Там, где бьется пульс - Александра Глазкина
Вилли, их конюх, научил Кэсси управляться с лошадьми: рассказал, что нужно поводить лошадь по кругу, чтобы ее успокоить, что лошадям нравятся ароматы мяты и ромашки, и что чем темнее масть лошади, тем она выносливее.
Даже посол, танец с которым вызвал ревность его жены и раздражение отца, был совершенно невинным! От него Кэсси узнала, что в их стране совершенно другая система присваивания фамилий. Если здесь было принято добавлять к фамилии приставку, означающую стихию (дер — вода, эйр — воздух, тир — земля и тан — огонь), то в Иридалии приставки означали ведущий стихийный цвет (блуо, синий для стихии воды; гриджо, серый — для воздушников; верде, зеленый для земных магов и россо, красный для стихии огня). Кассандра россо-Эванс, звучало красивее, чем тан-Эванс. Лингвистические сравнения так увлекли их, что посол протанцевал с ней три танца подряд, что и стало причиной всеобщего недовольства. Ну а то, что у него рука соскользнула ниже дозволенного, Кэсси решила счесть случайностью (в отличие от жены посла).
Самым несправедливым было то, что и Матильда жаждала приключений и новых знаний, просто предпочла идти к ним своей дорогой: устроилась в архив, уговорила отца взять ее в экспедицию. У Кэсси же не было выбора, пока не проснется дар, кроме как получать эти знания и искать приключений с теми, кто чаще всего в них участвовал — с мужчинами. Люди — это все равно что живые книги, вот что поняла Кэсси, заводя знакомства. Сколько интересного можно узнать от того, кто видел свет, чья жизнь была связана с опасностями!
Конечно, появление магического дара открывало для нее новые возможности, но все обернулось совсем не так, как она рассчитывала. Поэтому, осторожничая с магией, Кэсси вернулась к своему привычному способу разнообразить жизнь: собрала вокруг себя свиту поклонников. Вот только ни один из них пока не помог найти ответ на важный вопрос…
А с Мелвином… глупости это все. Неудивительно увлечься человеком, если проводишь с ним большую часть своего времени. Особенно если этот человек красивый, умный, вежливый, а теперь, как выяснилось, еще и храбрый. Конечно, главной ее целью было — попасть на Бал, но завлекать Мелвина было так приятно. Обидно, конечно, расставлять ловушку и самой в нее попасться. Но ничего, завтра все будет, как раньше!
— Ваши услуги мне сегодня не нужны, Кэсси! У меня появились неотложные дела, — заявил Мелвин. — Простите, не успел написать записку, чтобы Вас предупредить. Увидимся завтра.
И захлопнул дверь. Кэсси стиснула блокнот, с которым теперь не расставалась. Вот так значит. Сухо, чопорно и бездушно. Ладно, зато появилось время, чтобы доклад по истории магии подготовить. Может, отвлечется от невеселых мыслей… Но дойти до библиотеки Кэсси не успела, потому что, задержавшись у окна, чтобы полюбоваться на заснеженные горные вершины вдалеке, она увидела, как господин надменный советник покидает двор академии. Коня ли карету не взял, идет куда-то недалеко. Ее разобрало любопытство. Какие такие дела у него появились? Ей пришлось потратить время, чтобы сбегать за накидкой. Конечно, огненному магу не грозит холод, но никто не понял бы, покинь она замок в одном платье. Из-за этого Кэсси потеряла время, но ей и не удалось бы идти за Мелвином на близком расстоянии: он уверенно двинулся по дороге, которая вела в деревню, она была практически прямой и просматривалась на довольно далекое расстояние. Так что ей пришлось периодически останавливаться, прятаться за деревьями и ждать.
Ничего удивительного, что когда она дошла до деревни, Мелвина уже не было. Куда же он пошел: в лавку, в трактир, к кому-то в гости. Последняя мысль почему-то вызвала едкую досаду. Если бы кто-то спросил Кэсси, зачем она вообще взялась следить за господином советником, она бы не смогла внятно объяснить, но возвращаться в замок категорически не хотела. Раздосадованная, девушка огляделась и решительно направилась в чайную. Хорошо, что прогресс добрался и сюда: здесь никого не удивляло, что молодая девушка без сопровождения уселась у окна, из которого прекрасно просматривалась дорога и заказала себе чай и сэндвич.
Кэсси огляделась. Не так роскошно, как в столичной чайной комнате ее старшей сестры, но мило и уютно. Прилично, как заметила бы Матильда. Стены чайной были оклеены полосатыми обоями, на стенах развешены картины, зеркала, множество светильников. На столах — кружевные скатерти и изящные салфетки, сервизы тонкого фарфора. В витрине под стеклом были разложены на тарелках пирожные.
Место пользовалось популярностью у студенток академии, Тайра и Энфис давно зазывали Кэсси, но из-за совмещения учебы и обязанностей ассистентки она и так еле успевала с делами, так что до этого дня не была здесь. В чайной было спокойно и уютно, за соседним столиком беседовали две дамы средних лет, в нише за ширмой, увитой цветами, чаевничало семейство: мать с тремя девочками в очаровательных дорожных платьях. Кэсси невольно улыбнулась, вспомнив племянников.
Но желание дождаться Мелвина не давало ей расслабиться. Кэсси решила для себя, что, когда он пойдет обратно, она его догонит, скажет, что была по делам в деревне. Она продумала все объяснения и детали беседы, но, когда знакомая широкоплечая фигура наконец появилась на дороге, ее план рассыпался искрами: Мелвин шел не один, а под руку с какой-то девицей. Человечка — ни одна магичка не станет так кутаться, спасаясь от кусачего февральского мороза. Но при этом зимнее пальто с меховой оторочкой выгодно подчеркивало пышные формы, а меховая шапочка кокетливо была сдвинута набок. И вообще… прижималась девица к Мелвину куда теснее, чем позволяли приличия. А он, похоже, и не возражал! Так вот какие у него «неотложные» дела! Неужели ему хватит наглости эту… в замок привести⁈
Кэсси бросилась на улицу как раз, чтобы увидеть, что парочка свернула в другую сторону, на дорогу, что вела к фермам. Сначала они чинно шагали по дороге. Потом остановились, и Кэсси увидела, как руки девицы скользнули вверх по плечам, обвили шею господина советника, а тот, в свою очередь, обнял свою спутницу за талию.
Волна внезапной ярости и отвращения поднялась к горлу, Кэсси почувствовала, как кружится голова и звенит в ушах ветер. Внезапный порыв так пошатнул деревья, что шапки снега, лежавшие на пышных еловых ветках лавиной обрушились на стоявших под деревьями людей.