Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора - Лила Синклер

* * *

Писарь записал: «Название со слов задержанного, независимо не подтверждено».

— Три Печати. Что это означает?

— Не знаю, госпожа. Я был слишком мелкой фигурой. Слышал название в двух письмах и один раз от Реннарта.

— Письма сохранились? — спросил Дарен.

— Одно сжёг. Второе вернул посыльному.

— Имя посыльного?

Гераль покачал головой. Громкое название пока не принесло ни одной новой фамилии.

* * *

Стук в дверь прозвучал резко, почти грубо, — солдат, вошедший без обычной вежливой паузы, лицо его выдавало срочность прежде, чем он успел произнести хоть слово.

— Генерал. Наблюдение потеряло Винсена Корра.

Дарен резко обернулся.

— Как?

— Его закрытая карета вошла во двор красильни и вышла через северные ворота. Наши люди пошли следом. На первой заставе внутри оказался наёмный приказчик. Корр остался в городе или пересел в другую повозку. В доме пусты два сундука, в камине свежий пепел. Слуги говорят, личный архив он забрал, но сами сундуков не видели.

— Кто видел Корра входящим во двор красильни? — спросил капитан.

— Наблюдатель видел карету и силуэт за занавеской. Лица — нет.

— Значит, мы потеряли карету. Присутствие самого Корра внутри не подтверждено.

Солдат покраснел.

— Да, капитан.

— Так и запишите.

Лиора провела ногтем по краю стола. Задержание Гераля не вернуло Винсена в карету.

Человек, знавший о Консорциуме больше Гераля, исчез из прямого наблюдения. Но городской человек Мины уже сообщал о найме возчиков и удвоенной охране для большого каравана. Возможно, архив ещё не покинул город, а готовился уйти под защитой груза.

— Проверьте красильню: оба выезда, работников, время смены кареты. И отдельно караван. Мы пока не знаем, где Винсен и связан ли его архив с этим выездом.

Капитан приказал оповестить городские заставы и досматривать выездные сундуки только по письменному основанию. Дарен поднял внешние посты корпуса и потребовал сохранить обычный вид патрулей, чтобы Винсен не понял, какие дороги уже перекрыты.

— Люменит, тайник, Ансель, теперь ещё название сети, — сказал капитан. — Показания Гераля нужно проверить до рассвета. Дело о Консорциуме уйдёт выше, но караван Корра находится в нашей досягаемости сейчас.

— Тогда используйте то, что уже известно о караване, — сказала Лиора. — Не как доказательство вины каждого возчика, а как основание проверить маршрут и возможные точки смены лошадей.

Капитан кивнул писарю. Ещё час назад «Три Печати» были только словами одного задержанного. Теперь рядом с ними в протоколе появились задачи проверки, ответственные и время следующего доклада.

За окном поста сгущалась ночь. Вместо торжества у них были показания, требующие проверки, три точки поиска Гераля, потерянное наблюдение за Винсеном и большой караван, ещё не ставший преступлением только потому, что все этого ожидали.

Утром после допроса Гераля у канцелярии столкнулись два гонца, один рассыпал бумаги, а Мина ругалась на солдата, положившего мокрые перчатки поверх выписок. Томас ушёл к складам, Орс — проверять сменных лошадей. Обычная работа не прекратилась ради последней операции.

Гераля увезли под конвоем ещё затемно — в город, под военную стражу, дожидаться официального суда. Его показания уже были записаны, подписаны и опечатаны, но пока оставались показаниями одного участника против другого; даже название Консорциума Трёх Печатей следствие имело право писать лишь со слов задержанного. Архив Винсена мог превратить рассказ в проверяемую цепь — или оказаться очередным сундуком с безупречно законными накладными. И с каждым часом вероятность найти его целым становилась меньше.

Капитан Рейс, независимый дознаватель, положил рядом с картой два листа: разрешение на досмотр каравана Корра при обнаружении и отдельное распоряжение, на один день расширявшее границы домашнего надзора Лиоры. Не свобода и не признание невиновности — выезд в качестве консультанта по грузовым маршрутам, под охраной Нейла Форса, без права приближаться к задержанным и уликам до окончания первичной описи.

— Чтобы потом никто не сказал, что подозреваемая сама нашла доказательства собственной невиновности и успела к ним прикоснуться, — пояснил Рейс.

Лиора подписала условия и попросила копию. Рейс указал на строку, запрещавшую ей приближаться к первичной описи ближе чем на десять шагов.

— Вы правда собираетесь мерить?

— Нейл собирается, — сказал Рейс.

Нейл достал из кармана свёрнутый шнур с узлами.

— Восточный тракт перекрыт, южный перекрыт, — докладывал Нейл Форс, водя пальцем по карте, разложенной на всё том же столе канцелярии, где ещё вчера лежали улики против Гераля. — Если Винсен собирается выводить караван сегодня, ему остаётся только северное направление — прямая дорога к перевалу, единственный официально проходимый путь для тяжёлого груза в это время года.

— Значит, ставим людей там, — сказал Дарен, уже намечая точки на карте с той быстрой, отработанной уверенностью военного планирования. — Перехватываем на въезде к перевалу, задерживаем весь караван разом.

— Это не сработает, — сказала Лиора, не отрывая взгляда от карты, чувствуя, как знакомая, требовательная ясность анализа вытесняет остатки усталости бессонной ночи после допроса Гераля.

* * *

— Почему нет? — спросил Дарен, откладывая перо. — Маршрут очевиден. Другого пути физически не существует.

— Другого официального пути, — поправила Лиора. — Мы не знаем, везёт ли караван люменит вообще, и не имеем права подменять незнание удобной уверенностью. Зато знаем: Корр нанял дополнительных возниц и охрану, вывел запасных тяжеловозов, а городской весовщик отметил три телеги с усиленными осями. Это означает либо тяжёлый груз, либо желание, чтобы все так думали. В обоих случаях официальный пост — худшее место для остановки.

Она провела пальцем по карте, вычисляя расстояние от города до перевала с той же методичной уверенностью, с какой когда-то вычисляла интервалы поставки овса в самый первый свой день на этом дворе.

— Прямая дорога до перевала — почти двенадцать лиг без единой станции для смены лошадей, — сказала она. — Обычная упряжка выдержит это с лёгким грузом. Гружёная тяжёлым камнем повозка, да ещё в спешке, да ещё под угрозой погони, — лошади выдохнутся на середине пути, если их не сменить.

* * *

Дарен перевернул карту к себе. Чернильница задела край и оставила круг на углу.

— Официальные станции смены на этом тракте я знаю наперечёт, — сказал он. — Все три — под нашим наблюдением с сегодняшнего утра.

— Именно поэтому он не воспользуется официальными, — сказала Лиора. —