Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ! - Рин Дилин

На что Шарот внезапно развеселился и благодушно хмыкнул:

— А он лихой парень, да? — взял меня за руку и повёл сквозь толпу. — Идём, а то нас там скоро живьём сожрут: наш домик перегораживает дорогу путникам. Лошадки взбунтовались, когда ты пропала. Не делай так больше, хорошо?

Я по привычке молча прижалась к его боку: теперь-то точно не буду!

Добрались мы до нужных портальных ворот достаточно скоро: люди безропотно расступались, только завидев орка.

Я нервничала: а ну как не получится заиметь мне «официальную» именную печать и пройти в другой мир даже при наличии голоса? Меня немного потряхивало, руки холодели и я боялась вновь онеметь перед стражником. Только теперь с перепугу.

Но всё прошло достаточно гладко. Страж, видимо, уже изрядно уставший от разномастного яркого потока существ, глянул на меня и мою поддельную метку лишь мельком, буркнул:

— Имя? — и даже не дослушав до конца мой ответ «Ликандра Меррелль», коснулся метки кристаллом-артефактом.

Тот коротко вспыхнул, моё запястье обожгло болью, но я поспешила прикрыть его рукой.

— Проходите, живее! Не задерживайте очередь! И так вас ждали, незнамо сколько! — недовольно прикрикнул на нас, и я торопливо схватила упрямящуюся лошадь за уздечку, ведя её к сияющему порталу.

— Лика, сейчас, чтобы не случилось, просто продолжай идти, — успокаивающе напутствовал меня Шарот, ведя вторую лошадь. — Там ничего страшного нет.

Как только мы пересекли завесу, оказались в ослепительном потоке света. В первое мгновение я растерялась, увидев, что деление пространства на верх-низ отсутствует.

— Просто продолжай двигать ногами как при ходьбе! — вновь ободрил меня орк, и я, взяв себя в руки, стала коситься на него и старательно копировать все его действия. И мысленно молиться, чтобы наше путешествие закончилось благополучно.

Мои мольбы были услышаны, и очень скоро мы в прямом смысле этого слова, вывалились в очень похожую припортальную улочку. Только тут путешественники двигались от ворот, а не к ним.

Первое, что мне бросилось в глаза — надпись на незнакомом языке. Иероглифы — буквы в ней были заключены в квадратики, и в первый момент было не ясно, какое написание здесь положено: слева направо или наоборот? Или вовсе, сверху вниз? Но в следующую секунду надпись поддёрнулась дымкой, поплыла в глазах и сложилась в вполне уверенно читаемое: «Добро пожаловать на Абивон».

Ого! Я, оказывается, понимаю местный текст? Это что, какая-то супер-способность магов-хамелеонов?

Я по привычке замахала рукой, привлекая внимание Шарота, потыкала пальцем в надпись, а после указала себе на глаз, от возбуждения забыв, что могу говорить.

Орк меня понял и снисходительно улыбнулся:

— Это дар игнис путешественникам, — он мотнул головой назад в сторону портала. — На всех входных воротах стоят артефакты, вкладывающие всем прибывающим знание основного мирового языка. Если ты умела читать на родном, то будешь понимать и местный текст. А вот они, — похлопал он по морде лошадь, — будут понимать только речь. И то, только знакомые команды…

— Проходите скорее! — недовольно поторопил нас стражник. — Не загораживайте путь прибывающим. Подходите вот сюда и прикладывайте руку меткой вниз, — он указал на столб-тумбу рядом с собой.

Вновь испытав нервную дрожь, я пропустила вперёд Шарота, позволяя пройти проверку «документиков» первым. Орк спокойно подошёл и приложил, как было велено, запястье к камню. Артефакт полыхнул зеленоватым светом незнакомой вязью символов, орк убрал руку, стражник что-то посмотрел на камне и кивнул, позволяя Шароту отойти.

Оробев, я замешкалась, и тут же получила гневный окрик стражника:

— Быстрее! Чего рот раззявила?!

Смирившись с неизбежным, я шагнула вперёд и повторила действия Шарота. Мгновение ничего не происходило, потом камень ослепительно полыхнул белым светом с чуть голубоватым оттенком. А когда я убрала руку, на нём остались сверкать символы, складывающиеся вязью в моё имя.

Только… «Ликандра де Меррелль» гласила она.

Стражник изменился в лице, побледнел, а у меня сердце ухнуло в пятки: ну, здравствуй, костёр Инквизиторов!

Но служивый внезапно вместо того, чтобы хватать меня и тащить, куда следует, вытянулся передо мной по стойке «смирно» и склонился в низком почтительном поклоне.

— Прошу простить мою дерзость, госпожа! Добро пожаловать на Абивон! Надеюсь, вам у нас понравится!

От неожиданности я остолбенела, не в силах вымолвить и слова. К счастью, мой приёмный батя обладал не только прекрасными бойцовскими навыками, но и отличной соображалкой.

Орк в мгновение оказался рядом и задвинул меня себе за спину.

— Принцесса путешествует инкогнито, — с нажимом пробасил он стражнику. — Прошу не портить конспирацию.

— Ох, да… — тут же распрямился и забормотал тот. — Прошу простить меня… Не смею вас задерживать. Ещё раз, добро пожаловать на Абивон!

Шарот подхватил меня на руки, дёрнул за узду лошадей и поспешил скрыться с глаз растерянно глядящего нам в след парня. Когда мы оказались вдали от любопытных глаз, орк присел возле меня на корточки, будто завязывал мне шнурки на ботиночках и попросил продемонстрировать ему мою именную печать.

Я протянула руку, тоже не без удовольствия рассматривая свои «документики»: клеймо на коже переливалось, точно было выполнено из белого золота, а при повороте руки вспыхивало лёгким голубоватым свечением.

— Лика, ты — странница? — наконец заговорил Шарот после минутного молчания. — Это тело не твоё, ведь так?

— Ну… да… — замялась я, пытаясь сообразить, что ответить: врать орку отчаянно не хотелось, но и на костёр тоже. — В моём мире было совсем туго с магией… Кажется, я там умерла, а потом очнулась здесь… Может быть, цвет у клейма такой, потому что тот беловолосый лорд при всех назвал меня своей невестой? Он передумает, и оно почернеет? — с надеждой пробормотала под конец.

— Ты — сосланка, — констатировал Шарот. — Более того, ты — хамелеон.

Внутренне сжавшись, я понуро кивнула и жалобно пискнула:

— Ты теперь сдашь меня Инквизиторам?

Он вздохнул и пристально посмотрел на меня. Так, словно заглядывал через глаза в самую душу. Потом внезапно легонько щёлкнул по носу:

— Орки своих не выдают, запомни это. Мы с тобой семья, Лика. Я сам принял