История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

Ознакомительная версия. Доступно 27 из 135 стр. признается. Впрочем, этот материал представлен исключительно в прологах к отдельным главам. Что касается основного содержания, то оно базируется на подлинных документах, серьезных академических публикациях и – там, где это возможно, – на свидетельствах очевидцев, которые, по счастью, еще здравствуют. Наконец, автор и сам больше четверти века имел непосредственное отношение к предмету своего повествования – и как профильный журналист специальных изданий, и как признанный эксперт винного рынка. Поэтому знает матчасть, что называется, не понаслышке.

В истории российской виноторговли как в капле воды отразилась история всей страны с ее взлетами и падениями, победами и поражениями, движением вперед и неожиданными разворотами. А еще эта история очень человеческая, в которой нашлось место всем – харизматичным творцам и незаметным труженикам, настоящим патриотам, радеющим о благе Отечества, героям и подвижникам, жуликам и временщикам. В книге вообще много людей, и это еще одно ее несомненное достоинство. Слишком часто за разговорами о рынке, об отрасли теряется человек. Потемкин, Воронцов, Княжевич, Платов, Депре, Пенчул, Елисеевы, Голицын, Воронцов-Дашков, Егоров, Микоян, Жижин, Тройчук, Кретов, Попович, Титов… Без этих и многих-многих других людей ничего бы не было.

Вино – продукт слишком человеческий, может быть, самый человеческий в истории цивилизации. Подобно человеку оно рождается, взрослеет, стареет и умирает в только ему отведенный срок. Одно до старости сохраняет свой юношеский задор, другое дряхлеет, толком не выбравшись из младенчества. Одно – стильное, яркое, темпераментное, другое – тихое и незаметное. Одно запоминается с первого глотка раз и навсегда, другое через мгновение уже не вспомнить.

Собственно виноделию в книге тоже уделено немало внимания, и в этом, безусловно, присутствует своя логика. Потому что виноделие неразрывно связано с виноторговлей тысячами невидимых нитей. Все разговоры о характере терруара, сортах винограда, оригинальных технологиях, региональной стилистике и тому подобных вещах обретают реальный смысл ровно в тот момент, когда вино становится товаром, когда у одних людей возникает необходимость его продать, а у других появляется потребность его купить.

Но и это еще не все. При ближайшем рассмотрении оказывается, что едва ли не за каждым виноградником или винодельней, а порой и за самой обычной бутылкой вина скрывается нечто, что не имеет прямого отношения к самому процессу создания вина, – высокие государственные интересы, амбиции сильных мира сего, сложные бизнес-процессы, большие деньги, тонкая дипломатия, противостояние великих держав, наконец, чувство национальной гордости. И не важно, идет ли речь о царском винограднике Михаила Романова в Астрахани или о русском шампанском при дворе Николая II, о цимлянских винах в обозе победоносной русской армии в Париже или об уникальной винной коллекции в подвалах Массандры, о бутиковых винодельнях русских аристократов в Крыму или о могучих советских винзаводах на Кубани. Все это страницы нашей великой истории. Истории, которую следует знать и которая точно заслуживает того, чтобы ей гордиться.

Повествование в книге доведено почти до наших дней. Однако новейшая история виноделия и виноторговли обозначена лишь в общих чертах. Тому есть объективное основание. На современном этапе отрасль развивается очень динамично. Должно пройти какое-то время, чтобы важные детали прояснились, а общая логика и результаты этого процесса стали до конца понятны. Их анализ и серьезное изучение – дело будущего. Но и они обретут своего исследователя.

Александр Сидоров,

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН и журналист (Известия)

Упоминания вина и торговли им в летописных источниках – редкий трофей для исследователя истории. Важный для нас источник информации о событиях первых столетий в становлении Русского государства, его экономики и внешних связей – «Повесть временных лет», созданная в первой четверти XII века и повествующая о более ранних исторических событиях.

Первое упоминание о появлении вина на Руси датировано в этой летописи 906–907 годом – периодом правления вещего Олега. Из этого же источника мы можем сделать выводы о том, какое именно вино первым появилось на Руси. Безусловно, это были греческие вина, поставлявшиеся из Византийской империи, частью которой был и легендарный Херсонес Таврический. Подтверждение этому мы находим и у византийских авторов.

Путь из варяг в греки, который создал важнейшую экономическую основу для развития Руси, стал и первым путем виноторговли, по которому в греки с севера отправлялись кожи, воск и мед, а обратно, в варяги, вино и масло.

Особенное значение вино приобретало по мере принятия Русью православия. Причем начался этот процесс задолго до 988 года, когда в Херсонесе (Корсуни) был крещен князь Владимир Святославич.

Уже в XV веке, после падения Константинополя под натиском Османской империи и захвата итальянских колоний в Северном Причерноморье, Московскому царству понадобились новые торговые пути и новые источники вина. И в этот момент пригодились давние, еще варяжские, пути через Балтику в Новгород, на время ставший главным поставщиком «вина и других драгоценных предметов».

Константинополь, 9 сентября 957 года н. э. (среда)

КНЯГИНЯ

Церемония тянулась и тянулась, пышная, сложная, приторная, и, казалось, не закончится она никогда. Точнее, это была цепь действ, переходящих из одного в другое так же, как бесконечными анфиладами тянулись залы огромного и древнего дворца базилевсов. Ольге, умной и властной, привыкшей к действию, в какой-то момент начало казаться, что церемония – это изощренная насмешка над игемоном и архонтиссой русов, как ее здесь титуловали, способ показать весь блеск и могущество великой империи ромеев, превосходившей любое другое государство.

Империя, впрочем, была теперь не так велика, как в седой древности. В июне 860 года Константинополь впервые познакомился с силой дружины россов, когда неизвестное войско подступило к стенам огромного города, пока император Михаил III вместе с армией пытался остановить неуклонное продвижение арабов на византийские земли. Тогда только чудо и разразившаяся буря спасли столицу Византии от штурма. С тех пор хитроумные ромеи и сами стремились привлечь северных соседей в качестве торговых партнеров, а часто и военных союзников. Недаром император Константин VII Багрянородный согласился принять посольство Ольги и теперь выказывал ей уважение в такой сложной и утомительной форме.

Вместе с княгиней во дворец прибыла ее свита: приближенные девушки из княжеских родов и доверенные служанки шли за Ольгой, за ними следовали купцы, которым надлежало вести торговые дела с ромеями. У входа во дворец их остановил сановник, вежливо и церемонно расспрашивавший о здоровье самой архонтиссы Эльги, ее родных, благоденствии народа

Ознакомительная версия. Доступно 27 из 135 стр.