Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки - Натали Веспер
Я осталась одна в коридоре. Пыльная, злая, с ногами, стёртыми в кровь новыми туфлями, и с душой, которая кричала от ярости и унижения.
«Игра», сказала я. Но это была не игра. Это была демонстрация власти. Он показал мне моё место самым эффективным способом — пренебрежением. Он доказал, что я для него ничего не значу. Ни советчик, ни собеседник, ни даже достойный противник. Просто предмет.
И именно в этот момент, когда ненависть к нему достигла своего пика, маленький, рациональный голосок в глубине мозга прошептал: «А если он нарочно так себя ведёт? На глазах у всех? Если это часть какого-то спектакля?»
Я отмахнулась от этой мысли, как от назойливой мухи. Нет. Он просто чудовище. Красивое, могущественное и абсолютно бесчувственное чудовище. И у меня есть только один путь — сжечь за собой все мосты и произнести ту Клятву.
По крайней мере, так я думала, пока не повернула за угол и не столкнулась лицом к лицу с ним. С Каэлланом. Который только что закрыл дверь своего кабинета у меня за спиной.
Но как он мог оказаться здесь? Он был в другом конце коридора, только что ушёл…
Он стоял, опершись о стену, и смотрел на меня. И в его глазах не было привычного льда. Была тревога. И что-то ещё, от чего у меня ёкнуло сердце.
— Лия, — сказал он тихо, и это был совсем другой голос. — Ты должна меня слушать. Ты в огромной опасности.
16. Магия, кровь и головоломка из двух одинаковых лиц
Урок у магистра кельвана проходил не в уютной библиотеке, а в круглой, лишённой окон башне, которая называлась «Колодцем Отражений». Стены были покрыты странными серебристыми рунами, которые тихо светились изнутри. В центре на каменном пьедестале лежал шероховатый кристалл размером с мою голову. Всё здесь пахло озоном, статическим электричеством и паранойей.
Кельван встретил меня без улыбки. Он был всё в тех же синих одеждах, а его певчие кольца тихо горели разными цветами.
— Вы опоздали на семь минут, — объявил он, будто констатировал смертный грех.
— Меня задержала… инспекция террас, — ответила я, всё ещё кипя от утренней «прогулки». Мысленно я продолжала диалог с Каэлланом, придумывая всё более язвительные ответы на его высокомерие.
— Инспекция — не оправдание. Время — ткань реальности. Рвать её — кощунство, — отчеканил он. — Подойдите к фокусному кристаллу. Мы начнём с основ: определение и ощущение магического поля этого мира. Вы должны почувствовать его, как кожей.
Я подошла. Кристалл был холодным и… вибрировал. Едва уловимо.
— Положите ладони на поверхность. Расслабьтесь. И попытайтесь не думать. Ваш мозг — шумный аппарат, он только мешает.
«Не думать».
После утра, полного унижений и ярости, это было как приказ «не дышать». Я положила ладони на шероховатую поверхность. Ничего. Только холод и лёгкое покалывание, будто от онемевшей конечности.
— Я ничего не чувствую, — сказала я.
— Потому что пытаетесь, — вздохнул Кельван, будто имел дело с туповатым ребёнком. — Прекратите пытаться. Просто будьте.
«Просто будь». Эти же слова говорил Каэллан. Чёрт бы побрал их всех с их «просто будь»! Как я могу «просто быть», когда меня унижают, игнорируют и таскают как безмолвный трофей?
Злость, горячая и чёрная, подкатила к горлу. Я представила его лицо — холодное, надменное. Его пренебрежительный взгляд. Его приказ не трогать ребёнка. И в этот момент кристалл под моими ладонями взвыл.
Тихий, высокий звук, похожий на звон разбитого стекла. Руны на стенах вспыхнули ярко-синим. От кристалла вверх ударил столб искрящегося света, и в нём заплясали тени — искажённые, гневные. Я увидела в них отражение своего яростного лица, силуэт Каэллана, даже образ той самой стены, которую он приказал починить.
Я вскрикнула и отдернула руки, но было поздно. Край кристалла, казавшийся гладким, оказался острым как бритва. На ладони зиял глубокий порез. Кровь, алая и очень человеческая, хлынула на серую поверхность камня.
Боль была острой и очищающей. Но ещё страшнее была реакция кристалла. Он втянул кровь, как губка, и свет внутри него стал багровым. По комнате прокатилась волна тяжести, заставившая задрожать даже магистра Кельвана. Его кольца завизжали вразнобой.
— Что вы наделали?! — зашипел он. — Вы внесли хаос в фокус! Ваша кровь… она чуждая! Она загрязняет структуру!
Дверь в Колодец с силой распахнулась. В проёме стоял он. Каэллан. Или… я уже не была уверена. Его лицо было бледным, глаза метались от меня к кристаллу, в котором клубился теперь багровый туман.
— Что происходит? — его голос был жёстким, но в нём не было той ледяной отстранённости, что утром.
— Она… ранена. И кристалл… реакция непредсказуема! — выпалил Кельван, в панике пытаясь погасить свет рун жестами.
Каэллан (или тот, кто был им) перевёл взгляд на мою окровавленную ладонь. И в его глазах я увидела не раздражение, а что-то иное. Тревогу? Панику? Он резко шагнул вперёду, отстранил Кельвана и схватил мою руку.
Его прикосновение было не холодным, а тёплым. И твёрдым. Он сжал моё запястье выше пореза, пытаясь остановить кровь.
— Дура, — прошептал он, но в его голосе не было злобы. Была какая-то странная, сдавленная ярость. — Зачем так сильно давила?
— Я не давила! Он просто… — я зашипела от боли. — А что вы вообще здесь делаете? Пришли посмотреть, как ваша собственность портит дорогое оборудование?
Он не ответил. Он выхватил из складок своего платка (у него оказался платок! У того Каэллана, который, казалось, даже не потеть умеет!) и туго перевязал мне ладонь. Движения были быстрыми, умелыми, но… бережными. Так не делал бы тот, кто считал меня бездушной вещью.
— Кельван, — бросил он через плечо, не отпуская мою руку. — Стабилизируй кристалл. И ни слова об этом. Никому. Понял?
— Но, Владыка, её кровь…
— Я сказал, ни слова! — его голос прозвучал как удар хлыста. Магистр съёжился и кивнул.
Тот, кто держал мою руку, развернулся и потянул меня за собой из башни. Не как утром — впереди себя. Он шёл рядом,