До тебя одна песня - Лорена Шефер

Мое сердце оборвалось.

– Нет, этого не может быть, – заверила я. – Я просто записала все, что она надиктовала.

– Дело принимает еще более серьезный оборот, – предупредил меня Оскар, с сожалением глядя мне в глаза. – Брикредсы вышли на баррикады! Они порвут и «Селебритан», и тебя во всех соцсетях. – И он снова повернулся к экрану.

– Брикредсы? – непонимающе переспросила я.

Клеа потащила меня к нашим рабочим местам, и я в полном недоумении опустилась на стул.

– Клянусь, я не знаю, что сделала не так, – пыталась убедить ее я. Мое сердце стучало где-то под коленками, пульс бешено колотился. Фиона наверняка негодует! – Что такое брикредсы? – спросила я, в то время как Клеа открывала окно браузера на моем ноутбуке.

– Так называют себя поклонники Мило Брикса, – пояснила она, нажимая на статью. Заголовок был в точности тот, который продиктовала Фиона, под ним красовалась большая фотография с изображением Мило Брикса на сцене. Светлые волосы небрежно падали на лицо, он сияющей улыбкой приветствовал публику. Статья слово в слово повторяет надиктованный Фионой текст. Что же пошло не так?

– Дело плохо, – пробормотала Клеа, листая комментарии. – И, судя по всему, это только начало.

«Как можно писать такую фигню? Селебритан врет и не краснеет, а все ради рейтинга! Как не стыдно!»

«Ни разу больше не куплю ни одного номера! Вы худшие!»

«Да вы только посмотрите на эту лохудру, которая написала статью!»

«Да у нее самой в жизни не клеится, вот и распространяет такое вранье!»

Я посмотрела на свою фотографию под статьей и сглотнула. Теперь каждый знает, как я выгляжу и как меня зовут. Ужасное чувство, когда тебя ругают абсолютно незнакомые люди. Мне стало совсем дурно. И я по-прежнему не понимала, что произошло.

– Квинн? – раздался за моей спиной голос Оскара.

Я обернулась.

– Тебя зовет Фиона. – Его взгляд был полон сострадания.

Каждая моя клетка сопротивлялась. Не в силах пошевелиться, я по-прежнему сидела на месте.

– Давай! – потянула меня за руку Клеа. – Надо идти. Скажи ей, что ты не нарочно. – Ее голос старался звучать ободряюще, но взгляд был достаточно красноречив.

Я медленно встала и пошла по офису. Коллеги смотрели в свои мониторы, но я точно знала, что они наблюдали за мной. Наверняка мне удастся установить рекорд: стажер уволен на второй день работы. Я пыталась выровнять дыхание и, постучав в дверь кабинета, расправила плечи.

Она жестом пригласила меня войти, и я уже приготовилась к выговору, который сейчас обрушится на меня. Вот уже второй раз я стою у нее в кабинете и боюсь, что меня уволят. А ведь я просто хотела как лучше.

Фиона, одетая в черный костюм, восседала в своем кресле и сверлила меня взглядом. Меня обдало жаром, но я выдержала. Наконец она совершенно спокойным голосом произнесла:

– Я могла бы спросить, как вам пришло в голову дискредитировать величайшую музыкальную звезду страны, с которой мы поддерживаем дружеские отношения. Я могла бы спросить, имеете ли вы хоть малейшее представление о том, чем мы здесь занимаемся. Или, может быть, вы живете на Луне, если пишете текст, в котором Мило Бриксу приписывается то, что он явно никогда не совершал.

– Мне очень жаль, я действительно не понимаю, как это могло произойти. Я записала в точности все, что вы продиктовали, – ответила я слегка дрожащим голосом.

– Я говорила не о Мило Бриксе, а о Дилане Стрэдфорде! Если бы вы хоть немного подумали головой, то заметили бы, что этот отрывок никак не подходит к остальному тексту! – Голос Фионы с каждым произнесенным словом становился все прохладнее.

– О! – вырвалось у меня. Дилан Стрэдфорд – актер, вечно попадавший во всякие скандальные истории. Об этом знала даже я, далекая от жизни звезд.

– Я четко произнесла слово «конец», – фыркнула Фиона. – Все, что было сказано потом, предназначалось для новостей! Как вы додумались объединить оба текста?

– На записи этого не было слышно! – попыталась оправдаться я, в тот же миг осознав, что дала ей еще один повод сомневаться во мне. Если бы в то утро я не укатила на ее электросамокате, она бы пришла вовремя. Я опустила голову и принялась сосредоточенно разглядывать свои кроссовки. Я купила их на остаток суммы, которую скопила на стажировку. Если меня уволят, смогу надевать их только на воскресную прогулку с родителями по унылым полям Спилсби.

– Так как вы подчиняетесь мне, – резко отчеканила Фиона, – с этого момента я беру дело в свои руки. Мило и его команда завтра приедут к нам сюда на переговоры, чтобы решить, что нам теперь делать.

Я выдохнула. Значит ли это, что меня не уволят?

– И вы пойдете на переговоры со мной, – продолжила Фиона. – Чтобы уяснить, насколько велик урон, который нанесен по вашей вине.

Кивнув, я почувствовала облегчение. Ничего приятного меня не ждет, но я не уволена.

– И предупреждаю вас, мисс Хэйвуд, – Фиона подалась вперед, – если вы не начнете принимать всерьез то, что здесь происходит, вы об этом сильно пожалеете!

– Я буду относиться ко всему очень серьезно, – пообещала я. – Пожалуйста, извините меня еще раз. И спасибо. Ну, в общем, за то, что…

Но Фиона уже снова повернулась к экрану и перестала обращать на меня внимание. Кажется, я спасена.

Выбежав из кабинета, я отерла вспотевшие ладони о джинсы. Меня оставляют! И хотя я стала причиной скандала вокруг одной из крупнейших звезд страны, я не уволена. Это все, о чем я сейчас могла думать. Наверняка дело с Мило Бриксом быстро уладят. А потом буду держаться в тени и тихо делать свою работу. И никаких больше происшествий.