Когда дьявол любит - Наталья Соболевская

— Полина, я уже в лифте спускаюсь. Угадай зачем? Приеду, выволоку тебя из магазина, сам доставлю домой и прикую тебя к чёртовой матери наручниками к батарее!

— Ладно, ладно, уже выхожу из магазина, обойдусь без мороженого, — развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась к машине, чтобы те, кто наябедничали Дёмину, увидели и передали, что я послушалась, и он не приезжал. — Только успокойся, у тебя такой голос, будто ты сейчас кого-нибудь загрызёшь.

С утра пятницы я заперта в квартире, сейчас уже поздний вечер воскресенья, а ничегошеньки не происходило и не происходит.

За всё это время Марк позвонил мне лишь один раз, спросил о самочувствии. Ещё он прислал с курьером корзину с шоколадом и фруктами. Корзину, естественно, сразу Дёмин с Фроловым конфисковали и отправили на экспертизу. Но в лаборатории, кроме нитратов в фруктах и разрешённых добавок в шоколаде, ничего криминального не нашли.

Скука смертная. Развлекать себя сериалами и соцсетями нет никаких сил, столько всего пересмотрела и перечитала, что уже реально тошнит.

Набрала номер Дёмина, узнаю последние новости и хоть с кем-то поговорю. Оказывается, разговоров тоже может не хватать. Вчера я впервые в жизни завела диалог с умной колонкой. Задавала ей каверзные вопросы, например, что она думает о мужиках… Но мне не зашло. Показалось странным и будто я немного чокнутая. А ещё побоялась, что это прямой путь к разговорам с пылесосом или посудомойкой.

— Да?! — Влад ответил после первого же гудка, и его встревоженное «Да?» прозвучало как «Что случилось?»

— Тебе не кажется, что мы ошиблись насчёт Марка? Воскресенье, десять вечера. Если бы он что-то планировал, то был бы уже здесь.

— Впереди ещё вся ночь и утро понедельника, — спокойнее произнёс Дёмин, поняв, что у меня всё в порядке.

— Я бы сказала, осталась только ночь, а понедельник вообще в расчёт не беру. Марк не стал бы всё оставлять на последний момент. Он не знает, к какому нотариусу я записалась, каким маршрутом поеду, во сколько и на чём, может, на своей машине, а может, на такси. Где Марк сейчас? Чем занят?

— Он с девушкой в ресторане, — сообщил Влад.

— Ну хотя бы на одном грехе мы его точно поймали. Марк врал мне, когда признавался в любви, — усмехнулась я.

— Полина, не расслабляйся, — строго сказал Дёмин. — Девушка, возможно, нужна ему лишь для алиби. Он её подпоит, привезёт к себе домой, а когда она отрубится, поедет к тебе. Из расчёта, что утром ляжет с ней в постель, а после она подтвердит, что они всю ночь провели вместе. Мы, конечно, дальше порога твоей квартиры его не пропустим, но ты всё равно будь наготове.

— Ладно, — протянула я, сбросила вызов и побрела на кухню. Открыв морозилку, искренне удивилась, как это я умудрилась слопать столько мороженого?

После инцидента в магазине Дёмин прислал мне полный пакет мороженого, целый отсек морозилки был им забит. А сейчас осталось всего две штуки.

Ой-ёй, надо бы попробовать надеть свои специальные «измерительные» джинсы. Есть вероятность, что они налезут лишь до колен.

Решив, что если набрала вес, борьбу с ним начну со вторника, я переложила оставшееся ванильное и фисташковое мороженое в тарелку, взяла большую ложку, плюхнулась на диван перед телевизором и включила первую серию нового сериала. Судя по рейтингу, он просто обязан понравиться.

Мне уже второй раз показалось, что я слышу невнятный звук с балкона. Может, это не у меня, а у соседей? Наши балконы расположены рядом, возможно, кто-то просто открыл или закрыл окно.

Если когда-нибудь созрею на покупку собственного жилья, обязательным условием будет застеклённый балкон, так теплее, безопаснее и тише.

Только расслабилась и поднесла ко рту очередную ложку, как на балконе опять громыхнуло. Взяла пульт, убавила громкость на телевизоре и секунд десять прислушивалась. Тишина.

Либо я путаю звук из телевизора со звуками на балконе, либо мозг, запрограммированный на ожидание нападения, банально меня обманывает.

Вернула громкость на прежний уровень и продолжила смотреть. Сериал, кстати, оказался ничего — интересный. По сюжету мужчину средних лет вдруг осенило, что он хочет работать в полиции.

И вот опять — какое-то шуршание. На этот раз я не стала убавлять звук, а просто выключила телевизор и отчётливо услышала, как на моём балконе кто-то скребётся в дверь.

Соседский кот! Как потеплело, несколько раз видела, как он гуляет по парапету. Видимо, перепрыгнул с соседского балкона на мой.

Вскочила с дивана, чтобы выручить животинку, а то он ещё попытается вернуться домой и свалиться.

По дороге улыбалась, представляя, как угощу хвостатого курочкой и молоком, а если он не сильно царапучий, прежде чем вернуть его хозяевам, мы с ним поиграемся полчаса, или даже час. Соседи, конечно, могут потерять кота и забеспокоиться, но ничего, это пойдёт им только на пользу. Впредь будут лучше следить за пушистым и не пускать на балкон, с которого он может сорваться.

Подойдя к балкону, я одёрнула штору — и в ужасе замерла. По ту сторону двери стоял высокий, плечистый мужчина. Он был весь в чёрном, на голову натянута то ли шапка, то ли маска, в прорезях виднелись лишь глаза. Незнакомец ковырял дверную ручку.

За долю секунды сердце сначала рухнуло вниз, потом подпрыгнуло к горлу, а, вернувшись на место, забилось как сумасшедшее. Поборов оцепенение, я взвизгнула и со всех ног рванула к входной двери — она под камерой. Мне нужно только добежать до неё, открыть, дать понять, что я в беде и помощь придёт.

В панике, с гулом в ушах, я не слышала, как открылась балконная дверь или шаги позади. Но в коридоре, когда до спасения оставалось лишь протянуть руку, на мою шею накинули верёвку, и кто-то невероятно сильный начал душить. Я пыталась кричать, царапаться, пинать, но напавший с лёгкостью пресекал все мои потуги сопротивляться и приговаривал:

— Не шуми. Больно не будет и быстро закончится.

Сладковатая, терпкая жидкость обволокла язык и хлынула в горло. Я рефлекторно глотала, и после каждого глотка по груди и животу разливалось тепло.

Почему я ещё что-то чувствую? Разве я не умерла? Последнее, что запомнила, как на шее туго затянулась верёвка, тело, обмякшее как тряпка, тьма в глазах. И ровно за мгновение до того, как потерять сознание, я мысленно попрощалась с жизнью.

— Пей, — резко приказал грубый мужской голос. Пальцы в шершавых перчатках сдавили мне челюсть, заставляя шире открыть рот.

Спутанность сознания медленно отступала, позволяя осмыслить