Сердце старшего мага (СИ) - Наталья Смолина

— Нет, ну чего ей не хватает? — прорычал он в пустоту, резко останавливаясь посреди комнаты. — Вейлор дал знак? Дал. Отец благословил? Благословил. Я сам пришёл к ней, признал её женой, предложил закрепить союз! — Он развёл руками, глядя в потолок, словно задавал вопрос самим стенам. — Чего ей ещё надо?!

Он остановился посреди комнаты, глядя на своё отражение в зеркале, словно ища поддержки у самого себя. — Любая другая на её месте прыгала бы от счастья. Я в самом расцвете сил, не урод, богат, магия при мне. Я даже пообещал быть нежным! А она? Подушками в меня швыряется! «Не так предложил», видите ли! А как надо было? Серенаду под окном спеть? Стихи продекламировать? Может на колени встать, хотя это уже перебор?

Он снова начал ходить, сердито бормоча под нос: — Духи приняли, я принял… Что не так?

Внезапно его размышления прервал робкий стук в дверь.

Каэль замер. Сердце предательски ёкнуло. «Одумалась!» — мелькнула мысль. Наверняка поняла, что погорячилась, и пришла извиняться.

Он в два шага оказался у двери и рывком распахнул её. — Элианна … — начал он, уже готовый великодушно её простить, но осёкся, увидев, кто к нему пожаловал.

На пороге, опустив голову и комкая передник, стояла Гвен.

Разочарование было таким сильным, что Каэль не смог скрыть раздражения. — Что тебе нужно? — нахмурился он.

— Я хочу вам помочь, милорд, — робко пискнула девушка, не поднимая глаз.

— Помочь? — Каэль скрестил руки на груди, всем своим видом выражая скепсис. — С чем же?

Гвен опасливо оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что в коридоре никто не подслушивает, подошла на шаг ближе и зашептала: — Я хочу помочь вам сблизиться с женой, милорд.

Каэль склонил голову набок. Гнев немного утих, уступив место удивлению. — А ты не думаешь, что мы с женой как-нибудь сами с этим разберёмся? — спросил он, но в его голосе уже не было прежней злости. Скорее, любопытство.

Заметив, что хозяин смягчился, Гвен осмелела и пододвинулась ещё ближе и зашептала заговорщицким тоном: — Милорд, вы не понимаете. Вашей жене необходимы чувства.

— Что? — снова нахмурился Каэль, словно она сказала что-то на непонятном языке. — Какие ещё чувства? Уважения и статуса ей недостаточно?

— Нет, — Гвен покачала головой, глядя на него как на неразумное дитя. — Покажите ей, что она вам дорога. Что вы боитесь её потерять. Что вы… любите её, в конце концов. Женщинам это важно.

Каэль застыл. Его брови, до этого медленно двигавшиеся вниз, изменили маршрут и поползли вверх. — А что… — он запнулся, чувствуя себя глупо, но любопытство пересилило гордость. — Элианна сказала тебе, что… любит меня?

Гвен хитро улыбнулась, и в её глазах плясали озорные искорки. — А вот это, милорд, должна сказать вам она, а не я. — Она сделала книксен. — В общем, основное я передала, а что делать дальше — решать вам. Доброй ночи.

Закончив свою речь, довольная собой служанка развернулась и легкой походкой направилась к лестнице.

Поражённый Каэль закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Он долго стоял и смотрел в одну точку, осмысливая услышанное.

— Люблю её? — хмыкнул он в тишину. — А есть ли вообще такая штука, как любовь? Или это всё выдумки поэтов, чтобы оправдать глупые поступки?

Он отлепился от двери и побрёл к кровати, на ходу стягивая халат и швыряя его в кресло. — Женщины… — ворчал он себе под нос, забираясь под одеяло. — Чувства им подавай, романтику. Начитались своих любовных романов, а нам теперь расхлёбывай. «Покажите, что дорога»… Тьфу!

Он взбил подушку и закрыл глаза, собираясь спать.

Но сон не шёл.

Стоило сомкнуть веки, как перед мысленным взором тут же вставал образ Элианны. Вот она входит в холл в том изумрудном платье, и у него перехватывает дыхание от её красоты. Вот она стоит в ритуальной комнате, и он чувствует тонкий, сводящий с ума аромат её волос, когда касается губами виска. А вот она сегодня вечером — раскрасневшаяся, с горящими глазами, воинственно сжимающая подушку.

Даже в гневе она была чертовски притягательна.

Сердце предательски ускорило ритм, а тело отозвалось жаркой волной.

— Это просто физическое влечение, — упрямо пробормотал Каэль в темноту, переворачиваясь на другой бок. — Похоть и ничего больше. Завтра пройдёт.

С этой мыслью он наконец провалился в беспокойный сон. Но даже во сне образ Элианны преследовал его, заставляя сомневаться в собственных словах.

Утром после завтрака замок снова наполнился шумом и суетой. Гости начали прощаться, и двор Арденнмора запестрел магическими вихрями и шелестом призрачных крыльев аэллони, уносивших своих всадников к ближайшим точкам перемещения.

Все гости, прощаясь с хозяевами, горячо благодарили их за великолепный приём и радушие.

— Каэль, Элианна, всё было великолепно! — говорили одни.

— Праздник получился незабываемым! — вторили другие.

— Пусть духи хранят ваш дом! — добавляли третьи, тепло улыбаясь супругам.

Леди Мирра крепко обняла Элианну на прощание. — Ты была чудесна, — шепнула она ей на ухо. — И послушай совета, дорогая: не затягивайте с Каэлем насчёт детей. Будет здорово, если у нашего малыша или малышки появится ровесник для игр. Вместе им будет веселее расти.

Элианна лишь скромно улыбнулась в ответ, стараясь не выдать смятения.

Следом подошла тётушка Элара. Она по-очереди обняла сначала Каэля, потом Элианну, а затем отступила на шаг и окинула их обоих своим фирменным пронзительным взглядом. — Смотрите, дорогие мои, — её голос стал строгим. — Я вас предупредила насчёт недели, и я отнюдь не пошутила. Ровно через семь дней ждите меня в гости. Я перемещусь прямо в замок и просканирую Элианну магией. И даже не надейтесь меня обмануть.

Каэль и Элианна переглянулись. После вчерашней ссоры и подушек, летевших в голову хозяина замка, угроза тётушки звучала как приговор. Каэль неловко кашлянул в кулак, отводя взгляд, а Элианна почувствовала, как предательски горят уши.

— Мы поняли, тётушка, — буркнул Каэль.

Погрозив им на прощание посохом, старушка шагнула в золотистый вихрь и исчезла.

Когда последний гость покинул Арденнмор, и во дворе снова стало тихо, Каэль повернулся к жене. — Ну что, готова к исполнению ещё одной обязанности хозяйки?

— Деревня? — сразу догадалась Элианна.

Каэль кивнул. — День Милости.

Это была важная традиция. После Дня Предков все нетронутые блюда и неиспользованные для праздничного стола продукты обязательно отвозились в самую большую деревню, находящуюся под покровительством дома. Туда же с