Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду - Ринэя Грин
Блондинка не спешила входить. Она остановилась на пороге, медленно и оценивающе оглядывая Луану. Ее взгляд скользнул по фигуре Лу, задержался на простом коричневом корсете и опустился вниз к крепким темно-коричневым сапогам. Тонкие ноздри студентки чуть дрогнули, словно она почувствовала неприятный запах.
— Так вот ты какая, замарашка, — произнесла она, высоко задрав нос. Голос ее хоть и был чистым, как горный ручей, в нем отчетливо слышалось презрение.
Лу застыла, сжимая в руках мешочек с кристаллами. Она не могла понять две вещи: что от нее понадобилось студентке и как такая внешность может сочетаться с вопиющей грубостью к абсолютно незнакомому человеку, пусть даже этот человек всего лишь подсобник?
В этот момент из темного проема лаборантской бесшумно, ступая мягкими лапами по идеально чистому полу, вышла Мона. Шерсть волчицы сегодня, казалась особенно белой, переливаясь на солнце серо-голубыми бликами. Увидев незнакомку, Мона не издав ни звука, обогнула Лу и заслонив ее собой низко, угрожающе оскалилась. В ее горле зародился непривычный звук, похожий на раскаты приближающейся грозы.
Блондинка вздрогнула от неожиданности, но страх в ее глазах мгновенно сменился восторженным, почти хищным блеском. Она подалась вперед, не обращая внимания на предупреждающий рык зверя.
— Какой интересный фамильяр, — пропела она, и ее голос теперь напоминал натянутую струну. — Зачем такой, как ты, лунная волчица? Это же редчайший экземпляр.
Она подошла ближе, и медленно обвела Мону оценивающим взглядом, будто та была не живым существом, а дорогой игрушкой или украшением на витрине модного магазина.
— Она больше подойдет мне, — заявила блондинка с такой уверенностью, будто вопрос уже был решен. — Мы будем смотреться вместе очень органично. Мои волосы и ее мех идеально сочетаются вместе.
Луана на мгновение оторопела от такой неслыханной наглости. Она привыкла, что ее саму могут не замечать, но, чтобы вот так, с первого взгляда, присваивать ее единственного друга? Мона, кажется, тоже была в шоке: она на секунду перестала рычать и недоуменно наклонила голову набок, глядя на высокомерную девицу как на нечто крайне странное и крайне глупое.
Обида и защитный инстинкт придали Луане сил. Она расправила плечи и встретив холодный взгляд блондинки, ответила неожиданно твердым голосом:
— Боюсь вас огорчить, мадемуазель, но вы ошибаетесь. Волчица не фамильяр. В ней нет ни капли магии, это самый обычный лесной зверь.
Она сделала паузу, позволив своим словам зазвучать в тишине аудитории, и добавила с легкой, едва заметной шпилькой:
— Вашей сияющей персоне совсем не подойдет не магический зверь. Это ведь так… — Лу сделала паузу, подбирая слово. — Простовато для такой как вы?
Блондинка прищурилась. Улыбка сползла с ее лица, выражение выражение брезгливого пренебрежения.
— Не магический? — переспросила она, и в её голосе послышалось разочарование, смешанное с подозрением. — Быть не может. Такая чистота окраса…
Она еще раз взглянула на Мону, которая все еще стояла в защитной стойке, и презрительно фыркнула, словно потеряла интерес к сломанной игрушке.
— Впрочем, если она такая же пустая внутри, как и ее хозяйка, то мне действительно не о чем больше говорить. Но имей в виду, замарашка: в этой академии вещи, которые мне нравятся, всегда рано или поздно становятся моими.
Дверь за блондинкой захлопнулась с сухим надменным щелчком, оставив в воздухе едва уловимый аромат дорогих приторно сладких духов. Луана еще несколько секунд стояла неподвижно, прижимая к себе кристаллы, а Мона продолжала сверлить взглядом закрытую дверь.
— Все хорошо, Мона. Она ушла, — тихо сказала Лу, погладив волчицу по голове.
Девушка передернула плечами, прогоняя неприятный осадок, и решительно направилась в лаборантскую. Работа руками всегда помогала ей успокоить мысли. Она привычно достала ведро из шкафчика под окном и наполнила его теплой водой, развела мыльное средство и принялась оттирать пятна от магических реактивов и неудачных опытов со столешниц.
Что это была за студентка? Почему она пришла именно сюда? Луана никак не могла взять в толк, откуда такая наглость — просто войти и заявить права на чужого зверя. В академии учились много богатых наследниц, но эта… в ней чувствовалась какая-то особая уверенность в своей власти. «Замарашка», — это слово отчего-то задело Лу, хотя она никогда не стыдилась своей работы.
Чтобы не изводить себя гаданиями, Лу решила переключиться на приятные воспоминания. Она закрыла глаза и на мгновение представила вчерашний день.
Обед у бабушки просто чудесным. Арно, поначалу сидевший за столом прямо и напряженно, быстро оттаял под натиском бабушкиного гостеприимства. Мадам Элем потчевала их своим знаменитым и любимым блюдом Лу — жарким в горшочках, подливала травяной чай и без умолку рассказывала забавные истории из детства Луаны. Арно смеялся по-настоящему, открыто, и она впервые увидела, как в его глазах насовсем исчезает эта привычная ледяная настороженность и отстраненность.
А звери! Шербон и Мона устроили настоящую кутерьму на заднем дворе, гоняясь друг за другом по сугробам, пока Шерб не застрял в кустах смородины, чем вызвал новый взрыв хохота. Посиделки были уютными и простыми, по-человечески теплыми, и Лу казалось, что Арно она знает всю жизнь. Она поймала себя на мысли, что уже очень давно не была так беззаботна и счастлива.
Правда, расплата за это счастье наступила быстро. Когда гости ушли, Луана обнаружила, что время перевалило далеко за полдень. Ей пришлось практически летать по дому: перемыть гору посуды, помочь бабушке с заготовками на ужин, проверить все ли гостинцы мадам Элем уложены в сумки, собрать некоторые вещи, которые ей пригодятся в академии и бегом нестись на остановку. Она запрыгнула на подножку вечернего омнибуса в последнюю секунду, тяжело дыша и прижимая к себе тяжелые сумки.
В домик подсобников она завалилась уже в густых сумерках, когда на дорожках академии уже не было ни одной живой души. Подсобники, завершив ужин, уже разошлись по комнатам и лишь месье Канова, сидевший в гостиной у камина кивнул ей, и будто только ее и дожидался, помог отнести тяжелые сумки в ее комнату, и ушел наверх.
Лу, едва держась на ногах от усталости, оставила на кухонном столе угощение от бабушки — пышный ягодный пирог, бережно завернутый в полотенце. Она знала, что утром подсобники будут рады такому завтраку.
Добравшись до