Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

Не получив никакой реакции от проигравшего дракарра, Энтони де Лоренц громко попросил привести целителя. К площади подъехала карета и увезла Таррена — не в лечебницу, где он лежал в прошлый раз, а в поместье, потому что теперь с ним будут обращаться как с королём.

Я долго провожала его взглядом, думая про себя о том, что едва не убила его. Возможно ли вообще убить дракарра? Теперь мне казалось, что да, если он давно, сотни лет не проходил ритуал полной связи — как это было с Вигорром и Тарреном. Если все его жёны мертвы.

И если отрубить ему голову.

Эллен продолжала сидеть на мостовой площади около моего стула, не двигаясь.

— Пойдём, — хрипло сказала я, подходя к ней, не отпуская бока всё ещё покачивающейся, но стоявшей на ногах драконицы.

Иногда наш контакт прерывался, но Целесте не возвращалась в мою голову. По моим воспоминаниям, чтобы она вновь полноценно оперировала, Ворону… Тьфу, Артассии нужно быть на определённом расстоянии.

— Поднимайся, Эллен, тебе тоже нужно к врачу, — выглядела она ужасно, у неё явно было повреждение головы, и рана на руке могла загрязниться.

Конечно, мы с Анной получали куда большие и худшие ранения, да и слабенькая регенерация жён дракарров должна была помочь Эллен, но меня куда сильнее беспокоила полнейшая пустота в её глазах.

— Отстань, — грубо произнесла она.

— Ему плевать на тебя, потому что его куда больше волнует собственное поражение, и когда его уязвлённое эго немного восстановится, он обязательно зазовёт тебя обратно, — я присела рядом с девушкой. — Скажет, что вы одна команда и что ты всегда была рядом, хотя на самом деле ты никогда не являлась для него первой, оставаясь лишь чем-то привычным.

— Ты ничего не знаешь о нас! — огрызнулась она, и я на миг задумалась, зачем вообще вожусь с ней.

Она явно хотела истечь кровью или получить заражение, надеясь, что подобное заставит Роя наконец поставить её на первое место.

Тяжело выдохнув, я направилась вслед за большей частью местной знати назад во дворец, непрестанно размышляя о том, как поступать дальше с драконицей. Могу ли провести её внутрь, в свои покои? И если нет, то каким образом нам не разлучаться?

Мысль о том, что Целесте способна вновь овладеть моим телом, пугала до ужаса, при желании она могла убить здесь каждого, за исключением, быть может, Роя. И я совершенно не представляла, как жить дальше, случись такое. Даже осознание того, насколько близко я подступила к убийству Таррена, вызывало тошноту, и я боялась к нему приближаться.

Сзади послышались тяжёлые шаги — осознав, что я не намерена больше с ней возиться, Эллен поднялась и последовала за мной. Катарина оставалась подле Роя, как и подобает жене, однако выглядела она при этом очень достойно, держала голову высоко, а её осанка демонстрировала аристократическую гордость. Она превосходно знала свою роль и понимала, что статус Роя, вопреки проигрышу, всё ещё остаётся очень высоким, пусть на лице девушки и проглядывали сомнения.

Впрочем, куда большее сомнение читалось в облике её отца.

— Какого черта, Фран? Ты чуть не убила его, словно в тебя вселилось бешенство… — Эллен нагнала меня, вернее, я специально замедлила ход, позволяя ей это сделать. Жестом руки она отогнала слуг, попытавшихся предоставить карету. — Я всегда считала тебя отмороженной ненормальной, но это чересчур даже для тебя. Связь с драконом даёт тебе такую силу и реакцию? Решила сама стать правителем?

— Ты ничего о обо мне не знаешь, — ответила я её же собственными словами. — И тебе действительно лучше отправиться со слугами, тебе нужны врач и покой.

По какой-то причине Эллен сейчас совсем не раздражала, как бы она ни пыталась огрызаться, в глубине души я чувствовала… жалость. Жалость к тому, что она отдала Рою всю свою жизнь, а он по-прежнему её не замечает, спит со всеми подряд. Она пыталась ужалить меня исключительно ради того, чтобы собственная боль ощущалась хоть немного слабее.

Она продолжала бубнить что-то о том, будто я не имею никакого права ей указывать и что, несмотря на статус дракарра, она стоит выше в иерархии жён, но при этом безнадёжно отставала, пока, наконец, не осознала собственную беспомощность и не согласилась сесть в карету.

* * *

На следующий день атмосфера за обедом царила поистине траурная, зато в зале собралось втрое больше народу, чем прежде. Прибыли люди, ответственные за казну, городскую стражу, образование и ресурсы — явно в надежде воочию увидеть нового правителя. К этому моменту вести о смене власти успели распространиться по огромному городу подобно пожару, стремительно разносимые жрецами Этарра…

И кто бы мог подумать, что новым правителем окажется именно всадник Этарра.

На меня сидящие за столом смотрели с откровенным ужасом, и я их понимала. Объяснений моего поведения после поединка Роя и Таррена никто не просил, в народе это списывали на месть за проигрыш мужа. Кто-то даже шептался о том, что я могла бы претендовать на место правителя сама, будучи дракарром, но потом они быстро забывали об этом, потому что формального вызова на бой не было, да и Таррен был серьёзно ранен.

Присутствующие правильно боялись, потому что прямо сейчас Целесте находилась в моей голове и при желании могла бы перехватить контроль.

Я не могла передвигаться по городу и зданиям, будучи привязанной к драконице, поэтому мне пришлось её отпустить. Впрочем, Артассиа не уходила далеко, ослабленная, она скрылась на холме за поместьем, где-то рядом с Этарром, который всё ещё не поднялся на крыло. Я провела с ней там всю ночь, просто сидя рядом с двумя огромными зверюгами, а под утро решилась отойти достаточно далеко, чтобы на секунду вернулась Целесте.

И первыми её словами были:

— Я фиксирую критический уровень твоего стресса. Перехват контроля над твоим телом не входит в мои задачи, поэтому исключи сценарии деструктивного поведения по отношению к своему телу, — успела произнести она до того, как я снова скользнула к драконице.

Но я, конечно, не верила Целесте полностью.

Единственным моим спасением оставалась драконица, и, к счастью, она способна была слышать мысленные призывы, даже когда моим телом овладевала Целесте. Я несколько раз протестировала «отключение» искусственного интеллекта, прежде чем решиться вернутся в поместье и пугать людей своим присутствием, однако Целесте больше не проявлялась — прекрасно понимала, насколько сильно она меня нервирует.

— Он не принимает, Персиваль, но ты по-прежнему можешь обсудить вопросы казны