меня? – голос Миланы прозвучал немного сдавленно и непривычно тихо, когда она крикнула эти слова в пустоту и огляделась по сторонам.

Городской особняк, в котором жил Влад, примыкал к старому заброшенному парку. И