Главный инженер 5 - Вадим Фарг

— Если ты слушаешь его третий день и гараж ещё не затопило, значит, беда терпеливая, — ответил я и посмотрел на часы. — У меня пятнадцать минут. Показывай.

— Вот всегда ты так, сначала унижаешь чужую проблему, потом чинишь её за пять минут и ходишь с таким лицом, будто спас город.

Сопротивляться я не стал. Сява редко просил о помощи прямо. Обычно он сначала полчаса рассказывал гаражные новости, потом предлагал соленья и лишь после этого признавался, что у него течёт кран или искрит розетка.

В гараже было тепло и тесно. На столе стоял чайник, а рядом лежал надрезанный батон. Над старой раковиной торчал кран, который я уже чинил раньше. Теперь же он не только капал, но ещё и посвистывал, когда Сява открывал воду.

— Слышишь? — спросил он и поднял палец. — Ведёт себя как бывшая жена. Денег требует, а толком ничего не объясняет.

— Может, она и стала бывшей, потому что ты сравнивал её с сантехникой.

— При ней я молчал, — серьёзно ответил Сява. — Я жить хотел.

Я открыл воду, послушал свист и перекрыл вентиль. Ничего сложного не оказалось. Прокладка износилась, а подводку забило ржавчиной. Такие поломки были опасны не сами по себе. Хозяин долго терпел, привыкал к шуму, а после разрыва шланга рассказывал всем, что авария случилась внезапно.

— Я ведь уже чинил. Как-то у тебя здесь всё слишком быстро приходит в негодность, — сказал я, доставая инструмент.

— Я тебя ждал, потому что чужим не доверяю, — ответил Сява и виновато улыбнулся.

— Или потому что надеялся не платить?

— По дружбе хотел договориться.

— По дружбе как раз платят вовремя. Иначе дружба быстро превращается в благотворительность.

Сява полез в шкаф и поставил на стол банку маринованных помидоров.

— Деньги тоже есть, но помидоры надёжнее. Деньги ты потратишь, а это продукт серьёзный.

— Что ж, на такой бартер я согласен.

Я снял подводку и прочистил соединение, после чего поставил новую прокладку. Сява стоял рядом и рассказывал новости. У мужика из третьего ряда жена нашла спрятанный мотоцикл и потребовала продать либо его, либо старую «Ниву». По мнению Сявы, мужику повезло, потому что ему хотя бы оставили выбор. Сторож поссорился с владельцем шестого гаража из-за телевизора. Тот обещал принести антенну, но принёс самогон, после которого изображение улучшилось только в глазах сторожа.

— А ещё у Кольки автоматические ворота теперь от соседской люстры открываются, — сообщил Сява и уселся на табурет. — Он провода перепутал. Сосед свет включает, а у Кольки гараж нараспашку. Удобно для воров, современная система доступа.

В этих новостях не было ничего опасного, и меня это устраивало. После разговоров о преступниках и продажных следователях история про ворота, которые слушались люстру, звучала почти успокаивающе.

— А у тебя как дела? — спросил Сява, наблюдая, как я затягиваю соединение. — Фирму открыл, офис снял. Народ уже говорит, что ты скоро весь район под себя возьмёшь.

— Я пока не собираюсь никого сдвигать и идти по головам. Сперва надо построить свою лестницу к успеху.

— А разница какая?

— По чужой лестнице подняться легко, но по ней же потом могут подняться и другие, наступая тебе на пятки. А вот со своей несколько сложнее, зато ты можешь быть уверен, что тебе не вонзят в спину нож.

Хотя это сомнительное утверждение, но лучше не вдаваться в подробности.

Сява помолчал. Для него это было редким состоянием. Он покрутил в пальцах зажигалку, посмотрел на кран и заговорил тише:

— Я у тебя кое-что спросить хотел. Только ты не издевайся сразу, дай хотя бы договорить.

— Хорошо, постараюсь удержаться.

— Вот это твоё «постараюсь» мне уже не нравится, — проворчал он.

Я открыл воду. Свист пропал и капли тоже. Сява потрогал кран, словно тот мог снова потечь, едва я отвернусь.

— Я к жене вернуться хочу, — признался он. — Надоело в гараже жить. Летом ещё терпимо, а зимой просыпаешься и не понимаешь, зачем вообще вставать. Да и люблю я её. Она ругается часто, но обычно по делу.

— Кто ушёл?

— Она меня выгнала, — сказал Сява и отвёл взгляд.

— За что?

— Там список приличный.

— Вот с него и начинай.

— Я уже извинялся. Сказал, что был неправ, но не во всём.

— После слов «не во всём» извинение можно было заканчивать. Дальше она уже не слушала.

Сява тяжело вздохнул и снова сел.

— И что теперь делать? Приползти на коленях?

— Сначала пойми, зачем ты хочешь вернуться. Если просто надоело спать в гараже, купи обогреватель. Если нужна жена, придётся менять не адрес ночёвки, а своё поведение.

— Прямо всего себя переделывать?

— Не преувеличивай. Всего тебя переделать никакого времени не хватит. Выбери две главные неисправности.

— Ты опять сравнил человека с краном.

— Кран хотя бы не спорит во время диагностики.

Я убрал инструмент и посмотрел на Сяву. Он улыбался, но глаза оставались серьёзными. За привычной болтовнёй сидел взрослый мужик, который понимал, что сам разрушил свой дом, но не знал, как это признать.

— С людьми всё по-разному, — сказал я. — Одной женщине важнее услышать нормальные слова, другой надо увидеть поступки. Но в любом случае она должна понимать, что на тебя можно положиться, когда станет трудно. Жена не должна жить рядом с очередной проблемой, которую ещё и кормить приходится.

— За мной сейчас можно разве что от дождя спрятаться, если я зонт найду, — усмехнулся Сява.

— Вот и начни с зонта. Потом наведи порядок с работой и долгами. Не приходи к ней с очередной пафосной речью, покажи, что умеешь отвечать за себя.

— Цветы купить?

— Купи. Но одни цветы не докажут, что ты исправился.

— Ты о женщинах говоришь с таким лицом, будто смету считаешь.

— Потому что ошибки в отношениях обходятся дороже.

Сява кивнул.

— Чай будешь? Я хотя бы оплачу работу по-человечески, а помидоры домой заберёшь.

— Сейчас мало времени, я Петю жду.

— Так он уже идёт, — сказал Сява и повернулся к воротам.

Шаги он различал не хуже моего акустического сонара. Через несколько секунд в дверях появился Петя. На