Мастер "Павильона цветов" - Лидия Антонова

Азамат сидел с идеально прямой спиной и закрытыми глазами. Сейчас не время любоваться им, но я всё же не отказала себе в удовольствии. Достав платок, смочила его водой и вытерла кровь с его груди.

— Как думаешь, почему светлые не пошли за нами?

— Они пошли, но выжидают.

— Чего?

— Действий.

Я передёрнула плечами и посмотрела на его рану. Кровь ещё шла, но уже не так сильно. Самое время остановить её и нейтрализовать яд. Положив цветы на тряпочку, прислонила к его груди и с силой втёрла. Азамат выдохнул. Цветы выделили сок, которые сильно жглись.

— Каких действий они ждут? Почему не нападают?

— Они не станут. Светлые почуяли выгоду. Только пока не знают, как и какую получить.

Тёмный дёрнул ушами. Обычно мне нравилось это движение. Завораживает. Но сейчас оно выглядело обеспокоенным.

— Что тебя на самом деле волнует?

— Светлые услышали твоё предложение. Только я не думаю, что это один и тот же отряд. Они пошлют весть своим и будут вместе ждать тут охотников.

— А у нас ещё отряд тёмных эльфов, — пробормотала я.

— Это не страшно. Отряд уйдёт к военному лагерю. Только светлые будут стрелять во всё, что движется.

— Азамат, а тебе не кажется странным, что светлые крутятся у нашего поселения? Впервые мы увидели их несколько дней назад. И ты сказал, что это другой отряд.

— Светлые что-то замышляют.

— Это понятно, но как узнать что?

Азамат промолчал. Ясно, что узнаем мы это только после того, как светлые исполнят задуманное. У меня появилось чувство, что вокруг сжимается кольцо. Припомнить, есть ли в поселении светлые эльфы-рабы, я не могла. Не помню, чтобы кто-то был настолько богатый. Мы видели светлых, только когда их провозили вглубь земель людей. Если они кого-то ищут, то его уже нет в поселении. Если только они не собираются напасть на само поселение.

— Меня волнует, что они могут проникнуть в поселение. Надо вернуться и защитить Павильон.

Пока я не знала, каким способом это сделать. На деле я даже защитить свой дом от Зинната не могу. Всего два воина, а мы уже спрятались в подвале. Остаётся только засадить весь двор деревьями и переплести их ветви, а по ним пустить ядовитое растение.

— Пора уходить, — согласился Азамат.

Я отняла руку от его груди и посмотрела на цветы: впитав кровь, они стали красными, а яд окрасил лепестки синим.

— Сиди и не двигайся, — приказала эльфу и заменила цветы.

Азамат попытался встать, но я положила руку на его плечо. Рисковать его жизнью мне хотелось всё меньше и меньше. Сидя в траве на поле, я больше волновалась именно за тёмного. Так что я уложила его под чахлым низким деревом. Солнце уже стало клониться к закату, с вечером на Пустошь опустится прохлада, а с ночью холод. До этого времени надо уйти. Вдруг светлым надоест ждать, и они решат что-то спросить?

Наверное, со стороны мы смотрелись странно, поэтому светлые и не подходили. Тёмный лежал на песке, а я всё время провела над ним, отходя, только чтобы вырастить новые растения. Когда цветы остались почти белыми, лишь слегка окрасившись в розовый, я вырастила новое: с обезболивающим и обеззараживающим эффектом. Когда сидела, краем глаза заметила лёгкий отпечаток ноги. Стараясь не подавать виду, вернулась к Азамату.

— Они рядом. Подходили совсем близко.

— Ты их заметила?

— Увидела оставленный след.

Азамат тут же попытался встать. Я возмущённо усадила его и перевязала, приложив кашицу из растения. Только после этого позволила ему подняться. Азамат надел рубашку и схватил меня за руку:

— Уходим, — безапелляционно сказал он.

Азамат пошёл вперёд, таща меня за собой, как на верёвочке. Такое впечатление, что мы поменялись ролями и это я его рабыня. Даже забавно стало. Я понимала, что могу его в любой момент остановить, но не стала. Странное какое-то чувство полной защищённости. Последний раз я себя так чувствовала, когда отец был жив и защищал нас с сестрой.

Азамат сменил направление, и мы обошли поселение, оказавшись перед другими воротами. Правда, подходить близко не стали.

— Они идут за нами? — спросила, уткнувшись носом в его грудь.

— Да, при этом не особо скрываясь.

Когда тебя преследуют, не скрываясь, это похоже на игру кошки и мышки, где мышке уже некуда бежать.

— Может, ты слишком хорош? — предположила я.

— Они оставили след, который ты могла заметить.

Оглянувшись, посмотрела на дорогу, которую мы прошли, и смогла заметить только свои следы. Эльф умудрялся их не оставлять. Если подумать, то других следов рядом с выращенными растениями не было.

— Хочешь сказать, что им надоело сидеть в засаде, и они решили меня подтолкнуть к побегу?

— Да.

— Тогда почему мы побежали?

— Потому что дальше полетели бы стрелы. Светлым надоело ждать, и они подтолкнут нас любыми способами. Закрой лицо, хозяйка.

— Мы пойдём через ворота?

— Или так, или мы их просто убьём, но мне почему-то кажется, что вы этого не хотите.

Азамат был прав: светлые эльфы, окопавшиеся рядом, очень опасны. Зиннат тоже очень опасен. Я надеялась, что они столкнуться и хорошенько потреплют друг друга. Так что появление свободной магички обязательно заинтересует охотника. Найдутся те, кто ему донесёт.

Замотав лицо и волосы, я широким шагом направилась главным воротам. Пройти не составило труда, пусть стражники и напряглись, увидев скрывающего лицо тёмного эльфа. Я на пару мгновений активировала цепи, и все вопросы отпали.

Уже в городе, пройдя по главной улице, завернули в переулок и присели за большой телегой, полной сена. Дождавшись, когда улица опустеет, мы смогли пробраться к лазу.

***Выйдя из потайного хода, мы сразу натолкнулись на Сабину и Надию. Обе девушки и не подумали подняться.

— За мной, — велела всем и поднялась на улицу.

Тут я осмотрелась, цепким взглядом, пытаясь хоть что-нибудь придумать. У меня есть семена пары очень опасных растений. Первое выглядит как обычная сочная трава, но на деле очень ядовито. Единственное, яд сочится исключительно через едва заметные шипы, они легко впиваются в кожу, но плотная ткань брюк и сапоги прекрасно от них защитят. Второе, ловчая лиана, стебли которой легко перерубить. Если их соединить, получится довольно неплохо, пока в дело не вступит огненный маг. Хотя есть большая вероятность, что может пострадать кто-то