Развод. Неистинная жена генерала-дракона - Ангелина Сантос

Первый из нападавших кинулся не ко мне.

К браслету.

Это было так явно, что у меня внутри всё ледяно перевернулось.

Кайран встретил его на полпути. Я не увидела самого удара — только то, как тёмная фигура вдруг выгнулась и рухнула вбок, задевая стол. Книги посыпались на пол. Второй нападавший уже обходил справа, быстро, низко, с тонким клинком в руке.

Кайран развернулся слишком поздно.

Я не думала.

Просто схватила с полки тяжёлый том и швырнула в нападавшего.

Книга ударила его в плечо. Удар вышел нелепым, почти детским, но этого хватило, чтобы он на миг сбился. Кайран успел перехватить его руку и вывернуть так резко, что я услышала хруст.

Потом что-то вспыхнуло.

Не пламя.

Жар.

Живой, золотистый, рванувший у меня от запястья вверх до локтя. Браслет под рукавом обжёг так сильно, что у меня потемнело в глазах. И в ту же секунду по библиотеке прошёл странный, короткий удар воздуха — будто невидимая волна отбросила ближайшую тень к двери.

Кайран на миг замер.

Все замерли.

Я тоже.

В тишине, которая длилась меньше вдоха, я услышала его голос.

Очень тихий.

Почти страшный.

— Проклятье.

Потом всё сорвалось снова.

Третий нападавший, до этого стоявший в коридоре, бросил что-то в комнату. Маленькое. Тёмное. Оно ударилось о край стола и разлетелось облаком серого дыма.

— Нэйра, вниз! — рявкнул Кайран.

Я потащила Миру к полу, закрывая собой. Дым пах горько, как пережжённые травы и кровь. Глаза тут же защипало.

Кайран исчез в этой мутной завесе, и я ещё никогда так отчётливо не понимала, как мало значу на войне двух-трёх движений. Шаг. Вдох. Ошибка. Всё.

Из дыма донёсся сдавленный крик.

Потом удар.

Потом ещё один, уже ближе.

Кто-то схватил меня за плечо.

Я резко дёрнулась, вслепую ударив локтем назад. Попала во что-то твёрдое. Раздалось ругательство — мужское, незнакомое. Мира вскрикнула. Я вцепилась в её руку крепче и ощутила, как нас обеих тащат в сторону выхода.

Нет.

Не сейчас.

Не так.

Я рванулась изо всех сил, и браслет на запястье снова вспыхнул. На этот раз жар прошёл так ярко, что я сама выдохнула от боли. Моя хватка ослабла. Чужая — тоже.

Тот, кто держал меня, тихо зашипел, будто обжёг ладонь.

В мутном дыму я различила только силуэт — высокий, в чёрной маске, с тонким шрамом на кисти.

А потом ему в горло вошёл нож.

Не мой.

Чужой.

Чисто. Точно. Слишком спокойно для общей свалки.

Тень рухнула.

Из дыма шагнул мужчина, которого я раньше не видела.

Высокий, тёмноволосый, в дорожном плаще без знаков рода, с клинком в одной руке и коротким метательным ножом в другой. На его лице не было маски. Только странно спокойное выражение человека, вошедшего в комнату на несколько секунд раньше, чем следовало бы, и поэтому не удивлённого ничему.

Серые глаза быстро скользнули по мне, по Мире, по браслету, по разлитому на полу дыму.

Потом он выругался сквозь зубы.

— Поздно, — сказал он.

Голос был низким, хрипловатым и совершенно незнакомым.

Кайран появился справа, как тёмное пламя. На его скуле была кровь — чужая или своя, я не поняла. Он увидел незнакомца и остановился так резко, будто перед ним оказался не человек, а ещё одна угроза.

— Кроу.

Мужчина чуть склонил голову.

— Варгрейм.

Так, значит, они знали друг друга.

Очень плохо.

Очень, очень плохо.

Потому что на лице Кайрана не было ни удивления, ни облегчения. Только раздражение человека, столкнувшегося в одну отвратительную минуту сразу с несколькими проблемами.

Дым постепенно редел. За дверью в коридоре кто-то стонал. Ещё один нападавший, видимо, всё-таки сбежал — слишком тихо стало для полной расправы.

Незнакомец перевёл взгляд на меня.

— Вы можете идти?

Я не ответила.

— Не говори с ней, — отрезал Кайран.

Уголок рта мужчины чуть дрогнул.

— Поздновато для распоряжений, генерал.

— Я сказал…

— А я вижу женщину, которую только что пытались унести вместе с ритуальным артефактом, — спокойно перебил он. — И вижу, что твоя охрана пропустила четверых под носом. Так что, может быть, сейчас не лучшее время мериться полномочиями.

Я смотрела на них, пытаясь уложить в голове слишком многое сразу: нападение, дым, браслет, чужой нож в горле убийцы, этот хладнокровный мужчина в плаще, называющий Кайрана по фамилии так, будто они знакомы давно и не любят друг друга не первый год.

Кайран шагнул ближе ко мне.

— Мы уходим. Сейчас.

И вот тогда новый мужчина посмотрел мне прямо в глаза.

Спокойно.

Без жалости.

Без придворной сладости.

Без привычного мужского самодовольства, с которым на меня теперь смотрели слишком многие, решив, что брошенная жена будет благодарна любой внимательности.

Он посмотрел так, будто видел не разведенную женщину и не красивый скандал, а человека в центре опасной игры.

— Если вы пойдёте с ним по главному коридору, — сказал он мне, не отводя взгляда, — вас попытаются добить на переходе к восточной лестнице.

Я почувствовала, как холодеют пальцы.

Кайран медленно повернул голову.

— На каком основании ты это утверждаешь?

— На том, что одного из ваших людей уже ждут там, — ответил незнакомец всё так же ровно. — И он не ваш человек.

Тишина после этих слов оказалась страшнее боя.

Кайран смотрел на него долго. Очень долго. Потом спросил:

— Откуда знаешь?

— Потому что шёл за теми, кто вошёл сюда, — сказал мужчина. — И видел двух постовиков у восточной арки. Один живой, второй подменён.