Огонь в ее глазах - Руби Диксон
Теперь он чего — то хочет от меня.
Он призывает подняться выше. Подняться к звездам. Отправиться к расщелине. Посмотреть, смогу ли я вернуться домой.
Словно по принуждению, я поднимаюсь выше. Почему бы и нет? Я сильна и властна, и день прекрасен. Трещина кажется невероятно далекой, хотя ее открытая рана в небе отталкивает меня, даже когда я лечу к ней.
Глава 24
ТЕВА
«Тева?»
Гейб зовет меня. «Как высоко мы заберемся?»
«Так высоко, как только сможем», — говорю я. Почему нет? Я чувствую, что огонь в моей голове доволен этим решением. Я не собираюсь проходить через Разлом — не с Гейбом в когтях, — но я хочу посмотреть, смогу ли я до него добраться.
«Все равно лети, — в животе все горит. — Если ты сможешь подобраться достаточно близко, зачем останавливаться?»
Зачем… останавливаться? Идея захватывающая. Что, если дом ждет по ту сторону, и все, что мне нужно сделать, — это лететь изо всех сил и высоко — высоко? Но если мне все — таки удастся добраться до Разлома и я пройду через него?… Ч то будет с Гейбом?
«Это не имеет значения», — в моем животе вспыхивает шепот.
Это неправильные слова. Потому что я думаю о семи годах, которые я потеряла из — за безумия, и представляю, как наблюдаю за своим Гейбом в такой же ситуации, и мне становится дурно. Я спотыкаюсь, теряя самообладание. Я бы никому не пожелала такого безумия.
«Тева». — Мысли Гейба — это прохладный бальзам для моих разгоряченных мыслей. Я даже не осознавала, что была близка к потере контроля, пока его разум не коснулся моего и не заставил меня осознать, насколько я рассеянна. И каким — то образом я взлетела так высоко, что даже облака стали прозрачными. Воздух разрежен. Вокруг очень холодно.
«Выше, — у меня в животе возникает позыв. — Быстрее».
«Тева. Кто с тобой разговаривает?» — мысли Гейба становятся все тяжелее. Суровее. — Ответь мне».
«В животе все горит, — рассеянно говорю я ему, хотя внутренний голос тихо призывает меня подняться выше. Выше. Я расправляю крылья, чтобы набрать еще больше высоты, и мощными взмахами перемахиваю через следующее облако. Трещина, кажется, не стала ближе, чем была, но я уже так высоко, что сомневаюсь в этом.
«ТЕВА. — В моей голове звучит команда Гейба. — Прекрати это».
«Я… не могу».
Осознание этого ужасно. Каким — то образом огонь в моем животе продолжает безмолвно подталкивать меня, и я словно не в силах отказать ему. Такое ощущение, что я почти не контролирую себя. «Помоги мне, Гейб».
«Я твоя пара?»
Простой вопрос Гейба заглушает настойчивость в моем сознании. Он заглушает боль в животе. «Конечно, это так».
«Тогда послушай меня. Ты убиваешь нас, Тева. Ты не можешь взлететь так высоко. Воздух разрежен. Твои крылья устали. Ты отлично справилась, но давай отложим это, хорошо?» — Его рука гладит мои чешуйки, а пальцы холодные. У него болят легкие. У меня тоже.
«Но Разлом…»
«Наступит завтра. Давай отправимся домой. Только ты и я. Вместе».
«Ты разве не хочешь спасти свой народ, Тева?» — мой внутренний голос вопрошает.
«Не обращай внимания на этот голос, — резко говорит мне Гейб. — Сосредоточься на мне. Вдохни мой запах. Отвези меня домой, Тева. Давай найдем кровать, и я прикушу твою прелестную шейку. Помнишь, о чем мы говорили прошлой ночью? Ты моя, я твой. Повторяй за мной».
Я позволяю сосредоточенным мыслям Гейба овладеть мной, направляя меня. Он прав. Раскол будет завтра, и послезавтра, и еще через день. На данный момент я сделала достаточно. Я хочу пойти домой со своей парой и позволить ему ласкать меня. Я хочу завести с ним ребенка. «Ты мой», — говорю я ему.
«А остальное?» — Его разум непоколебим, он такой сильный и обнадеживающий.
«Я твоя». — Я меняю угол наклона крыльев и опускаюсь ниже, по спирали пробираясь сквозь облака. Я чувствую одобрение Гейба, и это наполняет меня удовольствием.
«Ты отлично справилась, малышка. Мы еще поговорим обо всем, когда вернемся домой. Давай просто вернемся в гнездо Кэйла, Х орошо?»
Я прижимаюсь к нему и замечаю, что боль в животе утихла. Я по нему не скучаю. Иногда мне хочется, чтобы она совсем оставила меня в покое. Я хочу, чтобы в моей голове звучал только голос Гейба.
«Тогда сосредоточься на мне и позволь мне со всем справиться».
Я так и делаю. Я сосредотачиваюсь на моем Гейбе, моей прекрасной паре, пока осторожно веду нас обратно сквозь облака к дому Кэйла. Я вдыхаю его запах, не обращая внимания на других драконов поблизости и на то, как их мысли яростно переплетаются с моими, словно ища опоры. Я сосредотачиваюсь на Гейбе, и только на Гейбе, и чувствую его облегчение, когда приземляюсь на крыше здания и осторожно опускаю его этажом ниже.
«Пойдем со мной, — твердым голосом говорит он. — Изменись и встань рядом со мной, потому что нам нужно поговорить».
Я меняю форму, возвращаясь к своему более слабому двуногому виду, и спрыгиваю на пол. Даже это не кажется таким неприятным, как раньше, просто потому, что я подхожу к своему красивому мужчине. Он оглядывает меня с головы до ног, затем обхватывает ладонями мое лицо и заглядывает в глаза.
— С тобой все в порядке?
Я озадачена его вопросом. «А почему бы и нет?»
«Голос, с которым ты разговаривала — ты говоришь, что это у тебя в животе что — то, но это была не ты. Это совершенно другой голос. — Гейб обеспокоенно качает головой. — И твои глаза изменили цвет».
«Цвет? — растерянно спрашиваю я. Я вижу, как сзади подходят Кэйл и его пара, и человеческая самка спрашивает Гейба, какого цвета стали мои глаза.
— Серые. Не черные, не золотые, а просто серые.
Она смотрит на моего брата, и я чувствую недовольство Кэйла.
«Салорианец», — объясняет мой брат.
«Салорианец?» — я шиплю, и на меня нахлынул поток воспоминаний. О холодных, злобных властелинах нашей родины. Рабовладельцы, которые использовали огромные армии и грязную магию разума, чтобы убивать и подавлять мой народ. Народ дракони ненавидит и презирает их.
Даже здесь, на этой ужасной земле, где мы застряли, салорианцы каким — то образом последовали за нами?
— Кто такой салорианец? — спрашивает Гейб, переводя взгляд с моего лица на лицо пары Кэйла.
Она рассказывает ему, что они плохие парни, и что один из них захватил Форт-Даллас и пытается