Развод. Невеста моего мужа - Ксения Хиж

Самолёт приземлился в сером, затянутом низкой облачностью небе родного города. Контраст был настолько жестоким, что физически кольнуло в висках.

Всего сутки назад я пила кофе, глядя на бирюзовую гладь, а сейчас из иллюминатора на меня смотрели унылые ангары и мокрая от дождя взлётная полоса. Рай закончился. Осталась реальность с её последствиями.

Я включила телефон, уже стоя у ленты с багажом. Он взорвался сообщениями и пропущенными звонками. Десятки уведомлений от Андрея, несколько от мамы, одно от свекрови, три от подруги и одно от сына: Встречаю у выхода.

Сердце ёкнуло. Он здесь. Не дома у бабушки, а здесь, в аэропорту. Это значило, что Артём что-то затеял. Мой чемодан показался одним из первых. Я схватила его и почти побежала к зоне прилёта.

Он стоял там, мой мальчик. Высокий, худой, в огромном чёрном худи, из-под капюшона выбивалась чёрная же прядь волос. Он выглядел старше своих лет. И очень усталым. Увидев меня, он не бросился навстречу, а только слегка приподнял подбородок, его привычный жест.

— Мам, — сказал он, когда я подошла вплотную.

— Мишенька, — обняла я его, зарывшись носом в ткань худи. Он позволил себя обнять, но сам не обнял в ответ. Тело было напряжено, как струна. — Что ты здесь делаешь? Как доехал, с кем?

— Отец привёз. Ждёт на парковке. — Он отстранился, взгляд скользнул куда-то мимо меня. — Он… ну, он хочет поговорить. И… у него для тебя сюрприз.

В груди похолодело.

— Я соскучилась! Пойдем. Но знаешь, мне вот четно, не нужны его сюрпризы.

— Мам, просто… посмотри. А потом решай. Он… он реально изменился. Без шуток.

В его голосе прозвучала такая взрослая, уставшая надежда, что у меня сжалось горло. Ради этого взгляда, ради этой надежды в его глазах я и возвращалась. Не ради себя.

— Ладно, — вздохнула я. — Покажи мне этого… изменившегося человека.

Артем ждал, прислонившись к новой, сияющей лаком машине. Увидев меня, он выпрямился. На нём был новый костюм, аккуратная стрижка, в руках огромный букет белых лилий, моих любимых когда-то цветов.

Он улыбался обаятельной улыбкой, от которой я когда-то таяла. Но теперь я видела за ней лицемерие и игру.

— Ира! — он сделал шаг навстречу, но я машинально отступила. Улыбка на его лице дрогнула. — Добро пожаловать домой. Как полёт? — Он протянул цветы.

Я не взяла.

— Спасибо. Полет был отличным. Пока не кончился.

— Понимаю, — он кивнул с показным смирением. — Послушай… а мы на твоей новой машине. — Он похлопал ладонью по крыше внедорожника. — Полный привод, кожаный салон, подогрев всех сидений. Ты же всегда хотела безопасную и надёжную машину для поездок с Мишей.

Я посмотрела на эту махину, потом на него, потом на Мишу, который наблюдал за нашей сценой с затаённым дыханием.

— Я уже поняла, Тём, ты повторяешься. Где только деньги взял?

— А были, — легко усмехнулся он. — Для тебя ничего не жалко!

— Откуп? Плата за моё молчание? За то, чтобы я забыла про твою… лисичку? И чтобы сын не знал? — прошипела я, пока Миша обходил машину и усаживался на сиденье.

Артем же поморщился, как от удара.

— Нет! Боже, нет! Не начинай опять! Это… знак. Знак того, что я всё осознал. Что я готов вкладываться в нашу семью. В тебя. Я взял кредит, Ира. Большой. Но ради тебя — ничего не жалко.

Взял кредит…

Эти слова вернули меня на землю быстрее любого аргумента.

Он всегда был авантюристом. Покупал дорогие подарки в долг, чтобы произвести впечатление, а потом мы годами расплачивались. И теперь новая машина в кредит. Как символ новой жизни. Ирония была горькой.

— А ее дом тоже в кредит? Ты весь в долгах что ли? Свободин, ты идиот?

— Мам… — позвал сын.

Я закрыла глаза на секунду. Видела его лицо. Он хотел, чтобы мы помирились. Чтобы всё стало как было. Он был ещё слишком мал, чтобы понимать, что «как было» — это и есть проблема.

— Хорошо, — выдохнула, открывая глаза. — Спасибо. Но жить мы будем отдельно.

— Конечно! Абсолютно согласен! Я снял квартиру. Неподалёку. Я буду заслуживать твоё доверие. Каждый день. Ты увидишь.

Он погрузил мой чемодан в багажник, открыл передо мной пассажирскую дверь с таким пафосом, будто это был лимузин.