Староста. Часть 2 - Кирилл Сергеевич Довыдовский

При этом на то, чтобы справиться с новой информацией у Феликса Викторовича ушло не больше секунды. Его лицо приняло обычное выражение.

Он поднялся.

— Приятно было познакомиться с вами, Михаил Романович.

— Взаимно, — широко улыбнулся я.

Он сделал шаг от стола…

— Вы долго пробудете на планете? — спросил я ему вслед.

Раум посмотрел на меня.

— Ох, простите мои манеры!

Я честно старался не копировать его манеру. Все-таки звездный аристократ и все такое. Но не удержался!

— Я, конечно, не лезу в дела Службы Доставки и, уж тем более, рода Раум, — продолжил я с тем же выражением. — Но это и не праздное любопытство. Скорее беспокойство о возможном будущем партнере.

— И какого рода беспокойство? — спросил Феликс Викторович.

На это я пожал плечами.

— Да мало ли… На Лире ведь нет Звездных Врат. Да и вообще космическое сообщение затруденено. Вы, я так понимаю, прибыли на одном из судов Службы Доставки?

На это Раум не ответил. Просто продолжил смотреть на меня.

— Ну, скорей всего, так, — ответил я на свой же вопрос. — В общем, я думаю, что вам ничего не угрожает. Хотя все равно, на всякий случай, я бы переждал несколько дней. Я слышал, Наместник вообще не заботится о ремонте орбитальной инфраструктуры. Постоянно что-то ломается, несчастные случаи…

— Я не слышал ни о каких несчастных случаях.

— Тем более! Чем дольше их не было, тем больше вероятность, что они вот-вот произойдут. Статистика, сами понимаете.

Когда я договорил, аристократ еще довольно долго смотрел на меня. Потом бросил взгляд на своего помощника, стоявшего у двери. А после, кажется, еще и на Ефима.

И неожиданно вернулся за стол.

— Михаил Романович, вы точно отдаете себе отчет?

— Вполне.

— И все, что вы говорите, это официальная позиция рода Звездных?

Тут он снова посмотрел на Ефима.

Я, не удержавшись, тоже глянул. Ну и Слуга не подвел. Даже глазом не моргнул. Изобразил такую каменную невозмутимость, что ответ стал ясен без слов.

— Что ж… — протянул Раум после паузы. — Я хотел этого избежать.

Он снова глянул на своего помощника, и в этот раз тот сразу среагировал. Подошел к столу и поставил на него чемодан, который до этого держал в руке. Стихийник сам открыл крышку. Внутри обнаружился… АМС.

И, кажется, даже не просто «АМС», «АМС-3». Артефакт Мгновенной Связи максимальной дальности действия. Способный без задержки передавать сообщения внутри целой звездной системы.

Кейс, кстати, тоже был непрост. Потому что пока он был закрыт, Краска внутри него вообще не ощущалась, сейчас же от артефакта сразу стало фонить.

Раум смотрел на меня, явно ожидая вопросов, но я не стал его радовать.

— Думаю, это поможет на избежать тех самых случайностей, о которых вы говорили, Михаил Романович, — сказал аристократ тогда.

Еще несколько мгновений экран оставался темным, а после изображение навелось на резкость. Я увидел стену уже знакомого кабинета. И… человека за столом.

Тоже знакомого.

— Негоже родственникам находиться в настолько неопределенных отношениях, — прокомментировал Феликс Викторович нейтральным тоном. — На правах старшего товарища я взял на себя ответственность организовать этот разговор. А также выступить гарантов достигнутых договоренностей…

— … за что мы будем безмерно вам благодарны, ваша светлость, — проговорил сидевший по ту сторону экрана Никита Звездный. — Привет, кузен.

В общем, еще до того, как я увидел АМС, я уже ожидал чего-то подобного.

На Лире существовала всего пара человек, кто мог бы предложить Службе Доставки то, что до этого предлагал Бекелев.

А исключить меня и, при некоторых условностях, Наместника, то, по сути, только один человек.

Пусть права Никиты Звездного были ничем не подкреплены. Но при большом желании Раум (6) легко бы закрыли на это глаза. Выгода есть выгода.

— Кузен, — повторил я. — Очень интересно.

— Теперь вы понимаете меня, Михаил Романович? — проговорил Феликс Викторович. — Прежде чем о чем-то договариваться, я хотел бы убедиться, что внутри самого рода Звездных нет противоречий…

— Даже родственникам случается ссориться! — с улыбкой заявил Никита. — Но мы с этим справимся, правда, Миша? Я уже предлагал тебе все обсудить и договориться. Это в наших с тобой общих интересах!

— Насколько я помню, ты ставил мне ультиматум, — заметил я. — Либо главой рода становишься ты, либо ты сдаешь меня Наместнику. Не очень похоже на предложение договориться. Или я что-то путаю?

Раум после этих слов остался невозмутим. Никита же рассмеялся.

— Ты так и не уловил сути, братец, — бросил он насмешливо. — Я куда старше и опытнее тебя. И ты нуждаешься во мне куда больше, чем тебе кажется.

— Да неужели?

— Именно так.

— И в чем же я нуждаюсь?

Вот на это Никита уже не ответил. Он снова усмехнулся. И сказал:

— Наш род должен занять то место, которого он достоин по праву. Тебе нужна власть? Не вижу никаких проблем. Как только ты достигнешь совершеннолетия, ты сам сможешь стать главой рода, если будешь считать, что так будет правильно. Пока же я снова предлагаю тебе объединить род и наши усилия.

Да уж.

Говорил он красиво, этого было не отнять.

А еще… еще очень внимательно к каждому его слову прислушивался Старик.

Он реинкарнатор?

Да, — Старик даже мгновения не думал.

Ну да, я как будто тоже в этом не сомневался. Сложно это объяснить конкретными словами. Но что-то в образе мыслей Никиты, в особенностях его действий… Что-то явно указывало на это. Хотя, может, это просто способность Навигатора указывала на это. В любом случае, сомнений у меня не осталось.

А он про нас знает?

Нет, — ответит был таким же однозначным. — Он точно не знает, что это я. Иначе бы не стал лезть. И лучше пока себя не выдавать.

Легко сказать.

Реинкарнатор — опасный противник в любом случае. Особенно с учетом того, что у «Никиты Звездного» было куда больше времени в этом мире, чем у нас с Девятым.

— Заманчиво, — протянул я, думая. — А как же Наместник? Я слышал, вы с ним стали очень близки…

— Наместник находится под моим контролем, — ответил Никита.

— Ого! — протянул я. — То есть, это ты реальный правитель Лиры?

Этого «братец» утверждать не стал, но и отказываться не стал тоже:

— Все идет так, как мне нужно, — заявил он.

Это была хорошая фраза. И я был очень рад, что он ее произнес. Потому что тут же обратил