Я преподам вам урок! - Tommy Glub

«Шик! В следующий раз с тобой поеду! А то Сашка меня уже с утра бесит. Он подрался с ребятами, представляешь?!»

Я только отправляю смеющийся стикер.

Переодеваюсь в свежую футболку и джинсы. Валя мечется между зеркалом и чемоданом, меняя кофты.

— Эта нормальная? Или слишком яркая? А может, черную?

— Валь, мы на экскурсию идем, не на свидание.

— А вдруг там будут красивые миллионеры? — она подмигивает. И она не сильно то и далека от истины. Знала бы она, на какой машине один препод вез меня к другому… — Или ты только на преподов засматриваешься?

— Я ни на кого не засматриваюсь, — бурчу я, натягивая кроссовки.

— Ага, а Дарий просто так тебе про плед говорил. И Ян просто так Руслана отшивал.

— Ян просто вежливый. А Дарий... — я замолкаю, потому что не знаю, что Дарий.

Мы выходим ровно за пять минут до сбора. Коридор гостиницы — длинный, с красным ковролином. Из соседних номеров доносятся голоса, смех, хлопанье дверей.

И тут я врезаюсь в кого-то на повороте. Сильно, лбом в грудь. Руки автоматически хватают меня за плечи, удерживая от падения. Я поднимаю глаза — и мир проваливается куда-то вниз.

Олег.

Тот самый Олег. Мой бывший. Который три года назад сказал, что не может мне помочь и вообще, чтобы я решала свои проблемы сама. Когда у меня умер папа и начались проблемы со здоровьем у мамы. Который удалил меня из всех соцсетей и сделал вид, что мы никогда не были знакомы, а моей семьи и вовсе не существовало…

Он все еще держит меня за плечи. Смотрит — и я вижу, как узнавание расползается по его лицу, как масляное пятно.

— Маша? — голос такой же, низкий, с хрипотцой.

Я пытаюсь отстраниться, но он держит крепко. Не больно, но властно — как держал раньше, когда не хотел отпускать после поцелуя…

— Пусти, — мой голос звучит тихо, сдавленно.

— Господи, Мэри, — он рассматривает меня, как экспонат. — Ты так изменилась. Похудела?

За его спиной виднеются его друзья — Витя и Стас. Те самые, которые всегда были с ним, на всех праздниках. Я цокаю языком.

— О, Разумовская! — Витя расплывается в улыбке. — Вот это встреча! Ты чего здесь?

Папина фамилия режет слух. Я вздрагиваю.

Я наконец вырываюсь, пячусь назад. Валя тут же оказывается рядом, берет меня под локоть.

— Мы на архитектурной практике, — говорит она вместо меня. — А вы кто такие?

— Мы со строительного, из столицы… — Олег не сводит с меня глаз. — Тоже практика. Маш, ты как? Я слышал, вы пропали со всех радаров…

Я кусаю губу, чтобы не сказать что-нибудь резкое. В горле комок, в глазах начинает щипать. Три года прошло, а тело помнит — помнит его руки, его запах, его «это слишком сложно, я не не смогу тебе помочь».

— Нормально, — выдавливаю я. — Нам пора.

Вале придется объяснять…

— Подожди, — он делает шаг ко мне. — Может, поговорим? Вечером? Я много думал…

— Не надо, — я качаю головой. — Правда, не надо.

— Маш, я был неправ тогда. Я был идиотом.

Стас хмыкает:

— Олежка у нас теперь философ. После третьего шота особенно.

Витя добавляет:

— Он про тебя иногда вспоминал. Говорил, что зря тогда…

— Заткнись, — Олег бросает на друга злой взгляд, потом снова поворачивается ко мне. — Маша, дай мне пять минут. Просто выслушай.

Я пячусь дальше, Валя крепче сжимает мою руку. И тут — как в кино — из-за угла появляются они. Дарий и Ян. Идут спокойно, разговаривают, но Дарий первым замечает нас. Его взгляд скользит по Олегу, по его друзьям, по мне — и что-то меняется в его лице. Микро-движение бровей, чуть прищуренные глаза.

Бля, неужели они знают друг друга? Это будет фиаско…

Весь мой план пойдет коту под хвост!

— Мария, — голос Дария режет воздух. — Валентина. Вы уже спускаетесь? Сбор через три минуты.

Олег оборачивается на голос, и я вижу, как он оценивает Дария — дорогое пальто, уверенная поза, преподавательский тон. Ян останавливается чуть позади, руки в карманах, но взгляд внимательный, считывающий.

— Ого, какая встреча! — Олег усмехается. — Давно не виделись…

Черт, черт, черт!!!

Дарий

— Маша, дай мне пять минут. Просто выслушай…

Мы выходим из-за поворота как раз, когда парень говорит это. Сперва я даже не узнаю его — высокая фигура в дорогой курточке, плечи расправлены с той особой уверенностью, которая бывает только у тех, кто никогда не знал отказа.

А после вспоминаю Олега Никитина, Витю Самойлова и Стаса Рудишина. Я едва сдерживаюсь, чтобы не выматериться, челюсть сводит от напряжения, и физически чувствую как полыхнуло от Яна яростью — воздух вокруг него словно сгущается, становится тяжелее.

В глазах Маши — чистая паника, как у пойманной птицы. Она прижимается спиной к стене, пальцы судорожно сжимают ключ-карту. Ее лицо бледнеет, веснушки выступают резче. Чего бы ей бояться?

— Мария, Валентина. Вы уже спускаетесь? Сбор через три минуты.

Едва выдавливаю из себя адекватные слова. Голос звучит ровно, но внутри все кипит. Сейчас из-за этих чертей полетят в Тартарары наши планы.

— Ого, какая встреча! — Олег усмехается, и в полумраке коридора блестят его идеально белые зубы. — Давно не виделись.

Маша выдыхает дрожащее "извините" — губы едва шевелятся, голос срывается — и буквально убегает. Щелчок замка в ее номере звучит как выстрел в тишине.

Валя, бледная, но собранная, встречается со мной взглядом. Ее карие глаза сужаются, оценивая ситуацию с холодной точностью:

— Я проверю Машу. Пара минут, и спустимся.

Киваю. Правильно, ей тоже ни к чему знать, что мы знакомы со столицей.

— Какая встреча! — Олег улыбается своей фирменной мажорской, расслабленной улыбкой. Он прислоняется к стене с видом человека, у которого впереди вся вечность. Темные волосы уложены с той небрежностью, которая стоит больше моей месячной зарплаты в универе. Честно говоря, на зарплату преподов мы с Яном тоже не выживем. — Сто лет не виделись…

— Ты повторяешься, — хмыкнул я.

— Потому что я очень рад вас видеть живыми… Значит, что Лисицин проиграл…

Блядский Никитин, заткнись! Кулаки сжимаются сами собой, ногти впиваются в ладони.

Отвечаю коротким кивком — минимум вежливости, ни капли больше. Его друзья — Витя и Стас — топчутся позади, перешептываются. Витя нервно теребит запонку на манжете — золотая, с инкрустацией. Стас постукивает носком лакированного ботинка по ковру. От них пахнет дорогим парфюмом вперемешку с гостиничной свежестью — приторно-сладкая смесь, от которой