Любовь вне контракта - Tina Blad

Я узнала, что у мужчины на самом деле нет девушки. Точнее, он был безнадёжно влюблён в некую особу, которая старательно его игнорировала. Он уже не знал, как ухаживать за дамой своего сердца, как пробить её ледяную броню, и от этого ходил вечно хмурым, с вечной тенью недовольства на лице. Я про себя улыбнулась, разглядывая его в новом свете. И как я могла принять его за такого холодного, неприступного человека? Вот что значит первое впечатление — такое обманчивое, такое ненадёжное. Под этой хмурой маской, как оказалось, скрывался самый обычный, влюблённый до беспамятства мужчина, который просто не знал, как подобрать ключ к сердцу своей избранницы.

Мы бы так и играли дальше, наслаждаясь азартом и компанией друг друга. Время за картами летело незаметно — мы успели сыграть уже несколько партий, когда внезапно в дверь постучали. Настойчиво, громко, почти требовательно. Вряд ли это Ник — он бы не стал стучать в собственный дом. Я удивлённо подняла бровь, глядя на Криса, но тот лишь нахмурился, и в его холодных голубых глазах мелькнула тень беспокойства. Знал, что кто-то придёт? Или просто не любил незваных гостей?

Он отложил карты, поднялся и бесшумно, с хищной грацией направился к двери. Я заметила, как за секунду его лицо снова превратилось в ту самую непроницаемую маску опасности и мрачности, которую он носил, когда мы только познакомились. Он словно надевал броню перед каждым выходом в мир.

Когда дверь распахнулась, я чуть не взвизгнула от неожиданности. На пороге стоял граф Ройф Блэр — старый оборотень, ради которого моя семья была готова продать меня с потрохами. Его лицо, изрытое морщинами, исказила гримаса гнева, но, увидев перед собой вместо племянника хмурого Криса, он на мгновение опешил. Его глаза заметались по сторонам, пока не наткнулись на меня, стоящую в глубине прихожей. Он прищурился, и в его взгляде мелькнула злая, торжествующая искра.

На графе был дорогой, но старомодный сюртук тёмно-синего цвета, расшитый серебряной нитью, а в руках он сжимал трость. Седые, жидкие волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб и тонкие, злые губы, сложенные в подобие улыбки.

— Могу я увидеть своего племянника? — спросил он, и несмотря на бурю эмоций, бушевавшую в его глазах, тон его был на удивление любезным, почти слащавым.

— Его нет, — отрезал Крис, глядя на графа сверху вниз с неприкрытой неприязнью. Голос его звучал холодно и твёрдо, не оставляя места для возражений. Он стоял в дверном проёме, заслоняя проход, и всем своим видом давал понять, что гостю здесь не рады.

Граф медленно перевёл взгляд с Криса на меня, и его тонкие губы растянулись в едва заметной, неприятной усмешке.

— А, Кэсс, — протянул он, и в голосе его послышалось что-то похожее на самодовольство. — Выглядишь хорошо. Племянник, видимо, не жалеет последних денег на тебя.

Я промолчала, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Внутри всё сжалось, но я заставила себя стоять прямо, не отводя взгляда. Крис же, не оборачиваясь, сделал шаг вперёд, вынуждая графа отступить за порог.

— Я сказал, его нет, — повторил он ледяным тоном, и я услышала в его голосе почти звериный рык.

— Передайте, что я хочу с ним поговорить. — процедил Граф, скривился, словно от зубной боли, и, бросив на меня последний, многозначительный взгляд, развернулся и зашагал прочь, опираясь на свою трость. Я выдохнула, сама не заметив, что задерживала дыхание всё это время. Крис захлопнул дверь и повернулся ко мне.

— Тебе стоит быть осторожнее, — сказал он, и его голос уже не был таким ледяным, в нём появилась тень заботы. — Этот старик просто так не отступится.

— Поэтому ты здесь? — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать.

Мне достался долгий, изучающий взгляд. Крис смотрел на меня так пристально, будто взвешивал каждое моё слово, каждое движение, прежде чем ответить. В его холодных голубых глазах мелькнула тень раздумья, и он на мгновение задержал дыхание, словно принимая какое-то внутреннее решение.

— Да, — коротко ответил он, и в этом одном слове прозвучала глухая, почти неохотная уверенность.

— То есть, Ник догадывался, что граф приедет? — уточнила я, чувствуя, как внутри закипает горькое разочарование. Он знал. Знал, что старый оборотень может заявиться, и всё равно уехал.

Крис кивнул, ещё раз подтверждая мои догадки, и я почувствовала, как в груди разрастается холодная, колючая обида.

— А почему тогда сам не остался? — спросила я, и голос мой дрогнул. Именно из-за этого стало почему-то особенно обидно. Хотя он мог уехать по делам, просто так, не оставляя вместо себя надзирателя. Но то, что он знал о возможном визите графа и всё равно ушёл, казалось мне почти предательством.

— Это ты у него спросишь, — не поддался на провокацию Крис и развернулся, направляясь обратно на кухню, туда, где на столе всё ещё валялись брошенные карты. — Идёшь? — крикнул он уже оттуда, и в его голосе послышались едва заметные, примирительные нотки.

— Ага! — крикнула я в ответ и побежала к столу, понимая, что каждая секунда промедления может лишить меня сильных карт. Этому жулику нельзя доверять ни на минуту!

Интересно, а он знает, что наш брак с Ником фиктивный? Вот же м-маг! Мог бы хоть предупредить, знает что-то его друг или нет!

* * *

— Да ты настоящий лис! — взвыла я через пять минут, когда очередная партия закончилась моим сокрушительным поражением.

— Я волк, — довольно заявил мужчина, с нескрываемым удовольствием придвигая к себе выигрыш. Печеньку. Да, мы разделили всё печенье, что нашлось в шкафу, и теперь играли на него, и каждая победа была слаще любой монеты.

— А по сути — лис, — не уступила я, но улыбнулась, чувствуя, как обида на Ника потихоньку отпускает. Крис действительно умел поднимать настроение, даже когда выигрывал.

Вскоре карты нам надоели, и мы разошлись. Я отправилась в свою комнату, оставив Криса одного искать себе занятие. Он расположился в гостиной, устроившись в кресле у камина, и я поняла, что всё оказалось не так уж и плохо, как мне показалось в начале. Крис оказался прикольным — хмурым, но с искоркой внутри.

Я воскресила в памяти его внешность и невольно загрустила. Я не врала, когда говорила, что он полностью в моём вкусе. Глаза — холодные, манящие, как северное море, волосы — тёмные, густые, вызывающие желание запустить в них пальцы. И я была уверена — под этой строгой, тёмной одеждой скрывается всё, что положено настоящему мужчине. Эх, будь