Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

Оказавшись рядом, я долго и испытующе смотрела на Феррела снизу вверх. Теперь он видел в моей позе то, чего не чувствовал раньше — я могу встать и уйти в любой момент. Всё происходящее превратилось в игру, в холодную попытку изучить реакцию толпы.

Целесте знала, какие границы нельзя переходить. Я никогда больше не пущу её в своё тело, если она посмеет.

— Фран, — тихо произнёс Рой, стоя надо мной. Возбуждённый, жёсткий, не скрывающий своих чувств.

Ведомая действиями Целесте, я наклонилась, прижимаясь к его ноге щекой и закрывая глаза.

А когда открыла их, то столкнулась взглядом с Тарреном.

Он смотрел прямо на меня. Не на стену за моей спиной, не на «Око Дракона». В глазах не осталось и капли зелени.

Разве не этого он хотел? Чтобы я была здесь, в таком положении, в полной зависимости от Роя?

— Я признаю твою власть над телом моим, над словом моим и над волей моей. И принимаю её без остатка, — произнесла я, а точнее Целесте, смотря теперь только на Роя взглядом, полным обещания.

На мою голову опустилась рука Роя. Он гладил меня, словно послушную рабыню, и я…

Внутри я не чувствовала ровным счётом ничего. Никакого безумного притяжения или желания сделать его счастливым. Целесте, захватившая сейчас моё тело, каким-то образом отсекла эти ненормальные порывы. Это наводило на мысли, что её механизм воздействия на меня в чём-то схож с действием «Ока дракона».

Рука Роя на секунду дрогнула, будто он сам не мог поверить, что этот момент наконец наступил.

— Выберите наказание для своей младшей жены, лорд Феррел, — к нам подошёл жрец, подозрительно сузив глаза.

Моё поведение казалось ему странным.

— Я передумал. Я вижу, что моя жена на самом деле осознала свои грехи, и желаю наказать её лично, без присутствия посторонних. Вы можете ожидать щедрого пожертвования, а также того, что Фран будет убирать главный зал храма каждый день в течение недели.

Сказав это, Рой поднял меня с колен за правую руку, а после горячо поцеловал — долго, удерживая за подбородок одной рукой и за ладонь второй. Его язык нагло скользил внутри моего рта. Рой не особо церемонился, всё, что он делал здесь, было напоказ.

Возможно, для одного конкретного человека.

Всё, что я могла испытывать в этот момент, — это эйфория от того, что странное притяжение полностью исчезло. И пусть действия Целесте противоречили моим собственным желаниям, я была невероятно благодарна, потому что чувствовала, что всё это скоро закончится.

Главное, чтобы Целесте не заигралась, пытаясь вызвать определённую психологическую реакцию — она никогда не делала ничего просто так. Она знала, какие границы нельзя переходить…

Мы покидали комнату вместе, под злыми взглядами горожан, пришедших сюда ради унижения самой непослушной жены, но сейчас она отделалась даже легче, чем прежде. Мало того — Рой, стоявший для них на недосягаемом уровне, обнимал меня за плечи, выводя из храма.

Целесте не оборачивалась, и я не знала, наблюдает ли за нами Таррен.

Почему он не ушёл?

Почему не остановил это? Он же прекрасно знал, насколько я ненавидела Роя, как боялась попасть в зависимость от него. Он знал, что Рой угрожал мне принуждением раньше.

Разозлилась на себя за то, что вообще об этом думала. Ожидать от него чувств — чистая глупость, он мыслит иными категориями, и мне пора задавить любые остатки надежды. Этот момент только лишний раз это подтвердил.

— Я не ожидал, что ритуал подействует на тебя так скоро. Но, конечно, меня это не огорчает, — Рой не останавливался, шёл быстро, почти тащил меня, пока мы не оказались в лёгкой карете, тут же направившейся во дворец.

Он просто оставил позади и Анну, и Эллен, уходя на глазах у толпы.

— Я знаю, чего ты хочешь, — произнесла Целесте моими губами, и я поразилась её интонациям.

Уверенность, дерзкая, с вызовом в голосе. Но одновременно — женское волнение. Она не отодвигалась от Роя, позволяла ему находиться рядом, вдыхать мой запах, касаться меня всем телом. Позволила положить руку выше колена, та сразу же сдвинулась на внутреннюю сторону бедра.

Почему она не отстраняется?

— Но я не готова. Сейчас. Я не понимаю своих чувств, моё тело говорит одно, а разум — другое, — и вновь дрожь в голосе, идеально выверенная, с ноткой злости и мучений.

Челюсть мужа напряглась, едва он услышал это, как и рука на моей ноге. Он молчал почти всю дорогу до замка, заставляя меня нервничать, но тревога никак не отражалась на моём лице, находящемся под контролем Целесте.

Она просто отвернулась, точно так же, как поступила бы я сама. Смотрела на город.

И, похоже, бесила этим Роя просто невероятно. Будучи лишь наблюдателем в собственном теле, я видела это отчётливо как никогда.

Что у неё на уме?

— Не играй со мной в игры, Фран, — наконец он схватил меня за подбородок, разворачивая к себе. Он выглядел так, будто я — или Целесте — его обманула. — Я многое готов простить тебе, но не всё. На твою удачу, сейчас мне нужна твоя покорность. Но вечно это не продлится.

С этими словами Рой жёстко поцеловал меня, мои губы расплющились о зубы, когда он надавил на рот с двух сторон, принуждая впустить его. Я негодующе замычала, но всё кончилось так же быстро, как и началось, а после он покинул карету.

Я поняла, что тяжело дышу. Что тело мелко потряхивает, а к Рою всё ещё слабо тянет. Это…

Мои чувства!

— Какой у тебя план в отношении Роя? — спросила я Целесте, по какой-то причине решившую отступить саму, без сигналов с моей стороны, без малейшего промедления. Сразу же, как только Рой ушёл.

Доверять ей нельзя. Скорее всего, она ждёт, что я в какой-то момент потеряю бдительность и не успею договориться с Талирой. Я сама на её месте поступила бы так же.

— Я не читаю прямого намерения к насильственному принуждению, однако совокупность физиологических индикаторов не позволяет исключить данный сценарий. Фиксируется учащённое дыхание, нестабильный сердечный ритм, расширение зрачков и повышенная мышечная микрореактивность при взаимодействии с тобой. Его поведенческий паттерн указывает на ожидание добровольного согласия с твоей стороны. На его когнитивные процессы влияют воспоминания, предположительно сформированные на основе повторяющихся сновидений с участием Исабо и Вигорра. Наблюдается эффект проекции и ложной идентификации, он частично приравнивает вас к указанным субъектам.

Я молчала, пытаясь переварить сказанное ею. Видимо, когда-то в прошлом Исабо сама пришла к Вигорру, и Рой