Развод. Неистинная жена генерала-дракона - Ангелина Сантос

Она не стала спорить.

Через минуту я уже застёгивала тёмный лёгкий плащ у горла. Волосы собрала быстрее, чем следовало бы. Пальцы дрожали, и от этого шпилька дважды выпадала на пол.

— Госпожа, — тихо сказала Мира, — он ведь правда поставит людей у лестницы.

— Тем лучше.

— Вы хотите выйти сейчас?

— Да.

Она посмотрела на меня с такой смесью тревоги и понимания, что мне на миг захотелось обнять её, как младшую сестру. Вместо этого я взяла перчатки.

— Если я останусь здесь ещё на полчаса, я начну слышать, как весь дом дышит ей навстречу.

Мы вышли боковой дверью, которой пользовались редко — не потому, что она была тайной, а потому, что вела к старой лестнице для внутренних переходов. Когда-то мне показал её сам Кайран, после особенно шумного приёма. Мы тогда оба устали от людей и смеха, и он вывел меня этим путём в зимний сад, где было тихо и пахло влажной землёй.

Странно, какие воспоминания всплывают в минуты, когда больше всего хочется ничего не помнить.

На лестнице было прохладно. Камень под ладонью казался сырым. Где-то этажом ниже переговаривались слуги.

Мы спустились, прошли через узкий коридор и вышли в галерею, застеклённую с одной стороны и открытую в сад с другой. Здесь уже почти не бывало придворных. Старые розы у перил давно отцвели, остались только листья и тяжёлый запах зелени.

— Я побуду одна, — сказала я.

Мира замялась.

— Госпожа…

— Здесь никого нет. Иди. Если спросят — скажешь, что я у часовни.

Она нехотя кивнула и отошла.

Я пошла дальше.

С каждым шагом становилось немного легче дышать. Не потому, что боль отпускала. Просто стены дворца остались чуть позади, а вместе с ними — фрейлины, ткани, разговоры, приказной тон, за которым Кайран прятал всё, что не хотел мне объяснять.

Я спустилась по трём широким ступеням в старый нижний сад. Когда-то он был любимым местом покойной матери Кайрана, но последние годы за ним ухаживали без прежнего усердия. Кусты разрослись, дорожки местами потрескались, а над небольшим прудом нависли ветви старой ивы.

Я остановилась у воды.

На поверхности дрожал закатный свет.

И тут жара на запястье стало больше.

Не резко. Не как вспышка. Скорее словно под кожей натянулась тонкая раскалённая нить.

Я прижала руку к животу и застыла.

Что ещё?

Сначала зал. Потом его близость. Теперь — сад?

Или дело было не в месте?

Я не успела додумать.

Позади хрустнул гравий.

Я обернулась и увидела Кайрана.

Он шёл быстро, почти не замечая веток, которые цеплялись за плащ. На лице не было привычной ледяной неподвижности. Только злость и что-то ещё, от чего у него словно темнели глаза.

Он остановился в двух шагах от меня.

— Я велел тебе не выходить.

— А я велела не трогать мои комнаты. Мы, кажется, оба сегодня плохо слушаем.

— Ты вышла одна.

— Здесь дворцовый сад, а не вражеская граница.

— Для тебя сейчас разницы меньше, чем ты думаешь.

Я смотрела на него и понимала сразу две вещи. Первая: он действительно зол. Вторая: он нашёл меня слишком быстро.

Слишком.

Не прошло и десяти минут.

— Ты следил за мной? — спросила я.

— Нет.

— Тогда как ты узнал, где я?

Он сжал челюсть.

И промолчал.

Жар под кожей вспыхнул опять. На этот раз у меня вырвался короткий вдох, и Кайран сразу шагнул ближе.

— Покажи.

— Нет.

— Нэйра.

— Нет!

Слово сорвалось громче, чем я хотела, и над садом повисла настороженная тишина. Вода у берега качнулась от ветра. Где-то наверху вскрикнула птица.

Я чувствовала, как дрожат пальцы под перчаткой.

— Ты не можешь сначала отказаться от меня перед всем двором, — сказала я тихо, — а потом требовать, чтобы я послушно давала тебе смотреть, где и как мне больно.

Он замер.

В его глазах что-то изменилось.

Не мягкость. Нет. До мягкости с нами было ещё слишком далеко. Скорее удар, который он не успел отразить.

— Я не требую послушания, — сказал он.

— Тогда что это?

Он провёл ладонью по лицу — редкий для него жест. Человеческий. Усталый.

— Я пытаюсь не допустить худшего.

— Какого именно?

— Того, чего не понимаю.

Я рассмеялась коротко, почти беззвучно.

— Наконец-то честно.

Он посмотрел на меня прямо.

Слишком прямо. Так, что мне пришлось отвести глаза первой.

— Я не лгал тебе насчёт опасности, — сказал он. — И не лгу сейчас.

— Зато очень удобно лжёшь обо всём остальном.

Он ничего не ответил.

Только сделал ещё шаг.

Теперь между нами почти не осталось расстояния. Я чувствовала тепло его тела сквозь вечернюю прохладу сада, запах дыма на воротнике, видела тонкую серебристую черту у его виска — не украшение, не шрам, а что-то, похожее на мелькнувшую под кожей чешую.

Дракон.

Я затаила дыхание.

Такого раньше не было. Или я не видела?

Кайран тоже понял, что я заметила. Лицо у него стало совсем жёстким.

— Иди обратно в свои покои, Нэйра.

— Нет.

— Не спорь со мной сейчас.

— А когда можно? После свадьбы? После того как ты определишь, где мне удобнее жить после развода?

Слова вылетели и повисли между нами.

На этот раз он даже не попытался сделать вид, что не задело.

— Ты считаешь, мне всё это нравится? — спросил он тихо.

Я моргнула.

Потому что вопрос был не тем, к чему я готовилась.

— А разве нет?

Он посмотрел в сторону пруда, потом снова на меня.

— Если