Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин
Но как только прозвучал стартовый свисток, ленинградский «Спартак» устроил на паркете такой атакующий ураган и такой командный прессинг, что киевляне в первый раз удачно атаковали кольцо соперника лишь в начале третьей минуты матча. Сальников в сверхплотной борьбе потерялся. Центровой Ткаченко схватил три персональных замечания, не успевая за быстрыми игроками соперника. А подопечные Кондрашина к этому моменту настреляли уже 14 очков. «14:2, — пробурчал про себя Левин, посмотрев на электронное табло. — Похоже, особой борьбы в этом матче уже не получится. Может быть, Юрьев и прав — проблемы в нашем баскетболе накопились немалые».
* * *
Не сказал бы, что киевский «Строитель» являлся простым соперником. Кроме известных всем любителям баскетбола Александра Сальникова и Владимира Ткаченко, за киевскую команду выступали: Александр Шальнев, который уже привлекался в сборную СССР, бывший форвард ЦСКА, 205-сантиметровый Пётр Лушненко, а так же неплохой разыгрывающий союзного уровня 188-сантиметровый Владимир Землянухин. Эта стартовая пятёрка могла при определённых условиях дать бой даже московским армейцам. И наш главный тренер Владимир Кондрашин не без основания опасался киевскую баскетбольную дружину.
Но на деле «Строитель» развалился уже в самом начале игры. И на перерыв мы ушли при комфортном счёте — 53:33 в нашу пользу. Зато после перерыва Владимир Петрович усладил Белова, Белостенного, Тараканова, Капустина и меня на лавку и началась совсем другая игра. «Строитель» тут же встрепенулся. Лучший снайпер киевлян Александр Сальников расправил плечи и выдал такую шикарную пятиминутку, что от 20 очков нашего преимущества осталось всего 10. И на табло загорелись совсем уже тревожные цифры — 62:52. Кондрашин моментально взял тайм-аут и вновь бросил в бой нашу стартовую пятёрку. И в принципе я понимал логику Петровича — если все мы летом покидаем «Спартак», то команда уже сейчас должна была выстраиваться заново и опираться на новых лидеров. Правда, такой план пока вообще не работал.
— Не могли на лавке ещё чуть-чуть посидеть? — хмыкнул Сальников, когда увидел на паркете меня, Белова и наших юных баскетбольных звёздочек.
— На пенсии насидимся, Александр, играя в карты и в домино, — хохотнул я.
В этот момент Тараканов сделал передачу на Капустина, и Гена лихо полетел на половину киевской команды. Далее пошёл пас в направлении Саши Белова. Белов потолкался в «краске» с Володей Ткаченко, стянул на себя здорового бугая Петра Лушненко, и отдал хитрый пас на Сашу Белостенного. И уже нашему юному центровому никто не помешал всадить смачный слэм-данк. Даже вялые эстонские болельщики, которых в зале осталось около полутысячи захлопали в ладоши. И при счёте — 64:52 мы всей командой посеменили на свою половину площадки.
И тут я предложил Гене Капустину включиться в небольшой прессинг. Мало ли соперник испугается и начнёт совершать глупые передачи. Генка от центральной линии резко бросился на киевлянина Землянухина и тот от неожиданности схватил мяч в руки и остановился. Я же со своей стороны незаметно подкрался к Александру Шальневу. «Кому ещё давать пас, если все остальные игроки ушли далеко вперёд?» — подумал я. И через секунду оказался прав. Пас пошёл в направлении именно Шальнева. Я резко ударил по газам, завладел мячом и, пробежав всего семь метров, взмыл в воздух, чтобы показать самым преданным болельщикам баскетбола бросок Майкла Джордана. Для этого я пролетел, оттолкнувшись от линии штрафного броска, и забил мяч одной рукой сверху.
— Дааааа! — радостно проснулись зрители на трибунах.
— Шо же вы творите, хлопцы⁈ — всплеснул руками Владимир Гладун, наставник «Строителя», известный киевский баскетболист 60-х годов и чемпион Европы 1963-го года. — Собрались, твою за ноху! Я кому сказал — собрались⁈
Однако призыв своего главного тренера киевские «гарные хлопцы» не услышали. На сей раз при счёте 66:52 они потеряли мяч, когда передавали его в позиционном нападении. Баскетбольный снаряд перехватил Саша Белов и, отдав передачу на Генку Капустина, сам же побежал в быстрый отрыв.
— Ты-то куда ломанулся? — спросил я у Володи Ткаченко, рядом с которым оказался в данную секунду.
— В защиту, куда же ещё? — пробасил он и тут же остановился.
Потому что в данный момент Капустин уже довёл мяч до трёхсекундной зоны и сделал навесную передачу под аллей-уп Белову. И Александр Белов ещё раз с особым азартом сотряс всю баскетбольную конструкцию, всадив мяч в сетку кольца.
— Даааа! — снова закричали товарищи эстонцы, которые по большому счёту не болели ни за одну из команд. Однако такой баскетбол им определённо нравился.
На табло загорелся новый счёт матча — 68:52. Главный тренер Владимир Гладун заметно приуныл, и устало присел на лавку. А я прочитал его тезке Володе Ткаченко небольшую нотацию:
— В баскетбол, Тканя, надо играть не только руками, но и головой.
— Правда, что в апреле опять полетим в Америку? — спросил он.
— Правда. Кстати, Нью-Орлеан — это «колыбелью джаза». Готовь деньги для новых пластинок, — захохотал я.
* * *
За минуту до конца игры баскетбольная арена «Калев» практически опустела. Журналист «Молодёжи Эстонии» Марк Левин посмотрел на наручные часы, которые показали без двадцати минут одиннадцать, и перешёл на первый ряд. Что касается матча, то ленинградский «Спартак» уверенно выигрывал у киевского «Строителя» со счётом — 89:66. И спартаковцы просто стучали мячом в пол в ожидании финальной сирены.
«Ну что ж, теперь мне всё более-менее ясно, — подумал Левин, ещё раз окинув взглядом пустые трибуны. — Теперь будет о чём поговорить».
В этот момент игроки обеих команд начали пожимать друг другу руки, и только потом раздалась баскетбольная сирена. Левин смело шагнул на игровой паркет и, подойдя к Михаилу Юрьеву, поразился какой он всё-таки высокий. Хотя на фоне Владимира Ткаченко Юрьев смотрелся как обычный среднестатистический мужчина.
— Здравствуйте, моя фамилия — Левин, я корреспондент — «Молодёжи Эстонии», можно вам задать несколько вопросов? — спросил он у ленинградского баскетболиста, задрав голову высоко вверх.
— А стоит ли? — усмехнулся игрок «Спартака». — Вы же всё равно ничего не напечатаете.
— Как раз напечатаем, — Марк Левин