Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал! (СИ) - Ксения Никонова

Оборотень! Да не простой оборотень, высший! Кажется, сбылись мои худшие опасения. Ну почему именно она⁈ Перспектива стать вдовцом, так и не став мужем, предстала передо мной со всей ясностью. Внутри всё просто сжалось в тугой комок. Только не это!

Однако Диану я недооценил.

Отчаянная девушка и сообразительная. Не стала швыряться огнём, это всё равно бесполезно, от любого снаряда этакая тварь с лёгкостью увернётся.

Вместо панического бегства она сумела выставить свой огонь как щит. И ведь получилось! Ну почти. Ей удалось продержаться те минуты, что понадобились мне, чтобы добраться до неё. Едва не вписавшись в столб огня, я выскочил из телепорта максимально близко, чтобы оборотень не заметил моего появления. Даже так едва успел.

Когда оборотень прыгнул на Диану, у меня кровь в жилах застыла от ужаса.

В момент удара руку снова пронзило болью. Заряд магии, который я держал наготове, чтобы бить наверняка, задел тварь по касательной и ушёл в сторону. Ближайшее дерево скосило как сухую тростинку.

Оборотень взревел и прыжком оказался у меня за спиной.

Я заметил только, что Диана лежит на земле, запрокинув голову. Бледное лицо и шея, кажется, целы. Богиня, хоть бы жива была! Даже если он успел прокусить её кожу и заразить своей слюной, вылечу, вытяну к свету. Пусть только будет жива! Оглянуться и проверить состояние жены времени не было. Оборотень, не ожидавший нападения со стороны, переключил своё внимание на меня.

Ну давай! Как бы ни был ты силён, со мной на моей территории тебе не тягаться. Я взмахнул хлыстом, отгоняя тварь подальше от бесчувственного тела Дианы. От рёва твари заглохли уши. Хлыст позволял держать его на расстоянии, а меч приходилось держать наготове второй рукой.

Мой хлыст — особое магическое оружие. Я его полностью под себя изготовил. Как итог — чувствовал его как продолжение руки. И движения противника он позволял предугадывать безошибочно.

Каждый удар отнимал у оборотня толику сил. Чем больше попаданий, тем медленнее он становился. Ещё немного, и смогу накрыть куполом, из которого деваться ему будет некуда.

Останется добить мечом. Чтобы наверняка.

Момент, когда Диана пришла в себя, я отметил краешком сознания.

Беги, моя хорошая. Я его не пропущу.

Вместо бегства моя храбрая, но безрассудная девочка начала заходить с тылов, и этот маневр, конечно, не остался незамеченным. Вместо кусачего жала хлыста оборотень предпочёл беззащитную женщину. Поскольку к тому времени тварь прилично ослабла, я отстал всего на миг. Диана метнула огненный снаряд, и тот угодил в цель одновременно со мной.

Взмах меча — и жуткая голова с оскаленной пастью полетела в сторону. Тело оборотня рухнуло прямо нам под ноги.

Глаза моей жены, без того огромные, стали ещё больше, во взгляде плескался ужас.

Я схватил девушку в охапку и прижал к себе. Насмотрится сейчас, потом кошмары будут мучить. Надо увести её подальше и сдать на руки кому-то, кто послужит ей жилеткой. Только осмотрю сначала на предмет травм и укусов.

Доведя жену до ректорских покоев, я понял, что истерики не миновать. Слёзы полились внезапно и обильно. Тут я и понял, что гори оно всё огнём. Если сейчас оставлю её, буду последней сволочью. Сунул в руки бокал с укрепляющей настойкой, заставил сделать несколько глотков. Для профилактики.

Бегло осмотрев открытые участки кожи, укусов не обнаружил. Отличная новость.

А все дальнейшее случилось не иначе как под воздействием стресса.

Когда маленькие ладошки скользнули по моей груди, я ещё пытался держать себя в узде. Моей выдержки хватило ненадолго. Какие могут быть игры в благородство, когда такая женщина, будучи в полном рассудке и трезвом уме, просит ласки и любви? Тем более долгожданная и желанная жена. Без того брачную ночь пришлось ждать бессовестно долго.

Теперь уже точно моя. Сегодня. Завтра. Навсегда!

Наутро меня разбудил жаркий шёпот.

— Глен, Глен. Проснись. Там кто-то ходит.

Я опрокинул на себя рыжее чудо с лисьими глазами и тихо рассмеялся:

— Это горничная кабинет убирает. Не волнуйся. В спальню она заходит исключительно в рабочее время, и только когда я ухожу. Иди ко мне.

Я самозабвенно поцеловал сладкие губы, не желая выпускать столь долгожданную добычу.

Воспоминания о сегодняшней ночи заставили ещё крепче прижать гибкое девичье тело.

Нам обоим досталось, но ей конечно больше. Отправлю к целителям, пусть ушибы полечат. Больно смотреть на страшные кровоподтёки на боку и плече.

Осторожно обняв, прижал к сердцу.

— С добрым утром, жена моя. Как ты?

— Как-то странно, — призналась она, уткнувшись носом мне в ключицу.

Я замер. Это как понимать? Неужто наша близость для неё ничего не значила? Не могло же быть притворством всё то, что происходило ночью? Наше рваное дыхание, стоны, обнажённые сердца. Эти чудесные глаза, которые заглядывали мне в душу.

— Странно? — осипшим голосом переспросил я.

Кашлянул, чтобы скрыть свои оголённые нервы.

— Странно, что я так ошибалась, и сразу в троих мужчинах.

Что? Да о чём она вообще? Каких троих? Моя жена потеряла невинность со мной, сегодня ночью, в этой самой постели!

— Не смотри на меня так, — по-своему истолковала она мой взгляд. — Мне всё ещё не по себе от того, что я была на волосок от смерти. Это было очень страшно. А ты меня спас. И ещё страшнее, что я его знала.

— Кого? — тупо переспросил я. — Оборотня?

Диана теснее прижалась ко мне, поёрзала и неохотно подтвердила:

— Его. Это лорд Бартон. Я думала, что влюблена в него, и только сегодня ночью догадалась, почему меня так к нему тянуло. Оборотень обладает необъяснимой притягательностью для противоположного пола. Поэтому, да?

— Так вот как ты оказалась в парке ночью! А я-то всё гадал…

— Нет-нет. Он появился, когда мы уже были в парке.

— Мы?

— Это всё Божен. Я правда не хотела с ним никуда идти, но надо было объяснить ему, что он дурак, если не понимает по-хорошему.

— Достаточно было сказать ему, кто твой муж, — вздохнул я, целуя эту непостижимую женщину в макушку. — Надеюсь, это все мужчины, с которыми ты встречалась этой ночью?

— Что? За кого ты меня принимаешь? По-твоему, я по ночам только и делаю, что гуляю с разными мужчинами⁈ — немедленно взвилась Диана. — Не моя вина, что они так и липнут ко мне.

— Хорошо-хорошо, я