Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая
Я сжала пальцы под столешницей, чтобы они не дрогнули.
— Командор Дрейк поступил так, как требовали правила, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Моя задача — готовить кадетов, а не оспаривать решения руководства.
Таргон прищурился. Золотые узоры на его коже вспыхнули чуть ярче.
— Высокие слова, — усмехнулся он. Усмешка у кайранцев выглядела скорее как демонстрация клыков, чем проявление дружелюбия. — Рексар всегда умел выбирать людей. Но не думайте, Марлоу, что вы обманули меня. Мой племянник — молодой гений Кайранов, звезда своего выпуска и самый молодой Жнец в истории Инквизиционного Флота. В его природе заложено безжалостно отсекать всё слабое, дефективное и мешающее делу. Его решения всегда холодны и просчитаны до мелочей.
Он сделал паузу, давая каждому слову отпечататься у меня в сознании.
— Рексар понимает, что союз с землянкой не принесет роду Дрэйк ничего, кроме ослабления нашей линии. И если бы вы действительно представляли для него личный интерес, он бы отстранил вас от работы в Академии еще до моего прилета. Как Жнец, он умеет убирать из своей жизни всё лишнее. То, что вы всё еще здесь — лишь доказательство того, что вы для него просто эффективный сотрудник. Не более.
Каждое слово Адмирала было пропитано ядом, но это был продуманный ход. Он проверял меня. Он искал трещину в моей защите, искал волнение или обиду, которые выдали бы наши настоящие отношения с Рексаром.
Я выдержала его взгляд. Не опустила глаз, не сжала губы.
— Моя цель в Академии — довести первый набор кадетов до выпуска, — ровно проговорила я. — Моя личная жизнь или правила рода Дрэйк не касаются моей работы.
Таргон молча смотрел на меня еще секунды три. Его сенсоры так и не уловили всплеска эмоций — сработал чистый самоконтроль.
— Хорошо, — наконец произнес он, выпрямляясь. — Завтра утром состоится испытательный полет первой группы. Вы будете присутствовать в центре управления. Посмотрим на результаты ваших кадетов.
Он развернулся и вышел так же бесшумно, как и вошел.
Когда дверь за ним закрылась, я с трудом опустилась обратно на кресло и выдохнула. Ладони были влажными.
Он искал любой повод, чтобы зацепиться и забрать меня из Академии. Рексар защитил меня, но теперь мы оба шли по краю: одна ошибка кадетов на завтрашних испытаниях — и аргументы Таргона победят.
В этот момент на моем рабочем терминале загорелся короткий сигнал.
Не официальное уведомление, а личное зашифрованное сообщение, пришедшее через внутреннюю сеть базы без имени отправителя.
Я открыла его. На экране светилась всего одна строчка:
«Завтра. Сектор 4. Покажи им, на что способны твои кадеты.»
Ни подписи, ни лишних слов.
Но я знала этот стиль. Рексар продолжал держать дистанцию для всех вокруг, но этот короткий текст означал главное: он верил в меня и в наших ребят.
Я закрыла сообщение, стирая запись, и вернулась к схемам полета. Игра только начиналась.
Центр управления симуляциями напоминал амфитеатр, вырубленный из тёмного гладкого камня. В центре зала парил гигантский трёхмерный голографический проектор, воспроизводивший макет Сектора 4 — сложной астероидной зоны с нестабильными гравитационными колодцами и плотным точечным излучением.
Я стояла на верхней галерее наблюдателей, чуть в стороне от центрального мостика. Форменная куртка сидела идеально, руки убраны за спину, подбородок слегка приподнят. Усвоенные техники самоконтроля позволяли держать пульс в районе ровных шестидесяти ударов, хотя внутри всё натягивалось, как струна.
На центральном мостике стояли они.
Адмирал Таргон Дрэйк замер у главного терминала. Его золотистые узоры пульсировали ровно, но в янтарных глазах читался ледяной, въедливый интерес. Справа от него находился Рексар.
Командор выглядел безупречно. Черный мундир без единой складки, сухой зачес темных волос, непроницаемое выражение лица. За всё утро он ни разу не повернул головы в мою сторону. Для всех присутствующих в этом зале я оставалась лишь временно отстраненным лейтенантом, допущенным к наблюдению из чисто формальной снисходительности.
— Промежуточная тренировка группы запущена, — ровно произнес ИИ-оператор базы. — Первый набор кадетов вошел в виртуальное пространство Сектора 4. Цель: отработка базового маневрирования в астероидной зоне.
На голографическом экране в центре зала вспыхнули метки группы. Пятьдесят человек сидели в рядах капсул-тренажеров, отрабатывая проход через поле.
На ведущей позиции шел старший кадет набора, выстраивая строй.
— Стандартное построение клином, — произнес Таргон, скрестив руки на груди и даже не поворачивая головы. — Слишком громоздко для такого сектора. Земные курсанты ведут группу чересчур осторожно.
— Курсант выстраивает дистанцию с учетом распределения нагрузок своего звена, Адмирал, — сухо ответил Лиан Вэйлор, стоявший у консоли управления.
— Нагрузок? — Таргон слегка прищурился. — Или своей физической слабости?
В этот момент голографическое поле вспыхнуло алой тревогой — ИИ по ходу тренировки вбросил стандартную вводную на внештатную ситуацию. Из туманности выскочила учебная засада перехватчиков.
— Вводная: условное превосходство противника, время на реакцию — четыре секунды, — зачитал оператор.
По общефлотскому Уставу в такой ситуации положено идти в лобовую. Но для людей это верный провал.
Старший курсант в капсуле на секунду замешкался. Телеметрия показала скачок пульса.
— Он сомневается, — бросил Таргон.
— Дробить строй! — неожиданно прорезался через динамики голос ведущего кадета. — Первое и второе звенья — «Карусель»! Третье и четвёртое — прикрыть фланги!
Кадеты мгновенно рассыпались на веера малых звеньев, сбросили скорость и закрутили спираль прямо среди астероидов, используя гравитационные колодцы. Перехватчики увязли в их траекториях и получили ответный удар.
Через полминуты симуляция завершилась без потерь.
Таргон молчал несколько секунд, глядя на экран, после чего процедил:
— Нестандартно. Для недельного обучения... приемлемо. Ваше отстранение от занятий аннулируется, лейтенант Марлоу. Продолжайте.
Таргон медленно повернулся к Рексару:
— Я завершаю инспекцию, Командор. Совет получит мой отчет. Интеграция землян в Академию будет продолжена. Но помните... — он понизил голос, и в нем снова звякнул лед, — я буду следить за каждым вашим шагом. И за вашими результатами.
— Я не сомневаюсь в этом, Адмирал, — так же сухо ответил Рексар.
Спустя полчаса личный крейсер Высшего Инспектората покинул посадочную платформу Академии, уходя в гиперпространственный прыжок.
Вечер застал базу в непривычном тихом гуле. Напряжение, сковывавшее станцию трое суток, наконец рассеялось.
Я сидела в своем кабинете в третьем информационном блоке, дописывая официальный отчет о прохождении тренировки. Руки слегка устали, но на душе впервые за долгое время было спокойно. Мы выстояли. Кадеты справились, а мы с Рексаром не выдали себя.
Сенсорная дверь тихо скользнула в сторону.
Я подсознательно ждала этого. На этот раз шаг был другим — тяжелым, уверенным, наполненным знакомым плотным теплом, от которого по коже мгновенно пробегали иголочки.
Рексар переступил порог. Дверь за ним автоматически заблокировалась.
Он не стал останавливаться