Наследник - Яна Голд

– Не дергайся, – раздался знакомый голос откуда-то со стороны. – Так ты сделаешь только хуже.

Из темноты показалась Адель. На ее губах играла та самая хищная улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Невеста Адриана надела белый медицинский халат прямо поверх короткого красного платья, в котором она сидела с нами в ресторане. Пышное каре Адель собрала в низкий хвост и спрятала под чепчик.

– Что происходит? – с трудом спросила я.

Мой голос звучал так сипло, будто я молчала целую вечность.

– Происходит то, что должно было произойти с самого начала, – Адель обошла стол, проводя пальцами по металлическому краю. – Я больше не могу ждать.

– Ждать чего?

– Ребенка, разумеется, – снисходительно пояснила Адель.

Она остановилась рядом со мной и положила ладонь на мой живот.

– Мы обе знаем, что он мой. Точнее наш с Адрианом.

– Ты сумасшедшая, – прошептала я и снова попыталась высвободиться.

– А ты – всего лишь инкубатор, – равнодушно возразила Адель и нависла надо мной, деловито осматривая.

– Что ты делаешь?! – напряглась я.

Но она уже не слушала меня. Адель положила обе руки мне на живот и начала с силой давить. Острая боль пронзила все тело. Я онемела от шока и боли, но невеста Адриана не останавливалась, пытаясь выдавить ребенка из моего тела.

– Прекрати! – закричала я. – Адель, ты убьешь его!

– Хм. Ты права. Тогда мне придется достать его по-другому, – холодно сказала она и отошла от меня.

Я повернула голову в сторону, пытаясь не выпускать Адель из вида, и заметила, что все это время в кабинете мы были не одни. Адриан сидел в кресле у стены, расслабленно закинув ногу на ногу. В его руках была чашка кофе, из которой полупрозрачным облаком поднимался пар. На красивом лице абсолютная невозмутимость. Рошфор смотрел на происходящее с таким спокойным видом, будто наблюдал за скучной постановкой в театре.

– Адриан! – закричала я. – Останови ее!

Но он даже не шелохнулся.

Ко мне снова приблизилась Адель. На этот раз она держала в руках огромный нож. Лезвие угрожающе блеснуло в свете лампы, провоцируя приступ душераздирающего ужаса.

– Сейчас я его достану, – хищно улыбнулась Адель и замахнулась.

– Н-Е-Е-Е-Т! – заорала я, изо всех сил надрывая глотку.

***

– Теона! Тео, проснись!

Теплые большие ладони мягко тормошили мои плечи. Не понимая, где я сейчас нахожусь, я в панике дернулась в темноте и уткнулась в крепкое мужское плечо. Сердце колотилось так, будто всерьез стремилось проломить ребра. Все тело била крупная дрожь, а по щекам текли слезы.

– Тише, тише, любовь моя. Это я – Марк. Ты в безопасности.

Свет прикроватной лампы разогнал темноту, и я увидела его встревоженное лицо.

– Марк? – всхлипнула я.

Он притянул меня к себе, пытаясь с помощью крепких объятий прогнать тот ужас, который я испытала во сне.

– Я здесь, – шептал он, нежно поглаживая меня по волосам. – Все хорошо. Это просто дурной сон.

Я понимала, что Марк прав, но жуткий кошмар никак не отпускал. Рыдания сотрясали все тело, а перед глазами стоял равнодушный взгляд Адриана и перекошенное лицо Адель с ножом. Все было слишком реально.

– Они пытались отобрать моего ребенка, – сбивчиво начала я. – Они хотели вытащить его прямо из меня. Адриан и Адель…

Голос сорвался. Я уткнулась лицом в грудь Марка, содрогаясь от беззвучных рыданий.

Пока я сбивчиво пересказывала кошмарный сон, Марк гладил меня по спине, по волосам. Продолжал укачивать, как ребенка, пытаясь успокоить. Напоминал, что он рядом и я в безопасности. И я верила ему.

Постепенно дрожь начала стихать. Слезы еще катились по щекам, но дыхание стало ровнее.

– Иди сюда, – позвал он.

Марк пересел так, чтобы опереться спиной в мягкое изголовье кровати, и усадил меня к себе на бедра, бережно обнимая. Я обвила руками его шею и прижалась всем телом, пытаясь раствориться в его тепле и защите.

– Это был просто очень плохой сон, – тихо напомнил Марк. – В реальности такого никогда не произойдет. Обещаю. Я не допущу.

Я не отвечала. Просто доверчиво слушала, уткнувшись ему в шею.

Не знаю, сколько мы так просидели. Пять минут? Двадцать пять? Какая разница, когда рядом мужчина, который одним своим присутствием прогоняет ужас.

– У тебя точно ничего не болит? – Марк осторожно отстранил меня, заглядывая в глаза. – Может, кошмар приснился потому, что во сне болел живот? Давай позвоним доктору Лемар?

– Нет, – покачала головой я. – Правда, ничего не болит. Просто мне очень страшно.

Я снова прижалась к нему, уткнувшись лицом в изгиб его шеи.

– А вдруг они действительно заберут у меня ребенка? – прошептала я, озвучивая свой самый главный страх.

– Только через мой труп, – тихо сказал он.

Никаких криков и сотрясания кулака в воздухе. Но в его голосе была слышна такая холодная сталь, что я ни на секунду не усомнилась в его словах. Он точно будет оберегать свое.

Я снова беззвучно расплакалась, но на этот раз слезы не разъедали мне душу. На смену надрывным рыданиям из-за леденящего страха, пришли тихие эмоции, в которых смешалось облегчение, благодарность и безграничная любовь к этому мужчине.

Марк бережно вытирал мои слезы. Целовал мокрые щеки, виски, уголки губ, царапая мою кожу легкой щетиной.

– Ты правда готов воспитывать ребенка Адриана как своего? – тихо спросила я.

Марк замер на мгновение, а потом мягко отстранил меня, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Теона, – сказал он серьезно, – в первую очередь это твой ребенок. Понимаешь? Твой. А ты – моя. Значит, и ребенок тоже мой.

Марк сделал паузу, но, когда продолжил говорить, его голос стал тверже и опаснее.

– Если кто-то будет с этим не согласен…

Он так и не договорил, но по его тону было ясно, что продолжение этой фразы не сулит ничего хорошего тому, кто посмеет оспорить его слова.

На следующее утро я взяла себя в руки. От ночных кошмаров не осталось и