Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

Артассиа справилась на ура.

Я чувствовала, насколько она гордилась собой, и с каким удовольствием позволяла гладить себя, довольно вытягивая лобастую голову под искреннее восхищение всех, кто наблюдал эту короткую и неравную битву.

В ней жили воспоминания прежних драконов, и сражаться с нежитью она училась буквально на лету.

— Как вообще можно справиться с этим без вуали? — зло спросил Бруно, требуя от меня ответа.

— Вуаль и есть причина того, что нежити стало так много, — не менее зло ответила я. — Дорог не существует, почти вся планета принадлежит нежити, кроме небольших городов. Именно вуаль позволила нежити расплодиться до неестественных масштабов, и теперь понадобятся годы, а может, и десятки лет, чтобы вернуть всё хотя бы к нормальному состоянию. Драконы помогали бороться с нежитью, да, но ещё до их появления люди справлялись сами.

Он ничего не ответил, только сердито отвернулся, потому что знал, что восстановить преобразователь невозможно — об этом президент только собирался ещё сообщить людям. Но даже если бы это было возможно… неужели именно так они представляли себе будущее человечества?

Поднимаясь по лестнице к квартире своего отряда, я чувствовала странную смесь опустошения и волнения. Казалось бы, я была здесь всего несколько недель назад, но мне почему-то чудилось, будто прошли годы.

Внутри почти ничего не изменилось, сначала я даже решила, что никого нет, но потом услышала приглушённые голоса, а следом мне показалось, будто кто-то всхлипнул.

Поспешила внутрь, уже ожидая чего-то страшного, но вместо этого увидела Анну и Ленора, полуодетых — за время моего отсутствия они явно успели стать парой. Анна сидела на кровати, а Ленор уткнулся лицом ей в шею и что-то недоверчиво шептал. Перед ними стояла миска с красноватой водой.

— Фран… Не может быть, — Анна вскочила, бесцеремонно спихнув с себя Ленора и совершенно не смущаясь своего вида. — Я думала, ты умерла…

Но всё моё внимание было приковано не к ней.

Ленор, увидев меня, тяжело выдохнул, сглотнул, а потом я заметила в его глазах самые настоящие слёзы, которые он едва сдержал.

— Ты сделала это? — хрипло спросил он. — Она ушла, Фран, она исчезла. Печать исчезла. Я не умру.

Драконы, размахивая огромными крыльями и поднимая тучи пыли, взмывали в воздух не так далеко на западе, и Полиана никак не могла избавиться от ощущения, что должна была быть одним из всадников на их спинах.

Лорд Элд, Гвайрр, Его Величество и…

Каллен.

Её муж.

Карнакс обожал его, словно только и ждал именно этого наездника, и Полиана втайне ненавидела его за это.

Почему он выбрал мужчину, который к тому же был этого недостоин? В Каллене не текла кровь предыдущих дракарров, как это обычно бывало, в нём вообще не было ничего особенного — Полиана видела таких мужчин множество раз, в Салире таким был каждый второй воин отца. Но Карнакс выбрал Каллена с первого мгновения, даже не сопротивлялся, когда тот приблизился, сам подошёл к нему.

Это Карнакс выбрал Каллена, а не наоборот.

Впрочем, возможно, их союз продлится намного меньше, чем ожидалось, и даже свежий ритуал на Оке не изменит этого.

Никто не знал, что произошло, просто в какой-то момент, прямо посреди белого дня, алая Вуаль, защищавшая их город за высокими крепостными стенами, взяла и… исчезла. Полиана в это время находилась в покоях сестры, которая в последнее время была сама не своя и постоянно гоняла слуг, пользуясь тем, что её статус почти королевы никто не решался оспаривать.

Октавия изменила убранство почти всего королевского крыла, не тронув разве что покои самого Его Величества, приучила некоторых слуг обращаться к ней «Ваше Величество», а многих других просто прогнала, включая наставницу по этикету Лииду Ларре, прослужившую при дворе практически всю свою жизнь.

Зато из Салира медленно, по дорогам, прибывали люди самой Октавии, постепенно занимая места при женщинах во дворце, и началось это до исчезновения Вуали. Теперь же этот процесс остановился — стены окружали только города, а поля, дороги и небольшие поселения оставались беззащитными…

Не совсем, конечно.

В Вермитуре было множество дракарров, и в любой момент всадник мог вскочить на своего дракона и отправиться к проблемному участку, но для этого сначала нужно было узнать, что где-то случился прорыв нежити. Из архивов доставали старинные книги и документы по управлению землями, пытаясь разобраться, как действовали раньше, когда огромные территории между городами ещё приходилось защищать самостоятельно.

Почему, почему они обрушили Вуаль? Подвергли опасности столько жителей, в то время как Вермитур был счастлив — с огромными землями, реками, озёрами, лесами и полями.

О том, что падение Вуали было самой маленькой из их проблем, Полиана узнала далеко не сразу.

Слухи поползли по Алтусу медленно.

Началось всё с одной женщины, проститься с которой пришла большая группа людей, горячо её любивших, потому что настал её черёд умирать — печать истощения не оставляла никаких шансов.

Но день прошёл, а женщина не умерла. Не умерла она и на следующий.

Через три дня возле её дома собралась едва ли не половина города, готовая объявить её святой, однако к тому времени такие же счастливые «исцеления» произошли по меньшей мере ещё с двадцатью жителями, чьи печати полностью истощились.

Невозможность понять, что происходит, разливалась среди аристократов тягучим волнением, заставляя их замолкать, переглядываться, строить догадки. Несмотря на то, что печать истощения была по-настоящему страшным маркером неминуемой смерти, именно она во многом отделяла большую часть аристократии, состоявшей преимущественно из потомков старых дракарров, от обычных людей.

Горожане перестали умирать от печатей вообще, словно по щелчку пальцев, и на улицах Алтуса начались шумные празднества, к которым аристократы почти не присоединялись, всё ещё не понимая, что случилось и чем это обернётся для них самих.

Полиане и Октавии обо всём рассказал отец, заодно сообщив другую, уже по-настоящему страшную новость.

— Я смертен, — произнёс он, сузив глаза.

— Что ты имеешь в виду? — Октавия настолько утопала в собственных сомнениях, что не сразу осознала смысл его слов, а когда до неё наконец дошло, всё равно не восприняла их всерьёз.

— Я видел поединок Роя Феррела и Таррена Ардора там, в Доминис Мора, и то, что случилось потом. Именно тогда я впервые задумался о том, что мы можем быть смертными, и если бы я только знал… убил бы ту женщину на месте, прежде чем она успела сбежать.

— Что там произошло, отец? — тихо спросила Полиана. Всё случилось именно