Попаданка. Развод отменяется - Василиса Васильева
— Хочу так же, — тыкаю я пальцем в стул.
— Создавать предметы? — удивляется он, будто я сказала глупость.
— Именно, — улыбаюсь я.
Он кривится, записывая что-то в блокнот, и отрицательно качает головой.
— Пока это невозможно, — говорит он и, встретив мой взгляд, поспешно добавляет: — Но я записываю это.
— А как тебя зовут? — внезапно я понимаю, что он знает мое имя, а я его — нет.
— Есть, но пока не могу тебе сказать, — он расстроенно шмыгает носом и вытирает его рукавом. Как обычный человек.
— Не буду же я тебя «эй ты» звать, — я подхожу к креслу и сажусь. Надоело стоять, когда он сидит.
— Я кое-что придумал, но мне нужно время, — парень еще больше ссутуливается.
— И что у нас здесь за посиделки? — девичий голос заставляет меня вздрогнуть, а молодого человека — тяжело вздохнуть.
Из солнечного вихря появляется безумно красивая девушка. Она тоже соткана из тумана, но черты лица и фигуру можно разглядеть. Длинные светлые локоны, словно тонкие золотые нити, развиваются на несуществующем ветру, голубые глаза загадочно мерцают. Даже очки в тонкой золотой оправе ей идут.
— Привет, Ива, — она слегка наклоняет голову и произносит мягко, голос как колокольчик.
Мое имя звучит так привычно, что я сглатываю ком в горле и моргаю, чтобы не заплакать.
— Здравствуйте, — говорю я, собираясь встать.
— Сиди, — девушка щелкает пальцами, и уже она оказывается в кресле-мешке. Удобная у них магия.
— Да... Смотри, — молодой человек осекается под ее гневным взглядом. Привык называть ее по имени, а при мне нельзя. — Магические каналы запечатаны.
— Хм... — она щурится. — Интересное зелье. Хотя, скорее, артефакт, блокирующий магию. Такие вещи не делают просто так. Наказать бы...
— Что там? — не выдерживает парень.
— Пробуют отправить на экспертизу, но это и так ясно. Забирали магию. Не могу так сразу определить, кто это делал.
— Значит, нужно распечатать каналы, — твердо говорит молодой человек.
— Какую магию ты хочешь? — наконец обращает на меня внимание девушка.
— Эм… — задумываюсь я. — Я даже не знаю, какая бывает, кроме бытовой.
— Ох! — вздыхает она. — Давай так… Я дарю тебе две свои магии, а он, — она указывает на молодого человека, — тоже две!
Она дует на меня, и я проваливаюсь в сон. Меня просто усыпляют. А как же поесть?
Глава 2
— Леди Иветта, вы будете завтракать в покоях или выйдете в малую столовую? — шепотом спрашивает склонившаяся надо мной служанка.
— В столовую, — посмотрев на девушку, отвечаю я.
— Тогда нужно вставать, у нас мало времени, — добавляет Виола еще тише.
— Почему ты говоришь шепотом? — спрашиваю я, поднимаясь с постели.
— Чтобы не разбудить вашу дочь, — она указывает на противоположный край кровати. Смотрю на спящего ребенка с удивлением.
Если честно, я и думать забыла о малышке, видела ее только на картине. И вот она, свернувшись калачиком, лежит передо мной. Ее дыхание ровное, а одна рука протянута ко мне.
— Она как здесь оказалась? — обхожу кровать, смотрю на ребенка. Аккуратно убираю прядку волос, закрывающую глаза, и чувствую, как сердце забилось быстрее от сильной любви.
— Наверное, сбежала от няньки, — с улыбкой отвечает служанка. — Смышленая герцогиня Мария.
— Кто? — переспрашиваю Виолу.
— Ваша дочь, Амели, — служанка странно смотрит на меня. — Вы в порядке? Вы даже не притронулись к еде.
Я хмурюсь и тоже смотрю на столик. Блюдо и напиток стоят нетронутыми.
— Я прилегла отдохнуть и уснула, — отвечаю я, хотя не обязана объяснять служанке.
Девушка кивает и проходит в приоткрытую дверь ванной комнаты, приглашая меня за собой. Когда Виола уже заканчивает с моей прической, в комнату врывается шикарный мужчина. Я даже забываю, как дышать, так он хорош. Не сразу понимаю, что именно его я видела на картине.
— Амели у тебя? — не дожидаясь ответа, герцог проходит по мне безразличным взглядом, который вдруг становится ледяным. Не церемонясь, он подходит к кровати и протягивает руки, чтобы взять ребенка.
— Не смей! — ровным, тихим, но твердым голосом говорю я.
У мужчины брови ползут вверх от моих слов, и он выпрямляется. Его взгляд становится острым, как лезвие ножа, а губы сжимаются в тонкую линию.
Прищурившись, он смотрит на меня вновь, словно видит впервые. Хотя, почему словно? Именно впервые я встречаюсь с герцогом Максимилианом Фиорским.
— Что ты себе позволяешь? — возмущенно шипит он, сверкая глазами. — Я герцог, и я имею полное право находиться где захочу в своем замке и тем более забрать своего ребенка!
Его голос становится еще громче, а тон — более требовательным.
— Пусть ребенок спит, — холодно отвечаю я, стараясь не поддаваться на его возмущение. — Виола за ней присматривает.
Герцог стискивает зубы, но молчит. Его взгляд мечется между мной и кроватью, где мирно спит девочка, и, кажется, он вот-вот взорвется от гнева.
— А мы пока позавтракаем, — предлагаю я.
— Мы? — кажется, герцогу нужно сделать перезагрузку системы. Он говорит односложно. Он явно не ожидал такого поворота событий.
— Да, ты и я. Или у нас кто-то в гостях? — мило улыбаясь, я встаю с кресла.
Мне хочется еще больше его шокировать. Я подхожу к мужу, смотрю на него вопросительно, словно ожидая объяснений. Подхватываю его под локоть, прежде чем он успевает что-то сказать.
Конечно же, память Иветты мне подсказывает, куда идти, да и Виола могла бы меня сопроводить, но я предпочитаю появиться в столовой с герцогом.
— Герцогиня, вы хорошо себя чувствуете? — спрашивает мужчина, выходя из моих покоев.
Его голос звучит уверенно, и взгляд остается ледяным, но в нем проскальзывает что-то похожее на замешательство.
Странный он какой-то, заторможенный, и взгляд ледяной, словно безжизненный.
— Спасибо, герцог, все хорошо, — отвечаю я, стараясь сохранить спокойствие.
— Максимилиано, милый, — вскакивает блондинка с места, предназначенного хозяйке дома. Мое появление явно неожиданное, и девушка застывает с приоткрытым ртом.