Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро

Опустив демоницу на землю и подложив под ее голову свой пояс, небожитель заметил лежащую в шаге от него белую косточку. Помедлив, он опустился на колени и взял ее, сжав в ладони.

* * *

Тонкий аромат сандалового дерева витал в воздухе, пропитывая ткани и бумагу. Ветер играл с подвешенными под потолком свитками, на которых оживали картины. Вот слабо покачивались лотосы на пруду, а там по реке скользила лодка, разрезая туман.

Кисть в тонких пальцах Юнь Цы выводила замысловатые рисунки на пергаментном свитке. Не смея отвлечься, она несколько дней сидела за печатями, приводя три Мира в порядок. Все менялось, трескалось и разрушалось после падения Шань Ло: мир демонов, занимающий западные земли, обваливался и падал вниз, словно стремясь улететь в бесконечность. Юнь Цы пришлось вплести в землю свои жилы, чтобы замедлить ее уничтожение.

Мир, в котором она родилась, уже был нестабилен. Юнь Цы бродила по нему столетиями, изучая руины и останки тех, кто жил тут раньше. Вечное звездное небо над головой, под которым умудрилась родиться жизнь, поражало ее. Юнь Цы думала, что проведет эту вечность одна, но на ее глазах появились птицы и рыбы, леса и поля наполнились шумом. А после появились первые духи, а следом за ними и люди. Родившиеся словно из пепла тех, кто жил раньше, они уже знали, что им нужно делать и как жить. Юнь Цы даже не пришлось их направлять – она лишь молча смотрела со стороны, поддерживая этот мир в равновесии и не давая Шань Ло уничтожить его своими выходками.

Несколько капель красно-серебряной крови упало на пергамент. Юнь Цы замерла, смотря, как та впитывается в бумагу.

Отложив кисть, Старейшина вытерла платком капающую из носа кровь. Это был не первый и вряд ли последний раз.

Успев убрать платок, Юнь Цы обернулась на шаги. В кабинет, держа в руках поднос, вошла Юнь Фагуан. Отмахнувшись от дымки благовоний, она нахмурила светлые брови и подошла к главе.

– Сестрица Цы, может, отвлечешься уже? Старейшины волнуются, что ты заперла себя в кабинете и не появляешься перед другими Юнь.

– Я и раньше весьма долго не появлялась перед остальными Юнь. Отчего сейчас они волнуются? – спросила Юнь Цы.

Поставив на стол поднос с едой, Юнь Фагуан покачала головой, встала за главой и распустила ее сбившуюся прическу. Взяв гребень, она провела им по белоснежным волосам, переливающимся подобно свету звезд.

– Сестрица Цы, мы ведь не глупые дети, какими были раньше, – мягко произнесла Юнь Фагуан. – Ты взрастила нас, дала нам имена и возглавила, а твои знания теперь высечены в наших костях. Конечно, Старейшины волнуются о тебе каждый раз, когда не видят дольше пары дней. А ты и вовсе закрылась в своем кабинете и никого не пускаешь, кроме меня. Есть ли что-то, чем мы можем тебе помочь?

Юнь Цы взглянула на свиток перед собой. Единственным, кто мог ей помочь, был Шань Ло, и то когда вернет себе силу. Иначе Юнь Цы так и придется сдерживать свой дух, чтобы тот не разрушил три Мира, пока хаос еще не восстановился.

– Вы не справитесь с этим, – наконец произнесла Юнь Цы. – Не беспокойтесь, когда все закончится, вам больше не придется волноваться обо мне.

Поджав губы, Юнь Фагуан все же кивнула, заплела волосы Старейшины и села рядом. По ее лицу было видно, что она не согласна стоять в стороне, но дух Юнь Фагуан, как и остальных из Юнь, был в разы слабее духа Юнь Цы. Даже если собрать все души Юнь, они лишь наполовину приблизятся к силе души их прародителя.

– Пока ты сидишь здесь, в трех Мирах объявилась новая головная боль, – сменила тему Юнь Фагуан. Взяв со стола ягоду, она бросила ее в рот. – Один темный дух стал собирать кости Шань Ло.

– Неужели? – заинтересованно спросила Юнь Цы. – Кто это?

– Я его не видела, но говорят, он появился из ниоткуда и весьма быстро обрел силу. Мне удалось поговорить с Линь У, но он тоже ничего не знает про этого темного духа. Все, что нам удалось выяснить, – он называет себя Достопочтенным Ло. Уж не тот ли это человек, который был с тобой тогда?

– Не знаю, – пожала плечами глава Юнь. – Есть много людей с фамильным знаком Ло.

– Это так, но нас настораживает, что он решил охотиться за костями Шань Ло.

– Он не сможет найти их все, – заметила Юнь Цы, мысленно вздохнув. Шань Ло не умел действовать тихо и незаметно. – Все темные духи сейчас одержимы охотой на кости Достопочтенного Шаня, мы не можем им это запретить.

– Да, но этот дух… – Юнь Фагуан нахмурилась. – Он уже нашел несколько костей, хотя прошел всего год со смерти Шань Ло!

– Значит, Достопочтенный Линь с остальными плохо спрятали эти кости, – произнесла Юнь Цы, поднявшись и не спеша подойдя к окну.

Ее привлек неясный шум с улицы. Собравшиеся Старейшины что-то обсуждали, бросая взгляды на дом главы Юнь.

– Не может быть. Достопочтенный Линь сказал, что ему с помощью великих мастеров удалось переделать кости! Никто теперь их не отличит от меча или кольца. Этот дух точно что-то знает, может, он тайный ученик Шань Ло? И пытается воскресить его? Сестра, нам нужно во что бы то ни стало остановить…

– Хватит! – резко произнесла Юнь Цы.

Повернувшись к Юнь Фагуан, она пристально посмотрела на нее. Глаза, не прикрытые тканью, напоминали старый лед с серебряным узором, отчего смотреть в них слишком долго было невозможно. Казалось, в глазах Юнь Цы отражаются переливы звезд и сияний. Ни у кого больше из Юнь не было столь странных глаз, которыми восхищались и которых одновременно боялись. Слишком много неизведанного скрывалось в них.

– У тебя нет других дел, Фагуан? – сухо спросила глава. – Вместо того чтобы волноваться о каком-то темном духе, тебе стоило бы уделить внимание более важным вещам. Мы – род Юнь, который сохраняет порядок и никогда не выступает открыто. Не забывай – нам нельзя вмешиваться в строение трех Миров.

Лицо Юнь Фагуан охватил жар, и она стыдливо опустила глаза.

– Я забываюсь, сестра Цы. Я постараюсь больше не отвлекаться на этого духа.

Юнь Цы после ее слов испытала облегчение. Никто не должен помешать Шань Ло собрать как можно больше костей. Чем быстрее